Психея Лу - Зеленоглазая гадюка едет в Хогвартс

– Но я вам ее все равно назначаю.

– Спасибо, сэр! А можно у вас?

– Поттер, вы хотите еще и баллы потерять? Сядьте на свое место!

Эри плюхнулась на стул, к ней тут же склонилась недоумевающая Гермиона:

– Что это с ним? А с тобой?

Эри, прижимая ладони к пылающим щекам, пробормотала:

– Он не рассказал им об этом, он ничего не рассказал…

– О чем ты?..

На нее немедленно налетел черный вихрь:

– Грейнджер! Минус пять баллов за болтовню на уроке!

Разговор пришлось прекратить. На Зельях можно было говорить только с напарником, и только по теме урока – по крайней мере, гриффиндорцам. Малфою и прочим было позволено делать все, что угодно, даже оскорблять однокурсников. А любой из красно-золотых, рискнувший ответить, получал от зельевара одно и то же – минус баллы, плюс отработки. За одним исключением. Поттер могла позволить говорить что угодно – профессор Снейп «не замечал». Это особое отношение уже стало предметом слухов, ходили даже речи, что она – его внебрачная дочь. (Услышав это впервые, она засмеялась, а потом глубоко задумалась). Только Эри не удавалось воспользоваться этой привилегией: лично ее Малфой не задирал.

«До сих пор не отошел, м-да, как же серьезно вышло… скорей бы он снова превратился в мелкого пакостника – тогда станет ясно, что он пережил тот эпизод».

Отработка у Снейпа прошла… странно. Он упомянул, что Эри будет помогать в приготовлении Зелья Прозрения, но девочка ожидала, что опять будут котлы, котлы и котлы. Чистить их приходилось без магии, тряпкой, щеткой, песком и золой. (За время осенне-зимних отработок Эри не раз с завистью вспоминала батарею моющих средств тетки Петуньи). Однако она ошиблась, вместо надоевшей уборки Снейп припряг ее резать флоббер-червей, крошить чешую огнекрабов, растирать горицветку обжигающую. Пусть исключительно неприятные, все эти компоненты действительно входили в проклятое зелье, Эри заранее посмотрела в справочнике. Сам он, склонившись над котлом, помешивал, резал что-то свое, отмерял капли – делал более тонкую работу, и не обращал на провинившуюся студентку внимания. Примерно через час он рассеянно обернулся, посмотрел на нее с удивлением – явно забыл, весь в своем зелье – и спросил с легким недоумением:

– Поттер, вы еще здесь? Идите к себе, отработка закончена.

– Спасибо, сэр, – Она потопталась возле стола, неуверенно глядя на преподавателя, пока Снейп не взглянул снова, теперь с раздражением:

– Что еще, Поттер?

– Сэр, как я справилась с отработкой?

– Неплохо, Поттер, – сказал он с удивлением. – Идите, а то еще одну назначу!

– Спасибо, сэр! – крикнула она, убегая.

В коридоре Эри подпрыгнула на месте, покрутилась вокруг своей оси, размахивая сумкой. Снейп ее похвалил! Ну, почти похвалил. Она еще раз подпрыгнула и пошла из подземелий домой.

«Сама знаю, какая это глупость. Что я так переживаю? И почему так приятно, когда он не язвит и ехидничает, а ведет себя прилично?.. Так. Давай разберемся».

Разобралась она быстро – за время дороги до гриффиндорской башни.

«Поттер, ты попала. Только твоя бестолковая башка может ассоциировать профессора Снейпа с папочкой! Как это называется… эээ… комплекс Эдди? Комплекс Пэдди?[2] По-моему, там все плохо кончилось. Ой-ой. Как же так получилось?

Не притворяйся дурочкой, Поттер, все ты понимаешь, как получилось. С того момента, как он тебя накормил. Когда заговорил, как с взрослой. Когда рассказывал о жизни в «серпентарии», о волшебном мире. Когда смотрел внимательно, будто дырку старался провертеть глазами (неважно, что сердито), а потом вдруг «не заметил», как ты булочки со стола потырила. И еще когда оставил у портнихи, задержался в дверях и сказал очень тихо, но ты услышала – «маленькая гадюка!». Вот тогда и началось.

Отец может быть злым, язвительным, несправедливым – но все равно…

И он настоящий, а не эти… мороки из зеркала».

Эри вздрогнула. Призраки Еиналеж мерещились ей везде, даже колдофото родителей она пока не могла смотреть – было слишком больно. Невилл привез из дома, Хагриду еще прислали, Макгонагалл поделилась – но девочка только мельком смотрела на них и убирала в тумбочку. Изучать колдоснимки, как раньше, она не могла. И даже перестала носить с собой ту, первую фотографию.

Если не говорить о проблеме, ее как бы и нет – воспитание у Дурслей вложило эту мысль ей в голову. Поэтому, раз отплакавшись и все-все себе высказав («дура наивная» было единственным цензурным комментарием), она решительно запретила себе думать об этом. О чем угодно другом – можно. Уроки, книги, однокурсники, Малфой, философский камень… о чем угодно, хоть о Снейпе!

По правде говоря, о нем она думала очень много. И вот до чего додумалась.

«Если бы профессор знал… брр. Убил бы на месте, наверно».

– Эту игру будет судить Снейп, – озабоченно сказал Оливер Вуд, глядя, как дурачатся в воздухе близнецы Уизли. – И он точно будет подсуживать хаффлам.

– Почему хаффлам? – лениво спросила Поттер. Она так и не удосужилась заглянуть в турнирную таблицу, и до сих пор не знала, на каком они месте, и какие шансы получить квиддичный кубок.

– Потому что, если мы выиграем у них, то займем первое место, а если нет – второе. А слизни считают, пусть лучше победит кто угодно, но не мы.

– Не называй их так, – попросила Эри.

– Они нас грифами-стервятниками называют. Или кошаками.

– Мы не должны уподобляться им, – наставительно сказала Эри, вспомнив слова Гермионы.

– Кто бы говорил, Поттер!.. В общем, постарайся поймать снитч как можно раньше, потому что Снейп будет подсуживать, штрафные назначать, и прочее. Еще хорошо, что нельзя удалить игрока с поля, ни за какие проступки, а то бы он нашел, как от тебя избавиться.

Эри улыбнулась, потом задумалась. Ее отношения (да есть ли отношения? его не-равнодушие к ней – было или примерещилось?) с профессором – это одно. А квиддичный кубок – совсем другое. Поттер не казалось странным или обидным, что он будет подыгрывать слизеринцам. Соревнование между факультетами было больше похоже на войну, и нет ничего странного, что профессор хочет победить в этой войне. Значит действительно надо вести себя как паинька… и высматривать снитч.

– Ты с ума сошла?! – возмутился Рон. – Ты слишком легко к этому относишься. Он опять попытается сбросить тебя с метлы, как в прошлый раз.

– Я уверена, это был не он, – Эри надоел этот разговор.

Гермиона, бледная и сосредоточенная, сказала взволнованно:

– Мы втроем выучили несколько заклинаний, которые должны помочь. В прошлый раз я ему мантию подожгла, а теперь…