Лилия Касмасова - Инферняня

Дальше все понеслось быстрыми картинками - правда, по стенам мы больше не ездили - и только где-то за городом мы остановились. Было так тихо и мирно. Какой-то лес, какие-то поля. Зелень, солнце.

- Мы пока что больше не поедем? - спросила я Томаса.

- Да куда на ней уедешь? Не видишь, что с машиной? - удрученно сказал Томас. И обратился к тем, кто был в кузове:

- С вас бы за ремонт взять!

А кто там, кстати, в кузове? Прямо под вмятиной, пристегнутая и взъерошенная, сидела Вивиан. На полу в обнимку лежали Гермес и Швайгер.

Вивиан отстегнула ремень безопасности и сказала устало:

- Кажется, они оба приложились головой о потолок, когда ты прыгнул возле университета, - и она тихонько ткнула в них носком туфли:

- Эй.

Боже, неужели кто-то из них убился?! И я даже знаю, кто. Потому что другой этого не может по своей натуре.

Но застонал Швайгер, открыл один глаз - второй опух и полиловел - и оттолкнул от себя Гермеса. Томас уже вышел из машины и полез в салон помогать бедолагам.

Я вышла тоже, ноги меня едва держали. А коленки, боже мой! - содраны до крови и в пыли. О колготках я вообще молчу.

Томас помог выйти из автомобиля Вивиан, Швайгеру, потом и Гермес показался: он был помят, усы метелками торчали не в те стороны, куда раньше, а левый рукав пиджака был почти полностью оторван. Он покивал Томасу, мол, я в порядке, и, обойдя машину, уселся на траву у обочины рядом со Швайгером, который вздрогнул и отстранился.

- Мир, - выдохнул Гермес.

Швайгер только вздохнул. Обернулся ко мне - я стояла, опершись о крышу лимузина:

- А вы голодные?

Я так удивилась этому неожиданному вопросу, что кивнула, хотя на самом деле не чувствовала ничего, кроме огромной усталости.

Швайгер полез в карман и достал оттуда бумажный кулек:

- Я вам круассанов купил. Одни с сыром, другие с джемом.

- О! - только и сказала я. - Спасибо.

Пакет слипся. Но я все же смогла его открыть. От круассанов остались только мятые ломти, крошки и аромат.

Швайгер взглянул на мое лицо:

- Не донес. Жаль. Но это не я виноват, - он покосился на Гермеса.

- Ничего, - сказала я. - Все равно спасибо...

Я выбросила кулек.

- Не мусори, - сказал Томас, подобрал кулек и положил на пол машины.

С ума можно сойти от его правильности.

- Ты в Гринписе, случайно, не состоишь? - спросила я.

Томас слегка замялся.

- Что, правда, состоишь? - заинтересовался Швайгер.

- Состоял. В юности, - сказал Томас. - Сейчас совсем нет времени...

- Куда вы с Вивиан делись, когда мы пошли в библиотеку? - спросила я Швайгера.

- Куда? Вы про нас забыли, а нас какой-то служащий остановил, когда мы черный вход искали, а через парадный вообще пускают только студентов. Потом я подумал, что все равно мы не знаем, куда вы пошли, и мы зашли в кафе за круассанами, потому что на Эйфелевой башне вместо обещанного завтрака мы чуть не получили искры в лоб. А в кафе тоже была очередь. Утро, - пожал он плечами. - Потом вернулись к библиотеке. И встретили этого... - он с неприязнью взглянул на Гермеса.

- Говори обо мне уважительно - мистера Гермеса Олимпуса, - пробурчал греческий бог.

- А ты мне не указывай, - огрызнулся Швайгер. - Как хочу, так и говорю.

- Спокойно, - сказал Томас. - О вас и так будет болтать неделю весь Париж...

- А я мечтал услышать эти слова, - пробормотал Швайгер и поспешно добавил: - Произнесенные с другим смыслом, разумеется!

- И машина благодаря вам в неисправности! - грозно договорил Томас.

Драчуны замолчали, Швайгер отодвинулся от Гермеса подальше.

- Вы все... - начал Томас говорить мне, но осекся: - А где твой Хэлп?

- Что? - я ощупала шею - никаких цепочек там больше не болталось. - Не знаю...

Томас снял свой Хэлп и, не спрашивая, надел мне через голову.

- А ты как же? - испугалась я.

- Я агент. Я сам прихожу по вызову этих кнопок.

Я кивнула:

- Ой. А если мою кто-нибудь найдет?

Томас уже набирал цифры в телефоне:

- Поэтому я сообщаю, чтобы твою дезактивировали. Готово, - он спрятал телефон в карман. - Значит, вы посидите в гостинице, - сказал Томас. - Пока я съезжу.

- Куда? - спросила я. - И я не хочу сидеть в гостинице, - и, понизив голос, договорила: - с ними.

- Тогда поброди по городу, - сказал Томас.

- Ты же собирался взять меня с собой! - возмутилась я.

- И был неправ.

- Почему это вдруг? - прошипела я.

- Посмотри, что Гермес сделал со Швайгером. А он не Зевс, а всего лишь его сынок, - тихо проговорил Томас.

- Любопытно, о чем это вы там шепчетесь, - нагло сказал Швайгер. - Мне послышалось мое имя.

Мне кажется, свое имя этот режиссер услышит хоть с другого континента.

- Вы что-то узнали от чужих о Петере? - спросил Гермес.

- От вампиров, - ответил Томас.

Гермес вскочил, пошатнулся, оперся о машину:

- Кто его похитил? Где он?

Вивиан, которая стояла неподалеку и курила и до этого момента делала вид, что не слышит ни перебранок мужчин (видимо, так они ей осточертели), ни слов Томаса, так вот, она шагнула к нам и сказала:

- Ты узнал, где он, и прохлаждаешься тут?!

- Ваши муж и жених сломали служебную машину, и теперь я не могу на ней доехать до места. Поэтому я вызову вам такси, а сам отгоню ее в гараж и возьму подходящий транспорт.

- Для чего подходящий? - спросил Швайгер.

Он любопытен, как я. Я даже впервые взглянула на него с дружеской симпатией. Ведь если бы не спросил он, пришлось бы спрашивать мне. А Томас и так меня уже за дурочку принимает.

- Для того, чтобы подняться на одну гору, - сказал Томас.

Гермес буквально пронзил его взглядом, потом опустил глаза и отошел в сторону.

Томас спокойно, будто не заметив реакции Гермеса, обошел машину, открыл дверцу.

- На какую гору, черт возьми, - сказала Вивиан.

- Да, - сказал Швайгер, - хватит играть в загадки, Томас.

- Спросите у мистера Олимпуса, - сказал Томас, сел в машину и стал говорить по телефону.

- Кем он себя воображает, - возмутился Швайгер, - Джеймсом Бондом?

Хы. А Швайгер мне нравится все больше.

- Гермес! - подступилась между тем к Олимпусу его бывшая жена. - О чем он? Гора - ваша гора?

- Какая еще их гора? - вырвалось у меня.

- Семейное гнездо, - бросила Вивиан.

- Но зато мы теперь знаем, что с Петером все в порядке, - замученно проговорил Гермес.

- В порядке?! - взвизгнула Вивиан. - Да ему наверное уже пятьдесят лет!

- Ты преувеличиваешь. Не больше шести, - насупился Гермес.

- Не больше шести! - возопила Вивиан. - А как же его первые слова! А первый шаг! Господи! Вы похитили у меня детство моего ребенка!

- Гад! - коротко сказал Швайгер и, размахнувшись, стукнул Гермеса в челюсть.