Александра Верёвкина - Темные души

Вампир рассмеялся над ее словами, но почувствовал невероятное облегчение. Все было так странно — такое чувство, что он окончательно потерялся в ярко освещенном палящим солнцем лесу, который на самом деле был его бесконечной любовью к этой девушке — чистой, светлой, бескорыстной и всепоглощающей. Его пугали перемены в собственной душе, и одновременно он был безумно счастлив. Она принадлежит ему, он живет в ее сердце, и между ними появилось что-то, что навсегда связало их судьбы вместе. "Сложно, все слишком сложно" — он не мог найти в себе объяснения происходящему. Вопросы лишь порождали вопросы, старательно стирая ответы.

— Да, я не против немного позлить тебя, — Дамон заставил себя вернуться в реальность. — Мне так нравится твоя злость! Она буквально сводит с ума.

Елена засмеялась и потянулась к его губам.

— Это у нас взаимное, — тихо прошептала она, покрывая поцелуями каждый сантиметр его идеального лица. — Ты тоже лишаешь меня возможности сопротивляться тебе, когда сердишься. Мне нравится твоя непредсказуемость, твоя сила, опасность. Я люблю рисковать, — прошептала она ему на ухо.

— Я заметил, моя принцесса, — также шепотом ответил он. — Подставлять такую восхитительную шею кровожадному вампиру! Надо иметь вескую причину, чтобы так необдуманно играть со своей жизнью.

Дамон нежно коснулся губами ее горла и нарочито громко зарычал.

— У меня есть причина — я так люблю тебя, что готова отдать последнюю каплю крови, — девушка сделала вид, что ее очень испугало его звериное рычание.

— Пожалуй, твоя кровь не так прекрасна, как стоны, — не согласился с ней вампир. — У нас есть около двух часов до заката. Думаю, их будет недостаточно, но мы кое-что успеем.

Елена со всей возможной силой вцепилась ему в волосы и мысленно простилась с благоразумием.

Девушка открыла глаза и рассеянно огляделась по сторонам. За окном уже садилось солнце — сколько же она проспала?

Бонни заметила скорченную фигуру Мэтта, которому было явно неудобно спать сидя в кресле. Она подошла ближе к нему и не смогла сдержать улыбки. Он был похож на маленького ребенка: блаженная улыбка, чуть приоткрытые губы и умильное выражение на лице. "Спит, как ангел" — пришло на ум девушке, и она невольно согласилась.

— Мэтт, — легко коснулась она его руки. — Мэтти, давай вставай. На закате спать нельзя.

Парень никак не реагировал, продолжая мирно сопеть. Она подошла к кровати, стянула одеяло и старательно укутала им юношу.

В голове бродило бесчисленное множество мыслей. Рассказ юноши сильно напугал ее, а еще она безумно переживала за Елену и надеялась, что Дамон не сделал с ней ничего плохого.

Продолжая теряться в догадках, она вышла в совершенно темный коридор и натолкнулась на кого-то.

— Прошу прощения, — тихо прошептала девушка.

— Бонни? Это ты?

Голос был таким родным, таким любимым, что девушка не сумела сдержать своих чувств и во всю мощь легких завопила:

— ЕЛЕНА! Как я рада тебя видеть! — она со всей силы стиснула подругу в объятиях, постепенно переходя с крика на визг.

— А разве ты меня видишь? — надрывающимся от радости голосом спросила Елена и с не меньшим восторгом обняла Бонни.

— Девушки, ваши крики пугают окружающих, — сделал им замечание приятный мужской голос. — Елена, милая, давай войдем в номер. Здравствуй, Бонни.

Девушка узнала этот голос — спокойный, чарующий, самый прекрасный голос на свете — Дамон.

Вампир распахнул перед ними двери комнаты, предлагая войти первыми.

— И, пожалуйста, не кричите, — умоляюще попросил он. — Пусть подросток поспит, может тогда у него будет более благодушное настроение.

Продолжая обнимать друг друга, девушки переступили порог комнаты.

— А где же Мередит? — расстроено протянула Елена, оглядывая комнату.

— Она уехала вместе с Аларихом, — ответила ей Бонии и высвободилась из цепких рук подруги, чтобы поприветствовать Дамона.

— Привет! — просияла девушка, подходя ближе к вампиру и заглядывая ему в глаза.

Она и сама не поняла, что заставило ее подтянуться на носочках и чмокнуть его в щеку.

Молодой человек лишь на секунду растерялся, а потом резко отодвинулся, бросая испуганный взгляд на Елену. Та в свою очередь довольно быстро справилась с ревностью и потянула подругу за руку, сознательно оттаскивая ее от Дамона как можно дальше.

— Я чего-то не понимаю… — протянула рыжеволосая девушка, окидывая взглядом явно обескураженного вампира. — Между вами что-то есть?

— Клей "Момент" — стащи со стройки! — продекламировал с кресла Мэтт. — Вот что между ними есть.

Он с наслаждением потянулся и встал с кресла.

— Здравствуй, сладкая парочка! — поприветствовал он вновь прибывших и подошел к Бонни, которая выглядела, словно потерявшийся ребенок. — Уж извини, что сразу не предупредил о стреле Амура, которая покорежила наших общих знакомых, просто как-то к слову не пришлось.

— То есть ты теперь с ним? — довольно невежливо ткнула пальцем в Дамона девушка, обращаясь к Елене.

— В общем, да, — тихо, словно легкий порыв ветра, ответила она и потянулась рукой к волосам, чтобы убрать выбившуюся прядь.

— А это еще что? — Мэтт схватил Елену чуть выше локтя и взглядом показал на забинтованную руку. — Татуировка: "Елена + Дамон"?

Вампир, наконец, смог придти в себя и подошел к парню, мягко высвобождая руку любимой из цепкого захвата.

— Аккуратнее можно, ей же больно! — зло прошипел он, просверлив взглядом в Мэтте по меньшей мере сотню дырок.

— Дамон, все нормально, — тут же поспешила успокоить его Елена. — Все хорошо, — повторила она, погладив его здоровой рукой по щеке и заглядывая в глаза. — Ты слышишь?

Он кивнул ей в ответ, целуя внутреннюю сторону ладони и делая глубокий вдох.

Бонни широкими от удивления глазами смотрела на них.

— Ты прав был насчет палаты, — тихо шепнула она Мэтту. — Я ничего не понимаю. Кто это?

Она указала парню взглядом на вампира, явно не узнавая его. И тут же получила ответ:

— Это наш Клычок — милый, одомашненный вампир. Неприхотлив в еде, ласков с окружающими. Нравится? — насмешливо спросил он.

Дамон зло глянул на него, но удержался от комментариев.

Девушка быстро мотнула головой, не понимая, на какой вопрос отвечает, и тут же задала следующий:

— А со второй рукой у нее что?

Юноша тут же проследил за ее взглядом и рассмеялся во все горло:

— Ох, держите меня семеро. У нее две руки! И как ты смогла заметить это, Бонни? — но тут он смог, наконец, рассмотреть то, чего не заметил прежде и еще больше развеселился. — Да ты беременна?! — со всей серьезностью заорал парень, изображая отцовский гнев, а потом согнулся пополам от хохота.