Марина Добрынина - Бей ушастых! Часть 1

— Бедный ребенок, — посочувствовала я и по ушкам этим хорошеньким его погладила.

Он совсем растаял, все порывался стихи мне читать, да только я хихикала, и со стихами не очень получилось. Потом это дитятко пьяненькое в любви мне признаться пробовало, да только я ж не дура. Понятно, что нафиг я ему не нужна — старая прокуренная калоша. Я признания эти быстренько пресекла и пообещала, что, как только Лин вернется, я их познакомлю, и он эльфенка в такие бордели сводит, что испарятся все мысли обо мне и всяких эльфийских дурах, которые от него нос воротят.

— Добрая ты, Дуся, — умилился Шеоннель, — добрая и красивая.

— Вот правильно в мире, где я родилась, говорят — не бывает некрасивых женщин, бывает мало водки! — сделала я вывод.

Вот так и сидели мы, общались. Я его рассмешить пыталась, а он то стихи читал, то жаловаться на свое житье-бытье начинал. А я как-то и позабыла, что поила его с целью разузнать что-то о мамашиных планах. Да собственно он о них и не знал, скорее всего. Разве стала бы эта стерва с ним делиться? С таким-то к нему отношением. Ох, и сволочь эта Лиафелька! Это надо же так собственного ребенка не любить!

В общем, упились мы так, что я не все запомнила. Урывками помню. Вроде бы песни мы какие-то пели, сидя в обнимку на полу. А потом целовались даже… кажется… или это мне приснилось? Вот то, что плакали мы на пару, жалуясь друг другу, какие мы несчастные, это я точно помню. Короче говоря, пьянка удалась.

В таком виде нас и застали Вальдор с Лиафель.

Просыпаюсь я в объятьях Лина. И что это он на меня ноги складывает? Я ему что, его собственность, что ли? Нет, друзья друг на друга конечности не кладут! Пытаюсь отпихнуть в сторону этого героя-любовника, а он не то, что не отпихивается, так и норовит плотнее прижаться, и даже просыпаться не собирается.

Аккуратно выползаю из-под его ног и рук, выглядываю из шатра. Осторожненько так выглядываю, чтобы по носу от стражи не получить за излишнее любопытство. И вот он сюрприз — нету стражи. Выхожу. Солнышко светит, ветерок легенький такой, приятно-прохладный, птички… может и поют, только их не слышно. Потому что в лагере — грохот и гам — его явно сворачивают. Оглядываюсь в поисках жертвы, то есть источника информации и вижу лишь Кира-2, свернувшегося клубком метрах так в двух от меня, и делающего вид, что и меня он не видит, и неразбериха его не касается. Спит бедный песик, и все тут.

— Кир! Киир!

Не реагирует. Ладно, присаживаюсь рядом с собакой на корточки, ласково тереблю его за шкирку.

— Глазки открой, ужасный волкодав, — прошу я.

— Доброе утро, принцесса, — со вздохом отвечает пес, — как Вам спалось?

— Да не очень. Лин, зараза, большую часть кровати занял, — честно признаюсь я, и тут понимаю, что говорю я не совсем то, что хотел бы слышать мой пока еще жених.

Кир поднимает голову, заглядывает мне в глаза и спокойно так произносит:

— Наверное, нам стоит расторгнуть помолвку.

— Ну да, такие мысли мне тоже в голову приходили.

Что?! А он-то почему об этом заикается?!

— Почему?

— Это была не очень хорошая идея. Да, кстати, тебе удалось то, что было задумано?

О чем он? Ах, об этом…

— Да, я беременна.

— От кого?

И вот тут я замираю, округлив глаза, и, кажется, даже забываю, как дышать. Просто смотрю на этого… глупого пса и молчу. А у него взгляд такой холодно-отстраненный, и мне очень-очень хочется его ударить. Вот взять что-нибудь тяжелое и бить до тех пор, пока он не запросит пощады. И, может быть, даже после. Как он осмелился мне задать такой вопрос? Как ему в голову вообще пришло такое? Он что, не понимает, что все это путешествие было затеяно исключительно ради него?

— От Лина, — спокойно сообщаю я, разворачиваюсь и иду в шатер. Будить этого, предполагаемого отца моего ребенка, пока его вместе со скарбом не собрали и не уложили куда-нибудь. Ищи его потом по тюкам разным!

Кошмар меня все-таки посетил. Снилось мне, что я женюсь на Саффе. Она в этом своем белом платье, а я весь такой в черном, и слушаюсь ее беспрекословно, потому что, как дурак влюблен, и ничего не могу с собой поделать. И вот меня спрашивают, согласен ли я взять в жены Озерную Ведьму. Я сделал над собой усилие и заорал:

— Нет!

— Лин, проснись!

Открыл я глаза, смотрю, надо мной Иоханна склонилась, а взгляд у нее странный такой — полный сострадания. Хм, я что, так плохо выгляжу?

— Это всего лишь сон, — прошептала она.

— Спасибо, что разбудила. Жениться на Саффе я даже во сне не собираюсь.

— Так тебе свадьба снилась!

— А ты думала что?

Принцесса не ответила, смущенно ресницы опустила. Так, понятно, что она там подумала. Как бы так намекнуть ей, что я не собираюсь всю оставшуюся жизнь переживать по поводу случившегося?

— Вставать пора. Лагерь снимается.

— Хорошо, встаем, — я потянулся и сел, — давно не спишь? А где наша зулкибарская диванная псина?

— Снаружи и… Лин, в общем, такое дело, я Киру сказала, что беременна.

— Так правильно сделала. Он имеет право знать. Эй, ты чего это краснеешь? Ханна, ты здорова? Никогда не видел, чтобы ты так смущалась.

Я бы наверно захихикал, но тут блонда эта ненормальная такое сказала, что я чуть с кровати не свалился!

— Я сказала, что ты отец ребенка.

— Кто отец? Я отец? Да ты… ты… ну ёптыть, Ханна!

— Он спросил от кого! Ты представляешь? У него ума хватило спросить — от кого я беременна! Ну, я и… в общем, так получилось.

Я задумался. Что ж, ладно. Пусть будет так. Поскольку наша с Саффой свадьба отменяется, Иоханна за Кира, я так понимаю, тоже не собирается замуж выходить, почему бы нам не исполнить давнюю мечту наших родителей?

— В таком случае, выходи за меня замуж, — предложил я.

— Ты с ума сошел? А как же Саффа?

— Не знаю и знать не хочу!

— Зря ты так.

— Ханночка, это не твое дело.

— Ладно, не мое. Но как ты себе это представляешь — ты и я?

— Не очень хорошо представляю, — признался я.

— Вот и я не представляю.

В шатер просунулась морда Кира. Он бросил на Иоханну тоскливый взгляд и полностью втянул свое мохнатое тело внутрь.

— Совет напал без предупреждения. Скоро здесь будет жарко. Лагерь эвакуируется. Нам лучше уйти.

— Мы уже готовы. Да, дорогая? — промурлыкал я и чмокнул принцессу в висок. Она бросила на меня недоуменный взгляд и согласно кивнула.

Кир печально вздохнул, вышел из шатра, но тут же вернулся назад и предупредил:

— Я иду сюда… то есть тот я.

— Только этого здесь не хватало! — рассердилась принцесса и чуть ли не насильно втиснула себя в мои объятия.