Люциан Ферр - Чужая жизнь

– В общем, сегодня утром состоялся поединок, – предельно коротко ответил он.

– И?.. –такого ответа мне было мало. – Кто кого?..

– Вы победили выставленного графом бойца, – пояснил Крад.

– Граф выставил вместо себя кого-то другого? – на секунду удивился я и вдруг все вспомнил. События этого утра молнией пронеслись в голове, и я заскрежетал зубами от фантомной боли. Впрочем, с ней быстро удалось справиться. – Черт, точно ведь! Эта проклятая ящерица оказалась очень сильна.

– Да, – кивну храмовник. – Драконоиды или как их чаще называют просто драки, чрезвычайно опасные противники. Они во много раз превосходят человека в скорости реакции, силе и ловкости. Кроме того, их чешую довольно проблематично пробить как простым оружием, так и магией. Один на один человек не может справиться с воином драков, каким бы хорошим бойцом он не был. Даже храмовник с трудом может противостоять одному простому воину. Вы же победили вождя.

– С чего ты взял, что это был вождь? – заинтересовался я.

– Определил по расцветке чешуи, – пояснил он. – Согласно ей драки делятся на касты. Зеленый – охотники. Коричневый – воины. Синий – мудрецы. А красный – вожди. Конечно, они далеко не всегда имеют чешую одного цвета. Довольно часто встречаются сочетания близких друг другу цветов. Например, как у вашего противника – красный с желтым. Но общая направленность этих четырех цветов всегда сохраняется.

– И откуда ты столько всего знаешь? – поразился я. – О чем бы я ни спросил, у тебя всегда припасен какой-нибудь ответ или даже история из жизни.

– Все очень просто, – под маской хмыкнул Крад. – Довольно продолжительную часть жизни я путешествовал, и на своем пути повидал очень много. А кроме того, для того чтобы стать храмовником нужно выучить наизусть ОЧЕНЬ много всего. Например, географию, политику, несколько языков, большую энциклопедию живых и неживых созданий, том «Описание разумных рас» и еще многое другое. И если не сумеешь все это без запинки выложить экзаменатором, то останешься простым послушником. Пока не выучишь.

– Серьезно у вас все организовано, – оценил я размах и вдруг кое-что вспомнил. – В таком случае ты, вероятно, знаешь, каким образом графу удалось протолкнуть вместо себя это существо?

– Это моя вина, Основатель, – склонил голову храмовник. – Я знал, что при сильном неравенстве разрешается выставить вместо себя другого бойца. В нашем случае граф использовал то, что вы владеете магией, а он нет. Я знал, что такой вариант возможен, но не предполагал, что ему каким-то образом удастся выставить вместо себя драка. Этих существ в принципе невозможно к чему-либо принудить – если они не хотят чего-то, то и не будут этого делать. Драться с заведомо более слабым противником с их точки зрения – недостойно. А всех людей они считают гораздо слабее себя. Надо сказать, вполне заслуженно. И понять, каким образом графу удалось убедить драка, я не могу.

– Ясно, – кивнул я, но решил еще подумать об этом на досуге. – Значит, больше никто не станет оспаривать владений ордена?

– Вряд ли, – ответил Крад и мне почему-то казалось, что он улыбался. – Сегодня вы совершили невозможное. Победить одного из вождей драков в честном бою не удавалось еще никому. Так что теперь мало кто захочет выступать против человека, способного на ТАКОЕ. Тем более вы и так ожившая легенда – сомневаюсь, что кто-то захочет бросить вам вызов. Разве что только сумасшедший.

Высказав последнее предположение, храмовник захохотал. Очевидно, представил себе нескончаемый поток безумцев, идущих к цитадели с единственно целью – бросить непобедимому Основателю вызов и погибнуть от его руки. Меня эта картина тоже позабавила. Но не настолько, чтобы забыть о деле.

– Значит, скоро обратно в орден? – спросил я, когда Крад отсмеялся.

– Да, – кивнул он, все еще похохатывая. – Как только вы почувствуете себя достаточно выздоровевшим, чтобы без труда сидеть в седле, отправился в обратный путь.

– То есть без меня вы могли бы отправиться хоть сейчас? – уточнил я.

– Да, – утвердительно кивнул храмовник, а потом вдруг сообразил. – Что значит без вас? Мы не можем оставить вас без охраны. Это слишком опасно!

– А придется, – стальным голосом произнес я. – Я при… кхе, прошу: уезжайте без меня. Мне надо побыть одному некоторое время.

– Но это слишком опасно, – продолжал настаивать он. – Да и зачем???

Врать я не мог. А молчать не хотел. Все-таки он был чем-то вроде моего потомка.

– Я не хочу, чтобы кто-нибудь из родичей был со мной рядом, когда ко мне вернется память, – прямо ответил я, глядя Краду в глаза.

– Но почему??? – он действительно не мог понять моего решения.

«Как жаль, что ты не понимаешь, – подумал я. – Значит, придется идти другим путем. Хотя… Хотя лучше все-таки попробую объяснить».

– Сначала ответь: где я был все эти годы?

– Не знаю, – пожал плечами он. – Думаю, заточен под толщей камня.

– Да? – саркастически спросил я. – И сколько человек может прожить в таком состоянии? Даже с помощью бога – сколько? Неделю? Месяц? Может год. Но уж никак не три с лишним десятилетия. А если так, то куда я исчез на эти долгие годы? Я не хочу, чтобы рядом со мной кто-то был, потому что вы единственные, кто у меня сейчас есть. Вы моя семья и я… Я боюсь, что не смогу смотреть вам в глаза после того, как все вспомню. Поэтому я хочу быть один. Чтобы иметь время привыкнуть и все обдумать.

– Орден примет вас, что бы ни скрывалось в вашем прошлом, – убежденно произнес Крад. Он действительно в это верил.

– А я? Смогу ли я сам принять себя? Этого храмовник не знал, однако сдаваться так легко не собирался.

– Но это все равно слишком опасно, – принялся настаивать он. – Если наш противник сумел подчинить себе одного из вождей драков, то он крайне опасен, и нам нельзя рисковать, оставляя вас без надлежащей защиты.

«Он все-таки не понимает, – печально подумал я. – Он действительно готов принять любое мое прошлое. Но я не он. Я не смогу спокойно жить рядом с ними, зная, что когда-то просто бросил их. Что все это время жил в спокойствии и достатке».

– Я могу изменить внешность так, что никто меня не узнает, – продолжал настаивать я, надеясь, что он все-таки поймет и отпустит… сам.

В подтверждение своих слов я заставил маску исчезнуть с лица. Она просто втянулась под кожу лица, став незаметной глазу. Незаметной потому, что покорно повторяла любую мою мимику. Ну а то, что лицо от этого стало выглядеть несколько более полным, было мне только на руку.

«Хоть теперь не буду так похож на мертвяка» – буркнул я, проделав этот фокус в первый раз.