Джейн Рейб - Искупление

— …и которое не знало, что я здесь.

— О да, — сказал удивленный Мэлдред. — Этого дракона.

Женщина закружилась, как танцовщица, так что ее темно-пурпурное одеяние стало похожим на диковинный цветок. Взвихрился лавандовый туман, постепенно сменившийся фиолетовым дымом, сквозь который изумрудно вспыхивали глаза Сабар, затем он исчез и внутри кристалла появилась пещера, изображение которой полностью заполнило маленький шар.

Дамон и Рагх взволнованно переговаривались, но Мэлдред отодвинул их голоса к самому краю сознания, сконцентрировавшись на магическом шаре. Кристалл продолжал напевать, и маг попросил показывать дальше.

Изображение в шаре сменилось, вид переместился внутрь пещеры, где картина хотя была и темной, но разительно отличалась от той, что была снаружи. Камни здесь были оранжево-коричневыми и сухими. Не было и намека на светящийся мох и застоялую воду. Вскоре они увидели очень большого темного дракона, вытянувшегося в дальней части пещеры с высоким куполообразным сводом. Глаза дракона были открыты и мерцали. Мэлдред попросил женщину в сфере отодвинуться, чтобы дракон не заметил, что за ним наблюдают. Существа, наделенные магией, могут использовать ее, чтобы видеть тех, кто скрывается от них.

Изображение снова сменилось, показав пещеру снаружи, а затем и горы, в которых она находилась.

— Где это логово? — спросил Мэлдред. В шаре появилась горная цепь, потом одиночная вершина, река, текущая неподалеку, и деревья с веретенообразными стволами — особенности ландшафта.

— Трот, — сдавленно произнес маг, — дракон должен быть в Троте.

— Ты можешь найти это место? — Дамон наклонился к Мэлдреду. Он держался за столешницу, пристально глядя в кристалл и чувствуя, как слабеют ноги. Трот находился слишком далеко, и Грозный Волк был уверен, что его тело покроется чешуей задолго до того, как они доберутся до логова. Он знал, что умрет раньше и душа покинет его тело.

— Да. — Мэлдред навалился на стол — хрустальный шар выпивал все его силы.

— И моего ребенка. Спроси его о моем ребенке. Мэлдред вспомнил зачарованный магами Ложи Черных Мантий бассейн, который отнял жизнь Несуна, и на мгновение задумался, не может ли шар убить таким же образом и его самого.

— Ребенок Дамона, — потребовал маг. Женщина внутри шара кивнула, глаза ее вспыхнули, вбирая энергию Мэлдреда. Она показала ту же деревню, которую мглистый дракон демонстрировал им в туманной завесе, но теперь там был день. Повсюду бродил народ, беседуя и занимаясь повседневными делами. Среди них было несколько эльфов, бывший рыцарь увидел Вейрека, мужа Рикали, беседовавшего о чем-то с одним из них — совсем юношей.

— Рики и мой ребенок, — настаивал Дамон. Мэлдред скрипнул зубами и снова обратился к кристаллу с просьбой. Усилием воли он разогнал лавандовый туман, проникая внутрь маленького дома, где полуэльфийка с серебристыми волосами сидела, откинувшись на спинку стула, и нянчила младенца.

Дамон сильнее вцепился в край стола и пристально глядел на шар, пытаясь запомнить каждую черточку лица невинного младенца, которого он мог больше никогда не увидеть. В отличие от него, у малыша будет семья, мать и отец, — несмотря на то, что Вейрек не отец ему по крови.

— Действительно ли они в безопасности? А где хобгоблины?

Мэлдред передал вопрос и снова передал свою силу кристаллу. Изображение переместилось на окраину деревни, где хобгоблины стояли лагерем. Их было совсем немного, но Дамон заметил трех Рыцарей Тьмы.

— Дракон блефовал, — сказал он. Грозный Волк не был уверен в том, что мглистый договорился с Рыцарями Тьмы. Если бы это было так, он послал бы против Сабл легион или, по крайней мере, предложил бы эту силу в помощь Дамону. — Хобгоблины объединились с Рыцарями Тьмы, но не с мглистым.

— Выходит, он лгал? — задумчиво произнес Рагх. — И на самом деле не мог угрожать твоему ребенку?

— Возможно, — вяло ответил Мэлдред. — Возможно, рыцари не подчиняются мглистому, но ведь они могли для этой цели заключить с ним временное соглашение.

— Но они все еще живы, — сказал Дамон. — Рики и мой ребенок. Спроси, где находится эта деревня?

Мэлдред передал вопрос женщине в хрустальной сфере. Деревня уменьшилась и ушла вниз, как будто наблюдатели воспарили над нею.

— Это место тоже находится в Троте, — пояснил маг через минуту. Изображение уменьшалось, словно они поднимались все выше. — Думаю, в Халиготе, за много-много миль от нового логова мглистого.

Людоед хотел было отойти от стола, но Грозный Волк упер руку ему в спину.

— Еще один вопрос, — сказал Дамон. — Спроси кристалл о Фионе.

Мэлдред задыхался, но все же согласился, в какой-то мере — из-за собственных нежных чувств к соламнийке. Да, он никогда не любил ее по-настоящему, просто играл, но не хотел бы, чтобы безумие послужило причиной ее гибели. И он спросил. Женщина в пурпурном снова закружилась; изображение сменилось. В этот момент лавандовые веточки потемнели, затем стали белыми и закружились, словно облака. Глаза женщины то вспыхивали, то гасли, но шар не показывал ничего.

— Умерла, — грустно произнес людоед. — Наверное, погибла.

Грозный Волк ударил по столу кулаком, задев хрустальную сферу. Действие заклинания нарушилось, и Мэлдред увидел, как артефакт скатился с похожей на корону подставки.

— Ты не виноват, — сказал Рагх Дамону.

— Сабар… — прошептал Мэлдред.

— О проницательный, мы встретимся снова. — Женщина на мгновение грозно нахмурилась, но тут же вытянула руки, словно благословляя людоеда, и Мэлдред немедленно почувствовал себя лучше — энергия, отнятая у него, вернулась в мгновение ока.

— Умерла, — пробормотал Грозный Волк. Фиона. Риг, Несун, Джаспер, Шаон, Раф и Рыцари Такхизис, его товарищи, — все были мертвы. Если бы он в ответственные моменты действовал по-другому, возможно, все они остались бы живы. «Кто знаком со мной, тот рискует умереть, — подумал Дамон. — Но мой ребенок не должен погибнуть. Я не имею больше права на ошибку».

— Мы идем в Трот, — объявил он. — Теперь же, пока я еще в состоянии думать. Пока я в состоянии контролировать себя.

Он подошел к платяному шкафу, чтобы подобрать себе одежду. Найденная рубашка доходила бывшему рыцарю до колен, — он укоротил ее, оборвав подол. «Одним небесам известно, как чародеи умудрялись ходить в таких хламидах!»

Дамон быстро оделся, соорудил мешок из разорванной надвое мантии и бросил его Мэлдреду.

— Для хрустального шара, — сказал он. — Мы его здесь не оставим. Он снова может нам потребоваться.

Мэлдред тщательно уложил кристалл в импровизированный мешок и подвязал к поясу в ожидании возможности расспросить его о Блотене: