Терри Брукс - Пламенеющий Ангел

Два Медведя улыбнулся.

— Я ведь только шаман, Гнездо Маленькой Птички, я не пророк. Я индеец-Синиссипи, без роду без племени, уставший от скитаний. Я даю тебе совет, который кажется мне мудрым, но не уверен, что тебе это поможет. Доверься собственным ощущениям. У тебя ведь есть твоя магия, правильно?

Она сжала губы.

— Ты же знаешь, что есть. Но моя магия — всего лишь игрушка, она заключается в Духе, который принадлежал моему отцу. Уж не хочешь ли ты сказать, будто я должна использовать ее?

Он покачал головой.

— Ты слишком быстро отказываешься от своих способностей и низко оцениваешь свою силу. Подумай-ка вот о чем. Тебе много раз удавалось выживать в минуты опасности. Ты многого добилась. И в результате стала сильнее, чем была. Не забывай об этом.

Улыбка тронула уголки ее губ.

— А разве недостаточно того, что я не забываю произносить твое имя: О'олиш Аманех? Я произношу его всякий раз, когда чувствую страх или одиночество. Оно для меня как талисман.

Бронзовое лицо индейца потеплело, взгляд смягчился, и он кивнул, довольный.

— Я чувствую, когда это происходит. Вот здесь, — он постучал по широкой груди. — Ты произносишь мое имя, и это дает мне силу.

— Ну, не знаю, насколько это тебе помогает, но, раз ты так говоришь, я рада. — Нест вздохнула, выпустив облачко пара. — Мне, похоже, пора. Темнеет.

Они постояли еще немного вдвоем, не говоря ни слова, возле могил ее близких, и хлопья снега падали им на головы и плечи. Темные стволы деревьев и бледные надгробные плиты заволакивала сплошная снежная пелена.

— Сегодня ночью выпадет много снега, — глубоким, рокочущим голосом произнес Два Медведя. Его темные глаза встретились с глазами Нест. — Может, наступило время подумать о путешествиях, которые были у тебя в жизни. Может, пора мысленно вернуться на дорога, по которым прошел.

Она не стала допытываться, почему он это говорит. Не была уверена, что хочет знать. Да и не особенно верила в возможность получить ответ.

— До свидания, Гнездо Маленькой Птички, — сказал он, отворачиваясь. — Поспеши домой.

— До свидания, О'олиш Аманех, — отвечала Нест. — Увидимся!

Он не стал ничего говорить. Просто шагнул в клубящийся снежный вихрь и исчез.

Стоя в укрытии из толстых ветвей кипариса, Финдо Гаск видел, как Нест Фримарк беседовала с огромным индейцем. Он наблюдал за ними сквозь снежную завесу, пока Нест не двинулась к выходу из парка, а потом повернулся к сгоравшей от нетерпения Пенни Дредфул.

— Давай догоним ее и схватим, — возбужденно предложила Пенни.

Финдо Гаск подумал немного, потом помотал головой.

— Не думаю, что стоит это делать. Не сейчас.

Пенни посмотрела на него так, будто он прибыл с Марса. Ее огненно-красные волосы вихрем развевались на ветру.

— Дедуля, в чем дело, ты что, тормозишь? После того разговора тебе разве не хочется сделать ей бо-бо?

Он плотоядно улыбнулся.

— Я хочу сделать ей бо-бо так сильно, чтобы она никогда уже не оправилась. Но прямой путь — не всегда самый лучший.

Пенни состроила гримаску.

— Я уже сыта по горло пританцовыванием вокруг Мисс Олимпийская Задница, ясно тебе? Не вижу смысла во всех этих играх ума, которые ты так обожаешь. Если хочешь играть в игры, почему бы не включить туда расчленение тел? Это будет такое бо-бо, которого никто не забудет!

Финдо Гаск наблюдал, как Нест Фримарк исчезает за снежной пеленой.

— Если мы убьем ее сейчас, Джон Росс заберет морфа и заляжет на дно, а тогда нам ни за что не выловить его снова. Он наиболее опасен из них двоих. Но он рассчитывает на нее. У нее есть то, что ему нужно. Я хочу знать, что это такое.

Он подал сигнал за деревья, где ждали Твитч и эр'дрох. Потом двинулся вперед, Пенни — следом.

— Лучше догоним индейца, — сообщил он.

Пенни ускорила шаг, чтобы держаться рядом с ним.

— Индейца? В самом деле? — Она выглядела возбужденной.

Гаск скользнул через заросли кипариса, похожий на тень в своем черном одеянии, обшаривая взглядом пространство. Индеец, связанный со Словом, как гонец или вестник, был, пожалуй, самым сильным из союзников Нест Фримарк, так что есть смысл расправиться с ним первым. В этом и заключался план Гаска: уничтожить одного за другим всех друзей Нест. Он сделает это не только для того, чтобы ослабить ее и подобраться к морфу. Просто было в ней нечто, беспокоящее Гаска. Он не мог дать определения этому, оно проявилось тогда, когда они столкнулись лицом к лицу, и Нест была преисполнена решимости и чувства собственного достоинства. Знала, что он опасен, но ее это, казалось, совершенно не заботило. И Финдо желал выяснить, почему. Он жаждал пробиться сквозь ее защиту, лишить уверенности и решительности, а потом пристально вглядеться в то, что скрывается за всем этим.

Разумеется, морфа он тоже получит. Неважно, что Нест Фримарк и Джон Росс пытаются остановить его. Он добудет морфа и заполучит их имена в книгу — еще до конца недели.

И, конечно, их души в придачу.

Большой индеец уже исчез из виду, растворившись за занавесом из падающего снега. Но у Финдо Гаска были в запасе другие чувства. Другие способы отыскать желаемое.

Пенни держалась рядом, ее бледное лицо напряглось в ожидании. Она шептала:

— Эй, Тонто. Сюда, громила. Иди же к Пенни.

Кладбище Риверсайд являло собой сюрреалистические джунгли, состоящие из темных деревьев и занесенных снегом памятников. Его окружали холмы, выходящие к реке. У холмов кладбище заканчивалось.

Финдо Гаск чувствовал, что индеец где-то поблизости. Тот как будто и не спешил. Гаск ненадолго задумался. Ничего страшного, даже если он лишится одного или двух помощников в этой операции, пусть: незаменимых демонов нет.

Если не считать его, разумеется.

Таких, как он, больше не существует.

Они прошли через пространство, охваченное метелью, к небольшой поляне, примыкавшей непосредственно к ущельям. Индеец ждал там.

Нест прошла мимо надгробий, вышла на кладбищенскую дорогу и двинулась к выходу. Ветер неистовствовал, бросая в лицо снег. Ничего не было видно уже на расстоянии нескольких ярдов. Небо закрыли тяжелые, темные тучи, все стало свинцово-серым. Пейзаж поражал безжизненностью.

— О'олиш Аманех, — прошептала Нест.

Над ее головой пронеслась темная тень, и Нест быстро обернулась. Тень вначале исчезла, потом вернулась, четко выделяясь на фоне белого снега. Это оказалась сова. Она подлетела к Нест. Потом развернулась и направилась прочь, а Пик приземлился на плечо подруги.

— Кошмар! Ни зги не видать! — пробурчал он, вцепившись ей в воротник и прячась в тепле. — Ну и холодина здесь! Пусть я сделан из веток и листьев, все равно промерз до костей!