Эд Гринвуд - Утраченный трон

Хоукрил покачал головой.

— Здесь был кто-то еще, какой-то человек, у которого третий Дваер.

Краер резко вскинул голову, бросая взгляды во все стороны.

— Нет, — сказал ему латник, который сразу же понял, что ищет его старый друг и чего сам израненный Хоукрил до сих пор не заметил. — Они исчезли. Все три Камня и таинственный незнакомец, у которого третий Дваер. Он взорвал барона и его мага с летучими мышами, от них остались кости и дым.

— Кости и дым, — пробормотал Краер, оглядываясь по сторонам и качая головой. — Не сомневаюсь.

Что-то привлекло его внимание, он наклонился и извлек какой-то предмет из-под красной блестящей груды, до недавнего времени представлявшей собой содержимое человеческого чрева. То был меч Хоукрила.

— Незнакомец, да? Тогда это тот, кто отправил меня во дворец, а потом, только что, в склеп, полный разговорчивых предателей.

Латник нахмурился.

— О чем это ты?

Краер покачал головой и махнул рукой.

— Потом расскажу, — неуверенно пообещал он. — Если смогу думать потом.

Сараспер выбрал этот момент, чтобы закашляться, а затем застонать.

— Что случилось? — спросил он в потолок.

Хоукрил положил руку на его плечо.

— Тебе ведь хорошо знакомы наши обычные триумфы в битвах? — сухо спросил он.

Сараспер снова застонал, перевернулся и приложил ладонь к глазам. При этом движении последние клочья меха длиннозуба исчезли с его кожи.

Краер бросил взгляд на дверной проем и начал быстро собирать мечи и втыкать их в землю острием вниз, не отрывая надолго глаз от жителей деревни.

— Ястреб…

— Знаю, — проворчал латник. — Просто улыбайся им, пока я не разбужу девушку, ладно?

— Я собираюсь использовать множество магических штучек семейства Серебряное Древо, чтобы нас всех исцелить, и начну прямо сейчас, — слабым голосом заявил Сараспер.

Хоукрил его почти не слушал.

— Эмбра? — мягко позвал он, наклоняясь над лицом, испачканным слизью летучих мышей. — Эмбра!

Ее губы медленно шевельнулись, и ему пришлось наклониться совсем низко, чтобы расслышать слабый шепот.

— Хоукрил.

Затем Эмбра открыла глаза, лицо ее напряглось от боли, и она прибавила:

— Позволь мне просто полежать здесь немного и расскажи, что произошло.

— Какой-то человек, которого я так и не рассмотрел как следует, — сообщил ей Хоукрил, — был здесь с третьим Дваером. Он пробудил его магию и заставил невидимые мечи изрубить воинов твоего отца, а затем взорвал твоего отца и мага. Превратил в ничто. Не знаю, удалось ли ускользнуть какой-то части летучих мышей, но на тебе лежит просто куча.

Лицо Эмбры сморщилось было от отвращения, затем она решила не отвлекаться на это и просто кивнула.

— А потом?

— Он что-то сделал, и я погрузился в сон. А теперь он исчез, и вместе с ним все Дваеры.

Эмбра снова кивнула.

— Я это чувствовала… Я знала, когда ты меня разбудил. Как остальные?

— Сараспер изо всех сил уничтожает фамильные реликвии Серебряного Древа, солонки и светящиеся дверные ручки, — сообщил ей Хоукрил. — Он почти готов заняться тобой.

— Хорошо, — проворчала Эмбра и откинула назад голову. — Что-то сломано — вроде правое плечо, я и припомнить не могу, когда мне было так больно.

— Ты можешь сосредоточиться, чтобы придумать, что нам делать дальше? — крикнул ей Краер.

Эмбра посмотрела в его сторону, встретилась с ним взглядом и грустно улыбнулась.

— Значит, теперь я — ваш вожак? — спросила она. — Я думала, кое-кому надоело подчиняться приказам чародейки.

— Я не сказал, что ты будешь единственной, кто станет думать о таких вещах, — ответил квартирмейстер, — или что мы бросимся выполнять твои указания, но ты ближе всех нас к мудрости Дваеров.

Эмбра закрыла глаза и вздохнула.

— Если бы ты знал, как мало мне известно, — сказала она, — ты бы так не говорил.

— Госпожа, — смущенно произнес Хоукрил, — мы с Краером можем справиться и без того, чтобы кто-то говорил нам, что делать. Но мы — воины-практики, которые знают о магии и о Дваерах только то, что этого следует опасаться и уничтожать или убегать и прятаться, как делает большинство фермеров и крестьян. Мы будем сражаться за короля и умрем за него, но лучше бы он не надеялся на то, что мы спасем королевство и научимся пользоваться волшебной силой Дваеров. Это твоя работа.

Эмбра слабо кивнула головой, не открывая глаз, потом сказала:

— Помоги мне сесть и опереться на что-нибудь, чтобы не тревожить плечо. Если я закричу, оставь меня в покое.

Хоукрил беспомощно смотрел на нее несколько мгновений, потом протянул к девушке большие руки и обнял ее.

Она один раз напряглась и зашипела от боли, прикусив губу, но не закричала. Даже тогда, когда израненный латник поскользнулся и прислонил ее к каменной ограде колодца несколько более поспешно, чем намеревался.

— Эмбра? — с беспокойством спросил он, когда она вздрогнула. — Ты в порядке?

Она слабо улыбнулась.

— Я выживу, ты, буйвол. Принеси мне одну вещицу от Сараспера.

Целитель подошел сам, протянул маленький предмет и проворчал:

— Краер ранен серьезнее, чем я думал. Ты уверена, что мне не следует тебя полечить, прежде чем ты попытаешься сделать… ту глупость, которой собралась заняться?

Хоукрил нахмурился, но Эмбра улыбнулась старику.

— Хорошо сказано, Сараспер. Пока нет. Но если я запущу в действие какое-нибудь заклинание и сработает ловушка, которую устроил для меня тот, кто теперь владеет моим Дваером, то придется потратить намного больше твоей магической силы и запасов магии семейства Серебряное Древо. Подожди здесь, я попробую, и следи за моими глазами; если они загорятся красным огнем и вспыхнут и я заговорю так, словно я — это не я, стукни меня так, чтобы я потеряла сознание, и сделай это без колебаний!

— Это очень опасно, — проворчал Хоукрил.

Эмбра бросила на него взгляд.

— А твои вылазки в замок Серебряное Древо не были опасными? В тот первый раз, когда ты отправился туда за моими платьями, или во второй, когда Повелитель Заклинаний ждал нас с Дваером?

Хоукрил вздохнул и спросил тоном потерпевшего поражение:

— Так что мы должны сейчас делать?

— Смотрите на меня, — резко приказала Эмбра, — с достаточно большого расстояния, чтобы у вас был шанс убраться, если из меня хлынет какая-нибудь темная сила. Да, и достань мне ведро воды, я хочу пить.

Хоукрил молча протянул ей флягу, но она покачала головой.

— Когда я буду пытаться выследить Камень, у меня внутри не должно быть ничего крепче воды.