Пленен и опасен (СИ) - Нэльте Нидейла

Одежда, конечно, поношенная, но уж какая нашлась. И на том спасибо, хоть не опостылевший полевой костюм.

Волосы пусть и не такие неприлично уложенные, как после гребня Эльвин, но по крайней мере не смотрятся спутанными космами, как последние десять лет.

Выдохнув, он спрятал кинжал и двинулся к двери.

Эрдану хотелось, чтобы Эльвин была рядом. Или хотя бы ждала его. Чтобы ей первой он мог сообщить о своей победе.

Разумеется, победе.

Потому что слияние — это всё-таки интимный процесс, но для Эль он готов был сделать исключение.

И даже подумать не мог, что Аш-Эр-Асан решит устроить его на виду у всех.

Хотя, пожалуй, это было логично. Правильно.

Иш-Асса он почувствовал, едва вышел на улицу.

Связь, которую, казалось, утратил навсегда, но которая всё это время оставалась в нём, вдруг напряглась. Почти выстрелила внутри.

Нетерпение, ожидание, гнев, обида — столько эмоций, не всегда людских, из которых благодаря Вишенке он смог выделить лишь несколько основных.

Сейчас они обрушились на него. И ему огромных усилий стоило свернуть в другую сторону.

Эльвин ждала, как и обещала. И эта связь тоже ощущалась внутри него. Не то призрачной старой цепью, не то чем-то новым. Нежданным. Но не менее крепким.

Эль сбежала с крыльца, в своём обтрёпанном ветрами костюмчике. С развевающимися волосами. Раскрасневшаяся.

— Его привели, да? — шепнула, тоже безошибочно что-то ощущая.

Эрдан молча кивнул, не в силах выталкивать из груди слова.

Взял её руку и повёл туда, где чувствовал своего дракона. И множество других, которые собрались, чтобы видеть всё собственными глазами.

Сегодня решится, признают ли его принцем Атавии. Тем, кто способен вести за собой воинов и распоряжаться их жизнями. Тем, за кого они готовы будут умереть.

Настало время показать всем, кто он.

Эльвин

Сердце словно стало огромным, просто безразмерным, и не умещалось в груди. Вырывалось, отстукивало рваный ритм, заставляя дрожать.

И только горячая, твёрдая рука Эрдана придавала смелости и решительности.

Ему ведь ещё тяжелее. И, наверное, страшнее. От этого зависит вся его жизнь. Всё, к чему он стремился, испытывая издевательства в плену.

А он идёт рядом. Решительно. Расправив плечи.

Свободный.

Это ведь я должна его сейчас поддержать. Показать, что верю в него.

Хоть как-то искупить вину за то, что столько времени держала под контролем. Не отпускала. Тем самым помогая Ниссвилу.

А вместо этого он ведёт меня сейчас за руку, словно бы передавая часть своей силы. Своего Пламени.

Не знаю, где раньше находился Иш-Асс. Признаться, мне казалось, где-то внутри многокилометровых пещер Аш-Эр-Асана, скрытый, спрятанный от мира.

Если уж все драконы собрались здесь, не могли же его оставить в ином месте?

Но сейчас Иш-Асс был снаружи. Это передала Вишенка, которая с самого утра полетела к нему. Каким-то образом ей удалось перекинуть мне картинку, и я знала, куда идти.

А даже если бы не знала, наверняка сообразила бы.

Аш-Эр-Асан приказал оградить огромное поле. Туда стекались драконы со всего города. Кто в звериной ипостаси, кто в людской — этакая смесь зрителей.

И оттуда доносился гул голосов, которые время от времени перекрывал рык.

Раздражённый, обиженный, испуганный. Ожидающий.

Чешуя поблёскивала на солнце мутным янтарём, и его хотелось отмыть, почистить. Даже осознавая, что это и есть цвет Иш-Асса.

Пригладить взъерошенные чешуйки.

Огромный дракон сжался в центре, явно недовольный таким вниманием. Глаза горели сердитым красным огнём.

При виде Эрдана все замолчали.

Он отпустил мою руку, и, не сводя взгляда с Иш-Асса, смело прошёл в небольшой проход, оставленный специально для одного человека.

А я прильнула к брусьям ограды.

