Сергей Жилин - Иоанниты

– Они думают, что мы просто…

– Авантюристы! – помог каледонец и закивал, радуясь удачно подобранному слову.

– Но они всё расскажут родителям, а те поймут что к чему. Завтра вся округа будет в курсе, что птичьего губителя ищут иоанниты.

– А почему вы скрываете, что из Ордена? – спросила высокая близняшка. – В Каледонии хорошо относятся к вам.

– Ну да, нас просто на руках готовы носить.

– В самом деле, а уж то, что вы собираетесь избавиться от демона… ну, все будут вам так благодарны!

– Давайте-ка всё просто будет по-нашему, – грубовато ответил я.

Девушки притихли, но им оказалось нужно что-то несравненно большее, чтобы ретироваться.

– А как вас зовут?

– Нас? – словно бы каркнул Эдмор.

Сёстры еле заметно кивнули.

– Я Август, а его зовут Эдмор.

– Ну, а наши имена вы уже знаете…

– Да.

– Вообще-то, нет, – брякнул товарищ. – Кто из вас кто?

Девушки покраснели – на их бледных лицах краска сильно бросается в глаза. Пристыжено смеясь, они долгое время молчали. Наконец мы разобрались, что та, что выше:

– Я Элиза.

А та, что ниже:

– Я Кристин.

– Приятно познакомиться, – сказал я, хотя по голосу не похоже, чтобы мне было так уж приятно.

Девушки же вполне искренно улыбаются.

– А как вы собираетесь ловить демона?

– Это сложный вопрос, – задумчиво проронил Эдмор, – дети сказали, что сюда он не вернётся, так что мы понятия не имеем, где его искать.

– То есть, – прямо огорчилась Кристин, – вы не нашли… как это назвать… улик?

– Нет, улик мы не нашли.

– И под мостом тоже?

– Что ещё за мост? – сосредоточенно нахмурился я.

Сёстры на секунду замялись. Элиза, глянув вслед давно ушедшим малышам, ответила:

– Разве ребята не отвели вас под мост неподалёку? На самом деле, слава богу, хоть туда они не лазят.

– Что за мост? – продолжил допытываться я.

– Песочный мост, он в миле отсюда в той стороне, – указала высокая девушка на северо-восток.

– Песочный мост[18], так и называется?

– Да, это странно, но решили дать такое название.

– И что там под этим мостом? – подключился Эдмор.

– Мы, наверно, точно не скажем, – выдержав паузу, неуверенно заговорила Кристин. – Сами мы там не были, чего нам по мост лезть… Но говорят, там гнездо демона, что-то вроде этого. Его, кстати, нашли гораздо раньше.

– Это в той стороне, да? – подошёл я к дыре в стене, взглянув в указанную сторону. В той стороне еле заметна речушка. Через такие можно перепрыгивать – мосты наводить необязательно.

– Да, это там.

Эдмор присоединился ко мне, мы уставились туда, где должна располагаться лёжка демона. Странно, чего он так часто кочует…

– Мы могли бы показать вам, – предложили девушки.

Решили не отказываться.

Мост получил название не зря: нелепая конструкция внушает доверия ровно столько же, сколько и «ступа», а фантазии у архитектора оказалось меньше, чем у десятилетнего ребёнка, мастерящего из щепок. В длину он не больше пятнадцати ярдов, парапеты вовсе отсутствуют.

Речушка совсем мелкая, русло заполнено меньше чем на половину, торчат островки. Берега загажены тиной – виды крайне непривлекательные.

Пришлось перебраться на ту сторону, затем мы ещё немало времени потратили на поиск места, где можно спуститься.

– Да здесь нормально, – двинул было вниз по крутому склону каледонец.

– Нет, где-то рядом есть удобное место, там все спускаются.

– Вы хоть сами туда спускались?

– Вот здесь, вроде как… – не услышали усача девушки.

– Короче, мы пойдём тут.

Поиски совсем опостылели Эдмору, и тот побрёл вниз по осыпающемуся склону. Проскользив полдороги, он за пару секунд спустился к реке. Я сразу же пошёл следом, но в отличие от товарища дважды упал: один раз на середине спуска, а второй – у самой воды, так что каледонцу пришлось ловить меня.

Поставив меня на ноги, он крикнул девушкам:

– Гнездо прямо под мостом?

– Там будет проход, вы найдёте.

– Проход? – возмутился я. – Там канализация что ли?

– Нет, там катакомбы с захоронениями…

– Ясно.

И мы осторожно двинулись вдоль склона, пролезли под опоры Песочного моста и осветили себе узорами путь в одну из фанекских катакомб.

Эпидемии существовали всегда, болезни всех сортов раз за разом стегали людей по голой спине. Разумеется, Орден всячески с ними боролся, лечил всех, кого мог. Но правда жизни такова, что руки целителя всегда короче, чем руки смерти. Иоанниты одолели десятки эпидемий, но каждый раз их старания приводили к тому, что умирало очень много вместо катастрофически много.

Иными словами, во многих городах частенько складывалась ситуация, что хоронить людей попросту негде. Тогда использовали катакомбы, в одну из которых мы и пробрались.

Сказать, что здесь хоронили людей, неверно – тела здесь набрасывали вдоль стен, присыпали землёй, затем поверх бросали ещё тела. Слой за слоем трупы складывали до потолка. Что-то вроде братской могилы, только без уважения и почёта.

Катакомба оказалась очень старой: в стенах торчат старые осыпающиеся кости, факелы, призванные способствовать циркуляции воздуха, давно отсутствуют. Хорошо ещё, что место сухое, несмотря на близость реки.

– Прямо как ты любишь, – попытался пошутить Эдмор.

– Да я просто влюблён в это подземелье, – равнодушно бросил я товарищу.

Мы пошли изучать подземные коридоры. Катакомбы бывают непомерно большими. Слышал я про подземелье в Валарии, в котором пропали без вести десять служителей закона за первую же неделю изучения. Древние ходы под городом обнаружили случайно и решили тотчас проверить их от и до. За пару лет это удалось, ценой жизни более пятидесяти пропавших. Катакомбы оказались чуть меньше самого города по площади.

Наше подземелье, впрочем, оказалось крошечным – я бы сравнил его с крупной квартирой, комнат этак на шесть. В дальнем её углу мы нашли порядочный выход наверх (к несчастью обрушившийся) и лежбище из знакомых перьев.

Я осветил гнездо – в серебристом свете показались какие-то тряпки, пух, ветки и мелкие косточки, принадлежащие, надо полагать, птицам, рыбам и грызунам.

– Странно, что демон забрался в такое место, – сказал Эдмор. – В «ступе» я понимаю – на высоте, удобно взлетать… Но чего ему сидеть в этом подземелье?

– Если б я знал.

– А это рыба? – присел каледонец и принялся ковыряться в косточках. – Да, рыбий хребет. Может, ему здесь рыбачить удобно было?

– Чего ж он теперь не рыбачит? Люди приглянулись, гурман он проклятый.

– Наверно, в людях что-то есть.