Трой Деннинг - Чародейка

– Дружба все-таки отличная вещь, – довольно произнесла колдунья.

– Друзья должны сообща справляться с трудностями, не так ли? – спросил Фенеон.

Взяв бочонок под мышку, вождь стальным кинжалом извлек пробку из отверстия. Затем он вложил кинжал в ножны и поднял бочонок высоко над головой. Ароматное вино хлынуло из отверстия красной струёй, переливаясь в горло эльфа.

Тем временем Раин и Магнус поднялись по лестнице на площадку второго этажа и направились к лестничному маршу, ведущему на третий этаж. Они быстро пересекли площадку, стараясь не смотреть в сторону отца.

Наконец Фенеон опустил бочонок и закрыл рот. Хотя прошло всего лишь несколько секунд с того момента, когда он открыл бочонок и начал пить, его глаза уже остекленели.

– Слишком сладкое, но очень крепкое. Действует мгновенно, – пробормотал вождь, протягивая бочонок Садирe.– На, попробуй!

У Садиры душа ушла в пятки от страха. Видя, с какой быстротой снадобье оказывает свое действие, колдунья перепугалась, что не сумеет ускользнуть от него и успеть принять противоядие, прежде чем на ней скажется действие яда.

– Давай, давай,– произнес вождь заплетающимся языком, глядя на нее остекленевшими глазами и, по всей видимости, плохо различая ее.

Хайар подтолкнул колдунью вперед.

– Не оскорбляй вождя, заставляя его просить еще раз, – сердито сказал он. – Мой отец редко предлагает кому-либо попробовать свое вино.

Фенеон наклонил бочонок, и струя отравленной вина хлынула на голову и лицо колдуньи, которая в испуге шарахнулась назад.

– Я предпочитаю пить из кружки, – фыркнула она поспешно вытирая рукавом своей видавшей виды блузк капли красной жидкости со своих рук.

Ее слова вызвали приступ веселого смеха у Фенеона и Хайара. Вдоволь насмеявшись, вождь показал сыну рукой в сторону лестницы.

– Принеси ей кружку, – распорядился он. – И поторопись. Моя жажда столь велика, что я никогда не прощу себе, если не прикончу все это славное винцо до того, как ты явишься с кружкой для нашей гостьи.

Хайар заколебался, не решаясь оставить колдунью без присмотра.

– Будь осторожен,– сказал он отцу.– Она может попытаться сбежать.

– Неужели ты и впрямь думаешь, что если бы я на са-мом деле хотела сбежать, то позволила бы Раин и Магнусу привести меня сюда? – надменно спросила колдунья. – У меня есть причины вернуться к Бродягам Песков.

Хайар внимательно посмотрел на нее.

– Какие такие причины? – резко спросил он.

– Тебе до них нет дела, – грубо ответила колдунья, отворачиваясь.– Лучше пойди и принеси мне кружку, пока еще осталось хоть немного вина.

– Я тебе не слуга, – злобно ответил Хайар. – Нечего мной распоряжаться.– Тем не менее он направился к лестнице и стал подниматься на третий этаж.

Когда он скрылся из виду, Фенеон пьяно захихикал.

– Тебе не следовало бы так грубо оскорблять его, – задыхаясь от смеха, проговорил вождь. – Когда-нибудь он станет вождем клана.

– А я не собираюсь так долго оставаться с Бродягами Песков, – резко ответила Садира. – У меня есть свои планы на будущее, которые не связаны с твоим кланом.

– На твоем месте я не был бы так уверен в этом, – невнятно произнес вождь.

– На что ты намекаешь? – спросила колдунья по-вышенным тоном.

– Ни на что, – ответил он. – Просто я хочу сказать, что жизнь – штука сложная. Она так же удивительна, как и коротка, так что возможны самые неожиданные повороты.

– В этом я с тобой согласна. Особенно если дело касается эльфов, – признала Садира.

Под предлогом, что ей надо взглянуть на то, что происходит внизу на улице, она подошла к бойнице. Там она встала так, чтобы быть спиной к Фенеону, делая вид, что ее интересуют прохожие в ярких сарами, во множестве заполнившие улицу. Услышав позади себя звуки льющейся жидкости, она поняла, что он решил глотнуть еще вина. Садира бросила быстрый взгляд через плечо, чтобы быть полностью уверенной в том, что все его внимание в данный момент поглощено выпивкой.

Так оно и оказалось. Вождь стоял и, откинув голову назад, прижимал к губам бочонок, из которого ему в рот лилась ровная струя вина. Чувствуя себя в безопасности, Садира вытащила из заплечного мешка костяной флакон с противоядием и, поспешно открыв его, капнула две большие капли себе на язык.

Едва Садира успела убрать флакон обратно в мешок, Фенеон громко рыгнул и оторвал бочонок ото рта.

– Есть только одна вещь, которую я люблю больше хорошего вина. Это – серебро, моя главная слабость, – пробормотал он, с шумом ставя бочонок на пол.

Садира поспешно обернулась, услышав шум. Фенеон тяжело опустился на каменный пол рядом со скамьей, обнимая своей ручищей бочонок.

– Почему ты так любишь серебро? – спросила колдунья. – В конце концов, его же нельзя пить.

– Вождь всегда нуждается в серебре, – пояснил Фе-неон, придавая лицу серьезное выражение. – Оно является мерилом его власти и показателем степени уважения к нему со стороны его воинов.

Садира покачала головой, услышав такое определение.

– На самом деле все обстоит совсем не так, – возразила она, садясь на скамью рядом с ним. – Я слышала, что твои воины говорили о тебе. Они с похвалой отзываются о твоих воинских подвигах и о твоем боевом искусстве, высоко оценивают тебя как воина. И никто из них ни разу не поинтересовался тем, сколько серебра в твоих кошельках.

Фенеон удивленно взглянул на нее, не зная что сказать.

– Это действительно так? – наконец спросил он.

Садира кивнула.

– Я также слышала разговор о том, что, когда Фенеон был молодым, для него не было ничего невозможного, – добавила колдунья.

– Так оно и было, – проговорил он, и серые глаза его заблестели при воспоминании о счастливых днях молодости. – Никто во всей пустыне не бегал так быстро, как я, и даже у соколов были все основания опасаться моих метких стрел. – Он опустил голову, и в его глазах погас счастливый блеск. – А что они говорят обо мне теперь?

Казалось, что, задавая этот вопрос, он не может заставить себя поднять на нее глаза.

– Ничего такого, чего ты не мог бы изменить, – ответила колдунья. – Они говорят, что ты требуешь с них слишком большую часть того, что они зарабатывают.

Пальцы Фенеона почти непроизвольно поглаживали рукоять его стального кинжала. Он печально кивнул головой, услышав ответ колдуньи, и Садира подумала, что, может быть, Раин и Магнус слишком рано пытаются устранить его с поста вождя, что для этого еще не пришло время.

Но ее сомнения быстро рассеялись. Фенеон рывком убрал руку с рукояти кинжала и сильно толкнул колдунью, сбросив ее со скамьи.

– Что ты знаешь о жизни нашего клана? – ритори-чески вопросил он. – Ты ведь не из Бродяг Песков, ты даже не эльф!