Андрей Некин - Кукольник

- Госпожа... - прошептала Эль. - Это прекрасно...

- Так просто? - спросила принцесса, не обращая внимания на струящуюся внизу аэру.

- Что?

- Так просто люди разрешили нам ходить по их воздушному зверю?

- Прохладно здесь, эльфы, - предпочел не отвечать Рю, утягивая их куда-то в нижний люк. Похоже на боевом человеческом цеппелине он успел освоиться.

Кузница находилась прямо под открытой палубой.

По древнему обычаю, начиная с самых первых человеческих племен, кузнецов набирают из самых уродливых, а иногда и специально изувеченных детей. "Скрюченные демоны" - только и подумала принцесса.

Горбатые, низкорослые, с переломанными ногами, они шныряли у пламенеющего горна с проворством бесов. Ноги им ломали в самый первый день службы. Чтобы не убежали. И вправду, кто захочет провести всю жизнь в раскаленном, стальном пекле, где не слышно даже себя от чугунного грома автоматического молота по наковальне.

- Эй, Кью-Рю привел эльфов!

- Ась? - крикнул в ответ один из шныряющих тут и там горбачей. Прямо откуда-то из-под стальных полок.

- Эльфы. В железо заковать надобно. Чтобы не шутили с ректором.

- Слышали. Слышали, - заворчал главный коваль, перекрывая непрерывный жалобный звон чугуна. - Подставляйте шеи. Грогус, эй! Обслужи эльфийских миледей.

- Эй, девка, ты первая... Да не ты! Поменьше которая, - захрипел Грогус, - ложись на полку.

И тотчас же схватил Эль загрубевшей рукой, небрежно толкая ее вперед.

- Смотри не обделайся, - добавил он со всей кузнечной простотой, - больно, да быстро! Не боись, все с такими тут ходим. Коли чего не так, - чиркнул он пальцем по шее, - сразу сожмет шейку то, цеплячью твою.

С этими словами Кузнец защелкнул затворы на руках. А тонкие ноги эльфийки повязал жгутом. Чтоб не дергалась.

- Магистраты говорят магнетизм, а по мне чистое колдовство! - пояснил он действие ошейника. - Ректор если кнопочку нажмет, то сразу чик и досвиданки. Радиво. Во как называется. Радиво-волна.

Шею он закрепил особым образом: снизу в прикрученную заготовку, а сверху положил чугунный затвор:

- Тут система вособенная, ударить надо вот прям сюда молоточком, крепко ударить! - указал он прямехонько на затвор. - Ошибусь ежели, по голове ударить могу, потому не дергайся, эльфия. Не дергайся! Рука у меня верная - пять раз из шести попадаю, поможи тебе великий Сефлакс.

Окончив на этом успокаивать пленницу, кузнец размахнулся обоими руками. Да так, что молот свистнул...

Реле по обыкновению наблюдала за полетом с носа цеппелина. Война, орки, гули - как не странно, мало занимали ход ее мыслей. Плоскость фантазии Ректора парила в самой глубине астры. Корабли древних, преодолевавших пространство звезд. Научные чудеса. "Грезы безумцев" говорили в магистрате. "Прогресс, сила разума, старые идиоты!" - пламенно возражала Реле, сотрясая речью трибуны, на что магистраты осуждающе качали головой. Совет власти небрежно отмахнулся от Ректора, исследовать "край мира" опасно и неразумно - был их ответ, а экспедиция Северного воина расценивалась, как подачка юной и простодушной девочке, получившей титул исключительно за счет своего великолепного родителя.

Но то, что доложил ей капитан нонгольфьера, подтвердило теорию. Описания манускрипта полностью совпадали с реальной географией континента. "Точка падения" - припомнилось Реле из древнего текста.

- Точка падения, - произнесла она вслух, смакуя каждый звук.

Там, в самом сердце востока, за океаном бурь, сквозь пространство, которое даже цеппелин может преодолеть лишь за три луны пути, стояли башня. Не башня даже, а естественный горный пик, в котором выточены знаменитые восточные ворота. 'Восточный предел' называли эту точку.

Горный пик примыкает к стене, или горной гряде, обработанной под стену. Она так велика, что даже мощи Северного Воина недостаточно, чтобы облететь ее поверху. Чудо древнего мира, подпирающее сами небеса. Ну и не облетишь, разумеется, - величественным кругом стоит та стена около всех известных земель. Будто соскользнувшее с пальца кольцо великана.

Цеппелин стрелял по стене из королевской мортиры, но из ствола упорхнул вверх лишь синий дымок, а ядро вяло выкатилось из жерла, безвольно падая вниз.

Снаряженный отряд пытался подобраться по земле, но все (как и предполагалось) умерли, не дойдя до ворот. Странное заклятие ли, или ловушки, не известно, - никто не осмелился подобрать мертвые тела.

По легендам Мастера спустились в мир, чтобы оградить то, что могло разрушить и убить всех. И Мастер-Мечник срубил себе там храм из камня, и стал лично охранять упавший со звезд артефакт. И он откроет ворота лишь достойнейшим из воинов, которых Мастер сочтет достойными для ученичества.

Миледи доселе не верила в подобную религиозную чепуху, но рассказы Северного Воина, зародили в ней сомнение. Возможно, им действительно понадобиться этот Кью-Рю, что сейчас с любопытством бегал по цеппелину, осматривая то се, то другое. Пятнадцать лет в театре боя, удивленно качнула она головой. Что ж если невероятно удачливый раб не пройдет там, где не прошли стрелки и пушки... То можно... Можно попробовать что-нибудь другое. Миледи всегда держала при себе несколько вариантов.

Но так могли защищать лишь нечто истинно непостижимое. Астро-гольфьер древних.

- Точка падения, - мечтательно повторила Миледи Реле.

- Тучи! - ворвался магистр. - Они исчезают, Госпожа Ректор!

- Ты бредишь, идиот?

Магистр не бредил. Все уже было видно в проеме иллюминатора.

Темное полотно туч расходилось лоскутами на три с половиной луны быстрее, чем следовало. Невероятнейшее из событий следовало немедля записать в архивы с подробным изложением деталей.

Тучи раздвинулись подобно лепесткам цветов. Солнце игриво пыхнуло костровищем в щелистый потолок. Стаи птиц, которые никогда не бывали здесь, слетелись в плодородную обитель, где впервые, впервые за десять тысяч лет, зацвела трава пышной зеленью, и сошел вечный снег! Подобающе откорректированный для научных книг комментарий магистрата пометят на пергаменте, как: "Черт возьми! Плачущий Гобо снова играет с нами в игры!"

За каждую неудачу Го наказывал себя. Делал засечку на плече стальной ниткой на будущее. Стежки шли ровно, крест накрест, как предписывала древняя традиция ассасинов. Го умел усмирять боль.

Ключица была и вправду сломана, также как и нижние ребра. Дышать было сложно. Но он продолжал упражнения. Если тебя может остановить подобная ерунда, то как ты хочешь победить непобедимого?

Мастер-Мечник, что по древним легендам не бил мечом в сердце, он просто делал так, что меч оказывался в сердце. Это не было быстрым движением, или хитрым приемом. Это было свершившимся фактом. Так рассказывал еще отец, передавший ему все свое мастерство.