Инна Зинченко - Чёрная метка

Капитан зарычал, потом осмотрелся по сторонам и внезапно метнулся к стене. Четвёртый наблюдал за ним с нескрываемым интересом. Глядя, как Оли наклонился и, морщась от боли, стал шарить у самого основания стены. Вот лицо его озарилось улыбкой, он хрипло крикнул:

— Джокер, запомни, теперь я тебя в покое не оставлю. Я приду за тобой, только сперва тщательно подготовлюсь.

И он провалился сквозь землю прямо на глазах у растерявшегося Исполнителя. То, что в этом месте может находиться потайной люк, Джокер, конечно, не знал.

— Да уж, неувязочка вышла, — пробормотал он себе под нос, глядя на, закрывшийся за Оли, люк. — Ничего, я надеюсь, что ты меня действительно будешь искать, Оли. Я очень на это надеюсь. Хотя было бы лучше, если бы ты отправился прямиком в преисподнюю.

Настроение у него сразу же испортилось. Всё начиналось очень даже хорошо. Вычислить маньяка не составляло труда — этот запах Исполнитель не спутал бы ни с чем. Запах безумия и крови. Да, это дело казалось слишком простым, чтобы быть таковым на самом деле. Джокер знал, насколько изобретательны и изворотливы маньяки, но почему-то на этот раз решил не придавать значения этому факту. Надо отметить, что это был первый прокол за всю его службу.

Выйдя их мрачного пустого дома, он направился обратно к стоянке флайеров. Досада на свой промах и на безумного пирата очень быстро улеглась и Исполнитель стал обдумывать дальнейшие свои действия на тот случай, если капитан всё-таки передумает ему мстить и поспешить покинуть Тортугу.

— Хорошо хоть, что я не успел продемонстрировать ему свои способности, — сам себе сказал Исполнитель, — тогда бы он точно удрал отсюда. А Джокер… Нет, Джокера капитан Оли не боится.

И он рассмеялся, радуясь своим мыслям, которые любого другого человека довели бы до отчаяния. Шутка ли, теперь на него объявил охоту самый настоящий маньяк, обладающий к тому же немалой властью в Вольном братстве!

— Будет весело, — пообещал сам себе Джокер.

*****

— Расскажи о себе, — Рита удобно устроилась в широком кресле и просительно смотрела на Джокера. — Пожалуйста.

Исполнитель про себя отметил, что за то время, как она поселилась у него, девушка сильно сдала. Вокруг глаз появились тёмные круги, лицо осунулось. Борьба с эпом даётся ей не легко, но ещё ни разу Рита не пожаловалась ему. Джокеру стало её жалко.

— Зачем тебе это? — Спросил он отстранённо. — И что конкретно ты хотела бы узнать?

— Всё, — просто ответила она. — Мне интересно, что это такое быть нефилимом. Как ты появился на свет?

Исполнитель задумался. Он настолько глубоко ушёл в свои воспоминания, что перестал замечать всё вокруг.

…Старинный заброшенный монастырь высоко в горах. Место труднодоступное, а потому исключительно надёжное. Чужие там не ходят. Воздух настолько чистый, что от него кружиться голова.

Учитель объясняет детям, почему они должны контролировать свои чувства, но дети ничего не понимают и не хотят понимать. Тогда он подходит к маленькому мальчику и больно бьёт его по лицу. Воздух в помещении начинает нагреваться, но учитель не волнуется, лишь спокойно объясняет всем остальным:

— Вот видите, что может произойти, если вы не научитесь держать себя в руках. Вы не такие, как все и от вас слишком многое зависит в этом мире и не только в нём. Этому трудно научиться, но не невозможно. Все маленькие дети сперва мочатся в штаны, но со временем они понимают, что этого делать нельзя. Вот так и вы должны научиться сдерживать свои эмоции. Никогда не позволяйте чувствам взять верх над разумом и тогда вы будете неуязвимы.

Жар спадает, а маленький мальчик низко наклоняет голову и шепчет, глотая слёзы:

— Простите меня, учитель. Я был не прав. Мне не обидно, честно, мне совсем не обидно.

Учителей было пятеро, вернее их было семеро, но об этом Джокер узнал позже. Там, в монастыре он встретил самое странное существо на свете. Этот невероятный тип почему-то из восьмерых детей выбрал его и учил тому, о чём другие даже не подозревали. Тогда ещё Джокер не был ни Исполнителем, ни Джокером, ни пиратом. Старинные книги он глотал одну за другой, а потом долго тренировался. Древние знания легко заполняли его детский мозг, потому что ничего другого ему не полагалось. Эти детишки не играли в детские игры, не шалили, они были иными, хотя и не сразу поняли это.

Чуть позже, уже, будучи подростком, Джокер случайно подслушал разговор двоих учителей и с тех пор никак не может успокоиться. Идёт время, а боль от услышанного не становится слабее.

— Фери, — произнёс один из учителей, — тебя никогда не мучают сомнения? Что мы делаем с этими детьми? Мы лишаем их детства, уродуем их психику. Ты не боишься последствий?

Самое странное существо на свете ответило коротко, но ясно:

— Они не дети, Эрик. Они даже не люди и ты это прекрасно знаешь. Это своего рода конструктор. Они собраны из различных фрагментов ДНК и свою человеческую природу потеряли ещё до появления на свет. Твоя беда в том, что ты никак не можешь правильно их воспринять. Эрик, запомни раз и навсегда: они — биороботы.

— И Феликс? — В голосе Эрика звучало сомнение. — Он тоже биоробот? Фери, я всё время думаю, а есть ли у тебя душа?

— Брось, — рассмеялось странное существо, — ещё никто не смог доказать, что душа существует. А уж у этих ребятишек её нет и подавно.

*****

— Ты ошибаешься, — грустно ответил Джокер девушке, — я не нефилим, я всего лишь биоробот. Меня создали искусственно. Собрали из различных генов и не только человеческих. Как однажды сказал один мой учитель: у меня даже души нет.

Рита сверкнула глазами и с негодованием воскликнула:

— Ерунда! У тебя есть душа и не от твоих создателей это зависит. Душу вкладывает Бог, а не генетики.

— Ты сама-то в это веришь? — С горькой усмешкой спросил он.

— Конечно! Скажи, а где находится это место?

— Зачем тебе это? — Спросил он настороженно.

— Я хочу всё о тебе знать!

Исполнитель горько усмехнулся и произнёс то, в чём не решался признаться даже самому себе:

— Всего я и сам о себе не знаю, каждый раз открываю что-то новое.

— Наверное, это интересно, — спросила Рита с сомнением. — Но я бы не хотела быть на твоём месте. — Немного подумала и добавила. — И на своём тоже.

— Да, — спохватился Джокер, — как проходит твоя борьба с эпом?

— С переменным успехом, — вздохнув, призналась девушка, — но сейчас стало легче. Мне удаётся сдерживать свои чувства. Только… — она замялась, — скажи, Джок, а они ведь не только страх могут вызывать, да? А как же мне быть с другими чувствами? Я уже не могу понять, что моё, а что всего лишь имитация.