Брайан Дэвис - Кэндлстон — пожиратель света

Машина просвистела мимо их укрытия, которое находилось совсем недалеко от двери в лабораторию, и остановилась, не доезжая футов тридцати до внедорожника доктора Коннера. Из машины выпрыгнул водитель и сразу побежал к багажнику, размахивая пистолетом.

Карен чуть не вскрикнула от страха и забарабанила по головам девочек, чтобы они пригнулись еще ниже. Неужели он увидит их следы? Снегу уже намело полным-полно но, может быть, следы еще видны? Мужчина бегал туда-сюда возле багажника, будто не зная, что предпринять. Наконец он остановился и заорал прямо в багажник:

— У меня пушка, малыш! Не думай, что ты успеешь плюнуть быстрее, чем я спущу курок! Может, ты уже вытащил кляп? Все равно, моя пуля тебя быстро охладит.

Мужчина щелкнул пультом, запирая машину, и дрожащей рукой прицелился в багажник. Он переминался с ноги на ногу на ледяном ветру. Прошла, казалось, целая минута, прежде чем он опустил оружие и грязно выругался, пиная задний бампер ногой.

— Сиди тихо. Попробуй только сбежать, и я вышибу тебе мозги. Я не слишком пекусь о твоем здоровье, сам понимаешь.

Мужчина направился к двери в лабораторию. Распахнув ее, он напоследок злобно оглянулся и исчез в скале.

Билли, наконец, удалось выплюнуть кляп. Он лежал, повернув голову так, чтобы обжечь Палина, как только в багажнике забрезжит свет, чтобы зажарить мерзавца, не дав ему выстрелить. Он мысленно представил себе, как черный рыцарь корчится в агонии, и его сердце наполнилось удовлетворением сладкой мести. В его мечтах Палин изжаривался до кучки грязного пепла, а он, Билли, подходил и пинал ботинком его останки, рассеивая их в пыль. От этих картин в горле у него образовался твердый ком, но Билли сглотнул и подумал: Ничего. Палин заслуживает смерти. Он убийца драконов и хочет убить Бонни и меня.

Билли слышал, как он кричит и грозится, но потом все стихло. Он ушел? Ждет подмоги?

Поскольку руки его были по-прежнему стянуты клейкой лентой, Билли ничем не мог себе помочь.

В темном багажнике не было ничего острого. В ногах стояла пара канистр с бензином, а нос подсказывал, что у головы находится еще одна.

Ему нужен был план. Кричать было нельзя, потому что Палин мог находиться где-то рядом. Мечты мечтами, а Палин мог открыть багажник издалека, так, чтобы Билли не доплюнул, и застрелить его только за то, что он вытащил кляп.

Такая перспектива Билли совсем не улыбалась. Мерлин правильно написал. Зря я перевернул страницу. Это все моя вина.

Хотя он только раз прочитал мрачное пророчество, его слова неожиданно пришли ему на ум, вопреки законам нормальной человеческой памяти:

Бича удары для рабов,Не для наследных сыновей,Для гордецов, что только мнят,Что силы нет земной сильней.Надежда, побеждая страх,Пусть в сердце верное войдетТого, кто молит о тебеИ слезы праведные льет.

Да уж, если и оставалась какая-то надежда, то только не у Билли, и если о нем и молились, то никто этого не слышал.

— Кто в багажнике?

Голос! Кажется, девчоночий, писклявый. Ответить? Если она не знает, кто здесь, значит, она не с Палином.

— Я Билли Баннистер! — завопил он. — Меня похитили! Пожалуйста, помогите мне выбраться отсюда!

— Подожди, сейчас!

Раздался скрип шагов по снегу.

— Дверь закрыта!

— Попробуй все двери!

— Они все закрыты.

Билли заерзал, напрягая запястья. Так близко, и так далеко! Какая-то девчонка, наверное, проходила мимо и услышала, как он возится в багажнике. В случае чего ей тоже несдобровать.

— Ты лучше спрячься куда-нибудь. Этот бандит, может быть, скоро вернется.

— Нет, не скоро. Я видела, куда он пошел. Там долго идти.

— Ты можешь позвонить в полицию?

— Нет, но у меня есть идея.

Билли разочарованно вздохнул.

— Что за идея?

— Это «гранд-маркиз», и у него в багажнике должна быть отмычка — такая блестящая ручка в виде буквы «Т». Она должна висеть на шнуре возле замка.

Билли огляделся:

— Тут нет ничего блестящего, я бы уже заметил.

— Значит, он ее срезал. Но тогда должен остаться шнур. Если ты дернешь за него, крышка легко откроется.

— Ну как же… легко откроется… у меня руки связаны за спиной.

— А ноги? Может, ногами попробуешь?

— Не знаю. Постараюсь все же руками. Пальцы совсем онемели, но, может быть, получится…

Билли изогнулся и подвинулся спиной к замку, отталкиваясь ногами. Пальцы его превратились в ледышки и почти ничего не чувствовали. Пока он возился, девочка снова заговорила:

— Меня зовут Карен.

— Приятно… познакомиться, — пробубнил, пыхтя, Билли.

— Если он вернется, я тебе стукну.

— Достал! — Билли зажал шнур в мерзлых пальцах и дернул. Раздался щелчок, и крышка отскочила, впуская в багажник дневной свет вперемешку со снегом. Билли уселся на край багажника спиной к Карен. — Освободи мне руки, а?

Стянув перчатки, Карен начала отрывать куски клейкой ленты и совать их в карман куртки.

— Здесь все перекрутилось, но отдирается легко. — Пару раз она оглянулась через плечо, продолжая работать. — Ну и отделал он тебя. У тебя такие губы, будто ты целовал фрезерный станок.

— Ну да. Это все из-за кляпа.

— А шея! Ты что — побрился газонокосилкой?

— Не обращай внимания! Побыстрей разматывай, а то он вернется и прикончит меня!

Наконец последняя полоска серой ленты была снята. Билли сбросил кляп с подбородка на шею и медленно выбрался из багажника. Все мышцы свело судорогой. Он зашатался и схватился за левую ногу ниже колена, глядя вверх на веснушчатое лицо своей рыжеволосой спасительницы.

— Можно мне на тебя опереться? Нужно быстро спрятаться, пока Палин не вернулся.

Карен захлопнула багажник и подставила ему плечо.

— Пожалуйста.

Она повела его к валуну меж деревьев у просеки, ступая по следам на колее. Когда они зашли за валун, Билли с удивлением увидел еще троих тепло укутанных девочек, младше Карен. Он стащил с себя куртку и стал растирать руки и ноги.

Одна из девочек улыбнулась ему и спросила Карен:

— Кто это?

Карен наклонилась, чтобы поднять куртку Билли.

— Это Билли… э-э-э… Баннистер, кажется.

Билли кивнул всем по очереди:

— Да, верно. Меня зовут Билли Баннистер. А ты сказала, что тебя зовут Карен?

Карен протянула ему куртку:

— Да. Можешь называть меня Морковкой, если хочешь. А это Стейси, Ребекка и Моника.

Билли улыбнулся окровавленными губами:

— Погодка сегодня не для прогулок. Что вы здесь делаете?