Владимир Петько - Забытый мир

- Он сегодня не в духе, - Марк повернулся к истукану. - Эй! Здесь есть еще с кем поболтать?

- Есть! - прогремел ответ.

Петер от неожиданности подскочил.

- Ничего себе! Кто же это?

- Ты, - убежденно сказал Марк.

Петер задумался, прикидывая варианты.

- Нет, не думаю, - с сомнением произнес он. - Зачем ему так отвечать?

- Потому, что он так всегда отвечает, - заявил Марк. - А кроме него здесь поговорить можно только с тобой, хотя ты недалеко от нашего каменного друга ушел.

- Это тебе не помешал бы у него краткости поучиться, - огрызнулся Петер и перевел взгляд на истукана. - Простите, а с кем еще здесь можно поговорить?

- Со мной, - прогудела статуя.

Марк закатился смехом.

- Я же говорил! - простонал он.

- Ты совсем другое говорил, - поморщился Петер и снова обратился к истукану. - А с кем-нибудь кроме вас еще можно поговорить?

- Да, - ответил божок.

- Со мной, - состроив невинную мину, прошептал Марк.

Петер махнул на него рукой.

- А кто это?

- Я.

Петер растерянно перевел взгляд с идола на Марка и обратно.

- Может он с ума сошел? - уже серьезным голосом спросил Марк. - От одиночества. Или голода.

- От твоей болтовни кто угодно сбрендит, - съязвил Петер. - Мне, чувствую, тоже недолго осталось.

- Поэта легко обидеть, - скорчил из себя саму невинность Марк.

Петер задумался, чтобы спросить у этого существа, чтобы понять, в чем загвоздка. Наверняка здесь какой-то подвох.

- А где тот вы, с которым можно поговорить кроме вас? - спросил он, морщась от произнесенной тарабарщины.

Рядом захихикал Марк.

- Станция си семнадцать дельта, - прогудел истукан.

- А где мы находимся сейчас?

- Станция зет тридцать четыре омикрон.

Марк перестал смеяться, глаза его алчно загорелись:

- Ты можешь перенести нас туда?

- Я могу включить автономную трансгресс-линию до указанной точки.

- Тогда... - воодушевленно начал Марк.

- Стой! - диким голосом заорал Петер.

Марк испугано вытаращил глаза и застыл с открытым ртом.

- Ты уже притащил нас сюда, не подумав о последствиях своих глупых поступков.

- Как будто может быть хуже, - обиженно проворчал Марк.

- С тобой - может, - убежденно заявил Петер и обратился к истукану. - Получается, ты един в нескольких лицах?

- Нет.

- Как же ты можешь быть одновременно и здесь и где-то еще?

- Ты не сможешь понять.

- А там есть еда? - спросил Марк.

- Нет.

- В чем же тогда разница? - разочарованно протянул Марк.

- Другие физические условия, - прогудело в ответ.

- Это не еда, - вздохнул Марк.

- Он давно уже сказал, что не может послать ни к еде, ни к воде, - сказал другу Петер. - А в чем заключаются другие условия?

- Внешняя среда пригодна для жизни.

Петер переглянулся с Марком.

- Там можно выйти наружу?

- Да.

- Там снаружи есть люди? - спросил Марк.

- Нет.

- Все равно, хоть на небо взглянуть можно будет...

- Точно, - кивнул Петер. - Мы бы хотели попасть туда.

Истукан, вздрогнув, пропал. Петер с Марком сидели, терпеливо глядя на пустое место.

- Он, что, сам переместился? - спросил Марк.

- От твоей болтовни сбежал, - сочувствующе покачал головой Петер. - Хотя, полегче дышаться стало вроде...

- Нет, это надо же! - вскипел, недослушавший друга Марк. - То от него слова путного не дождешься... Что?

- Полегчало, говорю, - повторил Петер. - Как будто лишний вес из тела ушел.

- И правда... Эй, а здесь все в пыли!

Петер огляделся. До этого они порядочно наследили в зале, но сейчас на полу ни единого пятнышка.

- Он все-таки перенес нас? - спросил Марк.

- Зал вроде бы тот. Да и не чувствовал я ничего, как в первое перемещение.

- Тогда мы сами, а сейчас нас сам верховный бог планеты зет омихрен турнул - возразил Марк.

- Это меняет дело! - саркастически отозвался Петер. - Ты становишься крупным специалистом в области мгновенных перемещений!

- Крупным, не крупным, - с достоинством ответил Марк, - а наперемещался побольше некоторых.

Петер встал, схватил пустую котомку, меч, бурдюк, и поплелся к выходу. За ним, громко урча желудком, устремился Марк.

В коридоре они сразу поняли, что очутились в другом месте - двери шли с обеих сторон. Окон, позволивших взглянуть на природу другого мира, больше не было. Через сотню ярдов, их коридор пересекся пол прямым углом с другим. Друзья свернули налево, прошли еще сотню ярдов, пока не уткнулись в тупик. Идя обратно, проверяли все двери. Пара открылась, но там конечно же ничего не было. Петер с Марком этому не удивились, в прежнем убежище они успели взломать с полсотни комнат, результат всегда был тот же.

Они вернулись в свой коридор и через минуту достигли нового зала, по размерам схожего с тем, что они видели в Аэроне. У одной из стен сидел их старый знакомый из камня.

- Здорово! - крикнул Марк, приветственно подняв руку.

Лицо статуи вдруг стало очень похожим на человеческое, Петер с удивлением понял, что дело в мимике. Большие глаза с любопытством глянули на пришельцев.

- Люди, - констатировал истукан. Голос его больше не гремел и гудел. С поправкой на размеры, он вполне мог сойти за человеческий.

Идущий впереди Марк отступил на шаг.

- Что это с ним? - дрогнувшим голосом спросил он Петера.

- Похоже тот был идолом, а этот настоящий, - сдавленно ответил Петер.

- Тот тоже настоящий, - доброжелательно сказал божок. - Просто разговоры с людьми не его специализация. Он привык общаться с... другими.

- Простите нас за вторжение, - церемонно произнес Петер. - Мы попали в непростое положение...

- Я бы сказал - в безвыходное, - поправил его новый истукан.

- Да, наверное... - выдавил Петер.

- Вы это тот? - вмешался Марк.

- Да.

- Вы какой-то не такой...

- Мы разные.

- Но вы это он? - озадаченно спросил Марк.

- Именно.

- Значит вы части единого целого? - уточнил Петер.

- Нет.

- Не понимаю... - запустил пятерню в лохматые патлы Марк.

- А я не смогу объяснить, - сочувственно вздохнул идол. - Раньше, до того, как цивилизация рухнула, я мог, по крайней мере, воспользоваться понятными людям аналогиями. Например, картинками, меняющимися с определенной скоростью и сливающимися друг с другом, а между этими картинками можно вставить другие, и их нельзя заметить. Люди хотя бы могли понять, что время это не цельная, плавно текущая река, а последовательность мельчайших интервалов, слившихся воедино для человеческого восприятия, и вставить туда можно гораздо больше, чем в меняющиеся картинки. Вот только как поймете это вы, я не знаю.