Алина Багазова - Аманда. Энергия Кольца

Открыв глаза, увидела, что все уже вышли из медитации, я оказалась последней.

Моё лицо было полностью мокрым от слёз, но на губах, как ни странно, сияла улыбка. И она безмятежно отражалась на лице старца София, не сводящего с меня глаз.

— Молодец, Аманда, великое начало! — тихо сказал он.

— Спасибо, Учитель… — я знала, что теперь вся моя жизнь: и в этой, и в моей реальности изменилась бесповоротно.

Оказалось, не только у меня было потрясающее открытие. Многие пережили совершенно незабываемые путешествия в себя. Мы делились, с упоением рассказывали о том, что поняли — это был действительно Шаг на новый какой-то уровень, который сейчас мы для себя пока сознанием ещё полностью постичь не могли, но знали точно, что он поведёт нас дальше, выше…

А день в Школе близился к концу. После занятий, обычно, ребята возвращались в Домик Воинов и пили чай с Бабушкиными сластями. Каждый мысленно подводил для себя итоги дня. Если появлялись вопросы — можно всегда пообщаться с Учителями, кто желал — просто гулял по Лесу и обдумывал полученные знания.

Тони извинился и, даже не заглянув в Домик, убежал в реальность по своим делам.

Ему потребовалось проснуться пораньше, да и разговор наш, отложенный на вечер, произошёл раньше, так что он умчался решать свои «реальные» дела. Я успела немного удивиться тому факту, что у нас со многими ребятами разные часовые пояса — как так возможно, что мы в одно и то же время находимся здесь, ведь у некоторых в это время — день? Но знание, уже заложенное в кольце, тут же подсказало мне, что хотя мы тут сейчас все вместе, но на самом деле в реальности те ребята, с которыми у нас разница во времени — просто ложатся спать в свою ночь. А так время и пространство для этой реальности не играют роли, мы всё равно вместе, пусть в нашем мире эти координаты и не совпадают.

Я, с чего-то ощущая себя обновлённой, словно до блеска отдраенной щёткой, тоже захотела прогуляться перед возвращением в Домик. В голове назрела мысль о разговоре кое с кем. Предупредив ребят, что присоединюсь к ним попозже, я отправилась прямиком к дому профессора Карамура. Марту нашла сидящей на крыльце.

Она, склонив голову, поила из бутылочки малыша-единорожку, лежащего у ног, тот смешно похрюкивал, тыкался Марте в плечо рогом и сучил копытцами. Услышав шаги, девушка подняла голову и я поймала себя на мысли, что вижу перед собой двоих малышей: единорожьего и человеческого — так гармонично они выглядели — Греется на солнышке, — улыбнулась Марта.

Я с сомнением посмотрела вверх, на мягкое предзакатное светило.

— Малышам чёрненьким дневное солнце не нравится, — пояснила Марта, — выгуливаю его ближе к вечеру.

— А где его мама?

— Когда рождается чёрношёрстный, мама не признаёт малыша своим, — грустно опустила глаза Марта, — и я ему её заменяю… Ты к дедушке?

— Нет, я к тебе, — собралась я духом и твёрдо произнесла, — Марта, есть очень серьёзный разговор.

Девушка на миг застыла, словно прочла мои мысли, как-то съёжилась и тихонечко попросила:

— Ты подожди, я крошку уложу и выйду, пройдёмся, хорошо?

— Ладно, — пожала я плечами и присела на ступеньку.

Марта вернулась очень быстро и поманила за собой. Мы обогнули дом и пошли в сторону, в этой части Леса я ещё не была и сразу подметила, что здесь как-то ощутимо меньше жизни. Не сновали под ногами мелкие, хихикающие сущности, не порхали феи, не стрекотали в кронах деревьев клекотуны.

— О чём ты хотела поговорить? — настороженно, глянув исподлобья, спросила Марта.

Я подумала, что не стоит сразу выкладывать всё, что видела, иначе, испугавшись, Марта может попросту наврать. А вот попробовать её разговорить.

— Ты хотела мне рассказать о себе, — напомнила я, — помнишь? И мне очень хочется услышать эту увлекательную историю поскорее.

— Я же сказала — потом, — вдруг надулась Марта, — когда сама захочу.

— Я гуляла сегодня совершенно случайно… около Тёмного Леса… — многозначительно сказала я, понимая, что придётся немного надавить.

— Ой! Знаешь, Аманда, а мне прямо сейчас захотелось кое-что о себе рассказать! — подпрыгнула Марта, — ты такая замечательная, что, я уверена, умеешь хранить чужие тайны?

— Умею, — я едва удержалась от улыбки, — только если это никому не повредит.

— Никто больше не знает обо мне всей правды, — улыбнулась загадочно Марта, пропустив мои последние слова мимо ушей, — даже Алия!

На секунду в её глазах мелькнул лукавый огонёк, как у ребёнка, имеющего свою «страшную» тайну, в которую не посвящён ни один из взрослых. Мы, не сговариваясь, присели на траву.

— Тебе интересно, правда ведь? — озорно спросила она у меня, подмигивая.

— Да, очень, — с энтузиазмом поддержала я настроение, соображая, что она отвлекает, усыпляет бдительность.

Вправду было очень интересно, но не до такой степени, чтоб играть с Мартой в «угадайки». Если начнёт этим заниматься, просто встану и уйду. И, видно, девушка почувствовала моё состояние, и всё её веселье мигом улетучилось.

— Я в реальности не такая, как здесь, — сумрачно проговорила она.

— Ты имеешь в виду внешний облик?

— И да, и нет. Я совсем другая! — Марта проговорила это с нескрываемой досадой, как малыш, обижающийся на маму, не понимающую, что он ей хочет сказать.

Я молча пожала плечами.

— Маленькая! Я намного младше, чем выгляжу здесь! — Марта говорила отчётливо и внимательно следила за моей реакцией.

— Насколько? — улыбнулась я.

— Ну вот сейчас я насколько выгляжу? — хитро прищурилась девушка.

— Лет на 16–17, - прямо ответила я.

— Значит… — она выдержала эффектную паузу, и выпалила, внимательно наблюдая за моей реакцией, — лет на 11–12.

— Ого… что?! — я аж замерла от потрясения, — тебе… пять лет?

— Что-то около, — Марта откровенно забавлялась.

— Шутишь? — догадалась я с облегчением.

— Нет! — радостно объявила Марта, — так и есть.

— То есть… ты пятилетняя малышка… — переваривала я полученную информацию, — но по общему впечатлению ты не тянешь на пять лет. Точнее, я хотела сказать, ты гораздо более развита для этого возраста. Вроде…

Марта рассмеялась.

— Ещё бы! Кто может постичь мир маленькой девочки, целиком ушедшей в себя?

— Постой! Но ведь ты же тут постоянно! Как? Да и без кольца… — только сейчас я обратила внимание на его отсутствие и впала в прострацию, совсем запутавшись, — Марта, кто ты?!

— Такой же человек, как и ты! — она вся светилась счастьем, видя моё замешательство, — а нахожусь я тут легко и просто: одновременно вижу и этот, и наш миры. Вот и всё. И там, и тут.