Мария Поль - Стремящаяся Ввысь

Работа начала тихо продвигаться. И то ли песня наделяла станок волшебством, то ли я отдавала ткани свои чувства, не знаю. Только моя нелюбовь исчезла, растворившись в гнете светлых воспоминаний…

Я нежно погладила дерево, отполированное руками, заправила нити. Станок заскрипел свою мелодию, жужжа нитками.

— Ду… Ай… ты его сломаешь! — Испуганно воскликнула мать, нечаянно заглянув в комнату.

— Не сломаю. — Я мягко ей улыбнулась. — Я давно уже научилась с ним обращаться.

И снова улетела вдаль, подхватываемая воспоминаниями.

… Пламенеющий Уголь сидел под окнами и пел, тихо направляя мои руки. Я раскрывалась навстречу песне, плывя на ее волнах, впитывала ее в себя, неосознанно преобразуя в магию, плясавшую на стенах. Она текла через мои руки и пропитывала насквозь создававшуюся ткань.

Неужели я его скоро встречу? Ведь он должен охранять вход в пещеры Бьярни, куда мы вроде и идем.

Я закрыла глаза и стала вплетать в жужжание станка песню, как это делал когда-то дракон. Она родилась где-то глубоко внутри, прошла через меня, оттолкнулась от веретен полотна и полетела вдаль, тихо звеня от радости.

"Айри!" Услышала я изумленное приветствие. "Ты ли это? У меня не бред?"

Но, не успела я ответить, как меня шлепнули чем то тяжелым и мокрым по голове.

— Что…что…

— Горит! Принесите воды!

— Дуняша, ты горишь!

— Что же делать?!

Я в спешке ощупала голову. Волосы, как волосы.

— Успокойтесь! С чего вы взяли?! У меня просто такой цвет волос! Их просто растрепало на ветру! Нет-нет!!! Воды не надо!!!

Я с ужасом оттолкнула от себя сестру с большой бадьей холодной воды и перевела дух. Совсем сумасшедшие.

— Почему ты не расчешешься?! — Неожиданно напустилась на меня мать. — У каждой девушки должны быть ухоженные длинные волосы. — Тут сестры, в панике забежавшие в комнату и мать с осуждением посмотрели на мою, успевшую обрасти, стрижку.

Я начала разражаться. Встретив меня после пятилетней разлуки мои дражайшие родственнички даже не подумали меня как следует рассмотреть и к неожиданно свалившейся родственнице решили относиться как и раньше. Зря. Я уже совершенно не подходила под их закостеневшие взгляды.

Из угла, из проеденной мышами норки на меня смотрел домовенок, тот самый, который мне рассказывал сказки в детстве. Вот уж кто действительно рад был меня увидеть и какой я стала. Ведь именно он утирал мои бесконечные слезы, когда я сидела наказанная в подполе.

— О… какая красивая ткань… Где ты научилась так ткать? — Заметила одна из сестер, та самая, которая чуть не вылила на меня бадью воды. Все остальные тут же сгрудились вокруг станка.

Ткань действительно получилась хорошая — мягкая, гладкая, блестящая. Магия сильно изменила волокна.

— Сделайте из этой ткани распашонку ребенку, а обрывки вшейте себе в одежду. Слышишь мама? Это поможет от сглаза. Вдруг кто…

— Хорошо. — Покладисто согласилась мать и неожиданно напустилась на дочерей. — Девочки, я хочу поговорить со своим ребенком. — Властно проговорила женщина. Я удивилась, как беспрекословно подчинились все находившиеся в комнате. Даже домовенок ушел, хотя, зная их природу, наверняка подслушивал.

Мать немного поколебалась, но видимо приняла какое-то решение.

— Доченька моя жива, вернулась! — Обняла она меня. — Теперь все по-другому будет… Расскажи мне, как ты жила?

— Хорошо жила, — осторожно ответила я, продолжив ткать. Не рассказывать же ей, суеверной деревенской женщине, пусть и моей матери, что я жила среди драконов!

Я внезапно осознала, что любовь к матери дана каждому при рождении, да только я за пять лет настолько отошла от деревенской жизни, от своей родни, что мы уже никогда не сможем понять друг друга. Да, я люблю свою мать, но вряд ли захочу ее увидеть еще раз. У меня теперь другая семья.

— Как же ты смогла бежать от дракона? От этого изверга?

— Это долгая история.

Мама еще помолчала немного, и продолжила:

— Он до сих пор обирает деревню. — Пожаловалась мне она. Ну да, съедает одну овцу в год и охотится на горных. — Нам уже нечего отдавать, а он все требует, и требует… Ты поможешь нам его уничтожить. — Неожиданно жестко заявила женщина, и в глазах ее загорелся фанатичный огонек расчетливости. Я, честно говоря, такого не ожидала. — Ты сможешь поливать поля, подсушивать заплывшую землю, помогать с магией по хозяйству…

Н-да… Суеверия суевериями, но моя мать была очень расчетливой женщиной. И мечтательной. Жаль только, мне придется разрушить ее мечты.

— Мам, я тут не останусь.

— Почему? Ты будешь помогать нам…

— Мам! Я тут не останусь! У меня нет никакого желания вам помогать. У меня своя жизнь!

Женщина только отмахнулась.

— Куда ты денешься… Нужно только разработать, как убить дракона.

— Я никогда не подниму руку на дракона.

— Убьешь, мы поможем! А сокровища его разделим между семьями… Мы-то получим больше, благодаря тебе.

— Я. Никогда. Не убью. Этого. Дракона!

— То есть? — Мать наконец-то отвлеклась от своих мечтаний и удивленно посмотрела на меня.

— Мне повторить еще раз?!

— Да как ты разговариваешь с матерью?! Ты будешь делать то, что тебе велят! А друзей твоих завтра же выгоним взашей из деревни. А не хочешь, силой заставим!

Я изумленно замерла, а потом громко расхохоталась.

— Ой, не могу… — Смахнула набежавшие от смеха слезы. — Ты меня собралась держать силой? Как ты себе это представляешь? Ты хоть знаешь, что я могу всех ваших деревенских увальней положить одной левой? Мы с ребятами армию нежити уничтожили вчетвером, а ты собираешься держать меня тут с помощью кучки остолопов?

— Ах ты… — Вспылила женщина и попыталась влепить мне пощечину, но я быстро уклонилась и схватила ее за руку.

— Ты не забывай, что у меня теперь несколько другие знания и умения. И поверь, они намного больше твоих.

Мама округлила глаза и попыталась вырвать руку. Я только сильнее ее сжала.

— Ты утратила право приказывать мне, когда отправила на смерть свою дочь.

— Ты же понимаешь, что я не могла поступить по другому!

— Понимаю. Но прощать тебя я не собираюсь. И тем более я никогда не убью существо, открывшее мне двери в другой мир по приказанию женщины, отправившей меня на смерть.

— Да как ты смеешь! Ты, неблагодарное отродье!

— Это я-то неблагодарная после стольких лет мучений?! Как ты смеешь мне такое говорить!

— Я тебя растила!…

Под моим взглядом женщина замолчала. Я медленно встала и вышла из комнаты.

Мой работодатель бессовестно дрых, вальяжно развалившись на перине.