Иш-Асс шагнул вперёд, нервно разнося хвостом камни и сухие ветки. Впился взглядом в своего человека, и на какие-то мгновения мне показалось, что он сейчас Эрдана просто разорвёт.

Гигантская пасть раскрылась, издав вопль, полный гнева, ярости, одиночества.

Я ожидала потока Пламени, и лишь когда не увидела, вспомнила, что говорил Аш-Эр-Асан. У Иш-Асса отобрали силы.

Все вокруг затаили дыхание.

Эрдан продолжал подходить. Медленно. Глаза в глаза. И, приблизившись, коснулся морды, которая склонилась к нему не то всматриваясь, не то принюхиваясь. Не то желая проглотить.

— Прости, что так долго, — произнёс в полной тишине.

55

Эрдан

Двадцать лет он шёл к этому касанию.

Страха не было. Душу переполнял восторг. Восторг перекрыл все прочие чувства.

Он видит Иш-Асса. Живого. Это главное.

Да, он понимал очень ярко, что пришлось пережить его другу. Брату. Его второму «я». Знал всё, что Иш-Асс за эти годы испытал.

Сейчас эти чувства и эмоции становились его собственными, они пронизывали, захватывали, переполняли. И он мог с ними справиться. Успокоить, умиротворить. Ощутить то единение, к которому оба так долго стремились.

Это была общая сила, которая успела спаяться, которую не смогли забрать прихвостни Мерса и передать другому.

Сейчас, вблизи, коснувшись, Эрдан понял, что Иш-Асс так и не сумел стать до конца материальным. Это наверняка порождало множество трудностей, делало его уязвимым.

И в то же время давало Эрдану надежду.

Надежду, которая росла, крепла, заполняла его целиком.

В ответ на слова Иш-Асс приподнял морду, словно прислушиваясь. Не сводя горящего взгляда.

А после в голову Эрдана полились картины. Всего, что происходило с его драконом за это время. Всё, что он пережил, начиная с убийства своей семьи. С потери своего человека. Своей силы.

Он, один из сильнейших драконов, вдруг вмиг лишился всего. И это сводило его с ума.

Он возненавидел. Иногда эта ненависть изливалась на окружающих. Тех, кто жалел или наоборот, насмехался.

Иногда оборачивалась на того, кто покинул его, так и не став одним целым. Забрал с собой половину его сути, его души. Заставил перенести эту боль.

Светлым пятнышком промелькнула Вишенка.

Яркая, разноцветная, весёлая. Она так хотела обрести человека, так печалилась, что Аш-Эр-Асан запретил откликаться на призывы.

И так желала помочь ему, Иш-Ассу.

Эрдан потерял счёт времени и пространства. Сейчас ничто вокруг не имело значения.

Только он и его внутренний зверь. Утраченный и обретённый.

Он знал, чувствовал: Иш-Асс тоже видит всё, что за эти годы произошло с самим Эрданом. Ощущал, как уходит обида, обращаясь желанием помочь. Встать рядом, защитив своей силой, о которой дракон никогда не забывал.

Как ненависть направляется на истинных виновников. Перерастает в желание отомстить.

Глаза становились всё ближе. Эрдан очень смутно помнил, как должно происходить единение, слияние, оборот. Только эмоциями, обрывками ощущений, которые старался сохранить в памяти все эти годы.

В яркой янтарной вспышке промелькнули детские воспоминания. Специальные руны и печати, которые используют фаирпаты для обретения дракона.

Лица отца, магов, охранников, которые приняли на себя бой.

Приняли, но проиграли. Оказались неготовыми к предательству.

А после осознал, что летит.

Машет крыльями. Своими.

Растворяется в общих эмоциях, ощущениях.

В какой-то момент промелькнула мысль об одежде, и он подхватил её магией, как подсмотрел у принца Араберга и его свиты.

Все органы чувств изменились. Слух усилился, казалось, он может отличить голос каждого из собравшихся внизу, взревевших в едином радостном порыве наблюдателей.

Нюх распознавал множество запахов, незнакомых человеку — но дракон очень хорошо в них ориентировался, и Эрдан тоже начинал отличать.

Восторг, ветер и огонь из пасти. Как давно он желал ощутить это Пламя снова в себе!

Или не он?