Саша Кречет - Откровенье танцующих лун

   15. Как все.

   - ...Думаете легко так вдруг перестать быть собой? Обратиться в неизвестно чего, сменить привычки, друзей, а в итоге еще и перестать говорить родимым языком? Думаешь легко вот так запросто научиться понимать чужую речь, в кратчайшие сроки освоить новые, совершенно по иному говоримые слова?

   - Да ты у нас молодец, - согласно кивнул Виреск, - и, правда, года не прошло, а уже почти полностью освоился.

   - Я старался! Зато теперь я абсолютно свободен.

   - Ну, это ты не загибай! У тебя куча обязательств и прочь дороги нет.

   Обнаружив в пещере Вира постороннего, я не сразу решился пройти вглубь комнаты, хотя Виреск и сделал приглашающий жест, едва я появился на пороге.

   - Ну, если и загнул, то чуть, - незнакомый мне аллиол продолжил разговор, совершенно не обращая на меня внимания, - обязательства прирученного - малая плата за то, что теперь я расхаживаю совершенно один, не опасаясь нападений! Сколько нервов когда-то на этом было порвано! А здешняя охранная территория так велика, что мне, откровенно говоря, ее даже много.

   - Разве бывает много свободы? - усомнился я, все же проходя и присаживаясь рядом на циновке, - вот что касается меня, то если я знаю, что где-то есть граница, которую мне нельзя переходить, то я постоянно об этом как минимум помню!

   - Ну, это ты... - Виреск шутливо ткнул в меня пальцем, - тебя вечно заносит. Кстати, познакомься - это Нирсель. А это, Нирс, Риарин...

   - Как же, как же - прослышан! - мой новый знакомый и не пытался скрыть своего любопытного взгляда. Только теперь я обратил внимание, что на смиати он говорит все же с довольно заметным акцентом.

   - Нирс здесь тоже особенный, - Виреск решил немного уровнять нас в информированности друг о друге, - его привезли в том году те черные, что прилетали из Латтарии. Не знаю, слышал ли ты об этом Рин?

   - Да, вспоминаю какие-то разговоры об этом... Так вижу, он вполне освоился.

   - Что он! - Вир заговорщически кивнул Нирселю, - посмотри как, ты сам, наэрл Риарин полноценно внедрился в местное общество.

   - Будто ты не внедрился... - буркнул я.

   - Внедрился, - Виреск улыбнулся, - но, понимаешь ли, разница есть...

   - Да, разницы всегда есть наличие..., при любых переменах - вмешался в наш диалог только что представленный мне Нирс, - Не знаю насколько это можно равнить, но вот когда я жил в Латтарии моим хозяином был Анистан. Ну, то, что там прирученные аллиолы при хозяине, а не при племени, думаю, знаете? - мы с Виром согласно кивнули, - он хорошо ко мне относился. Но практически неразлучно держал при себе. Однажды прилетели черными Агори и с ними аллиол. Уж не знаю, зачем агорийцы решили создать нам условия для бесед, выступив переводчиками. Но гость через два перевода пересказал мне здешние порядки, обычаи и я с тех пор думал только о том, чтобы селиться здесь. Пусть никто здесь не понимал моего родного языка, но я почему-то сразу удумал, что научусь какому-нибудь местному.

   - Рад за тебя, что сложилось, - заметил Виреск, - вот только почему ты решил изучать смиати?

   - Сам не знаю, - пожал плечами Нирсель, - мне, еще когда Латтаринцы были у вас до улета называли группу повторяющихся слов сразу на пяти говорах. И почему-то больше глянулся язык Смиалоэтов.

   - А мы и не знали, что наших прибыло! - улыбнулся Вир.

   - Да, ладно, я не о том, - вспомнив, что не закончил мысль, продолжил Нирсель, - я еще не ошибся и в другом. Действительно есть огромный разниц, когда ты словно придаток, пусть и благодушно настроенного к тебе человека-вампира, везде находишь только при нем, и когда на какой-то территории ты полностью предоставлен сам себе!

   - А ты жалел о свободе, которую потерял, оказавшись среди вампиров? - поинтересовался я, поймав на себе задумчивый взгляд Виреска.

   - О какой свободе ты сказал? - удивился привезенный в дар в конце прошлого лета аллиол, - до того, как меня, выброшенного перед зимовкой из пещер, взял в свою нору Анистан, я принадлежал обслуге третьего верховного правителя. Того, что узнавал волю Богов через центрального пресветлого жреца.

   - Ой, не путай, - заметил я, не особо желая вникать в хитросплетения верховных властей, - ТЫ лучше скажи, за что тебя наружу-то выставили?

   - Воля Богов, - пожал плечами Нирс

   - А Боги Гибаров не благоволят тем, кто сомневается в честности вождей, так? - произнес, видимо хорошо знавший его историю Виреск.

   - Я сам мог быть бы вождем, - сверкнул глазами на него Нирсель, - я принадлежу древнему роду повелителей Аролов. Было время - мои предки правили народом Гибаров честно и справедливо. Они не брали себе лучший кусок, когда в племени не хватало еды, они не занимали целой пещеры на каждого зимой, когда все остальные едва могли найти место лечь... Да и... Я бы вывел на чистую воду вождя, ко мне уже начинали прислушиваться!

   - Прислушались, да не те, - усмехнулся Виреск, - посему вождем ты не стал. Зато тебе было предоставлено почетное право освободить одно лежачее место в зимних пещерах...

   - Ты что пытался организовать в племени бунт против вождей? - у меня глаза полезли на лоб об одной мысли о том, что можно решиться на такое.

   - Да, а что? Сидеть и ждать пока эти жадные твари подомнут под себя всю общину, и уже никто даже не усомнится в том, что так и должно быть? Уже превратилось в театр Великое Вече, свернуты права на ежегодный глас...

   - Ой, и не говори..., - перебил его Виреск, - веришь, мы с Риарином, в нашем родимом племени о таких вещах даже и слыхом не слыхивали и как-то жили... А вожди на то и вожди, чтобы сверху стоять и нижних мять, дабы никто лишний головы без соизволение не приподнял. Впрочем, у нас, то есть у Смиалоэтов жреческая власть. То бишь созданная и освященная волей Богов. И, наверно, против Богов-то переть вообще немыслимо. Это тебе никакой-нибудь Великий вождь! Свято... кхм...

   - У вампиров тоже власть жрецов, - отметил Нирсель, - но такого беспредела я что-то не вижу... Может дело в Богах?

   - Не наше это дело - о Богах судить, - постановил Вир, - давайте, как лучше вам завара налью - как раз вскипел да угощу, чем могу. Рин, ты на меня так не смотри. Я о сластях.

   - Да, я и не о том смотрю, - отвернулся я, - знаешь ли, я уже накормлен вчера по горло.

   - Ну и как? Вкусно?

   - Тебе не понять, - огрызнулся я, невольно продемонстрировав почему-то выдвинувшиеся клыки.

   - Страшно, аж жуть, - беззлобно оскалился Вир, - здорово у тебя получается. Словно урожденный вампир.

   Я замер от его слов. Почти то же самое произнесла сегодня бросившая меня Ирлиин, когда я оставил ее в одной из келий жреческой башни, сбросив на пол тюк с набором вещей: "Риарин, извини, что так вышло, что-то сломалось во мне, ты для меня растворился в толпе прочих. Но, возможно, причина вовсе не в том, что ты ныне почти точно такой же, как любой урожденный человеком. Дело скорей во мне".