Терри Брукс - Друид Шаннары

— Не сможешь ли ты чего-нибудь придумать насчет огня?

Девушка покачала головой.

— Да, знаю, магией пользоваться тебе нельзя. Ну ладно. Где там наш Уолкер Бо, вечно его не дозовешься, когда нужен! — Юноша пытался придать шутливый оттенок своим словам, но ничего не получалось. Он вздохнул.

Оживляющая потянулась к горцу, взяла его за руку, и он почувствовал, как по телу разливается тепло. Юноша приподнялся и, обхватив ее за плечи, притянул поближе к себе. Они немного согрелись. Серебристые локоны Оживляющей касались его щеки, он ощущал ее благоухание, аромат земли и лесов и еще что-то, нежное и влекущее.

— Они не найдут нас, пока не стихнет буря, — прошептала девушка.

— Вряд ли они нас вообще найдут. Нет никаких следов. — Морган нахмурился: — А вообще-то где мы?

— На северо-востоке, — отозвалась Оживляющая.

— Точно?

Она кивнула. Морган ощущал ее дыхание, ее легкое прикосновение. Она заставляла забыть про все напасти.

Юноша закрыл глаза.

— Тебе незачем было спасать меня, — сказала она вдруг. Голос ее звучал неуверенно. — Со мною ничего бы не случилось.

Он опять попытался шутить:

— Давно хотел искупаться.

— Ты мог разбиться, Морган.

— Это я-то? Мне доводилось сражаться с порождениями Тьмы, с солдатами Федерации и прочей дрянью, о которой и вспоминать-то противно, и, как видишь, я до сих пор жив. Что мне сделается?

Резкими порывами налетел ветер, запутывая ветки деревьев. Морган и Оживляющая прислушались. Когда вой ветра стих, до них снова донесся гул реки, плеск волны, набегающей на берег. Морган поежился — мокрая одежда не давала согреться.

— Когда буря уляжется, мы сможем доплыть до берега — и прощай, островок. Сейчас не стоит пытаться: река слишком бурная. Да и устали мы порядком. Но это все пустяки. Главное — мы здесь в полной безопасности. Только вот слегка сыровато.

Морган понимал, что болтает вздор только ради того, чтобы не сидеть молча. Оживляющая не ответила. Он чувствовал, что девушка погружена в свои мысли, но о чем она думает, не мог себе представить. Юноша закрыл глаза. Что же стало с остальными? Удалось ли им благополучно спуститься с утеса или они по-прежнему на верхнем склоне, словно в ловушке? Он попытался представить себе, как поведут себя Темный Родич и наемный убийца, оставшись один на один.

Темнело, сумерки поглощали последние отблески света, тени наползали на остров, растекаясь черными пятнами. Дождь стихал, звуки грома и ветра гасли вдалеке, буря понемногу улеглась. Холоднее, как ожидал Морган, не стало, напротив, заметно потеплело, воздух был тяжелый и сырой. «Вот и отлично, — подумал он. — А то мы совсем замерзли». Юноша попытался воскресить давно забытые ощущения — представил себя в собственном охотничьем домике в нагорьях. Пылает огонь, бурлит кипящий бульон, рядом с ним сидят Омсворды и выдумывают всякую небывальщину кто во что горазд.

Да и здесь хорошо, так вот сидеть подле Оживляющей молча, потому что слова излишни, просто быть вместе, слегка касаться друг друга…

Морган хотел, чтобы так было всегда, чтобы она была рядом с ним.

— Ты не спишь? — спросил он, ему вдруг захотелось услышать ее голос.

— Нет, — отозвалась девушка.

Морган глубоко вздохнул.

— Я вот все думаю, зачем я здесь, — проговорил он. — Размышляю об этом с самого Кальхавена. У меня больше не осталось магии — в самом деле не осталось. Та магическая сила, которой я когда-то владел, заключалась в мече Ли, а теперь меч сломан, и, если в нем что-то и осталось, тебе, верно, от него будет мало проку. Стало быть, речь идет только обо мне, а я… — Юноша замолчал. — Наверное, я просто не знаю, чего ты от меня ждешь.

— Ничего, — тихо отвечала Оживляющая.

— Ничего? — В голосе Моргана прозвучало недоверие.

— Только то, что ты сам пожелаешь дать, — туманно пояснила девушка.

— Но мне казалось, Король Серебряной реки говорил… — Юноша помолчал. — Мне казалось, твой отец говорил, будто я нужен. Разве не в этом ты уверяла нас? Будто он сказал тебе, что все мы понадобимся.

— Он не сказал, что именно тебе придется делать, Морган. Он велел мне взять тебя с собою на поиски талисмана, уверяя, что ты сам это поймешь, что все мы поймем. — Оживляющая слегка отодвинулась и в упор посмотрела на юношу. — Если бы я могла сказать тебе больше, я бы сказала.

Морган нахмурился, раздосадованный уклончивостью ее ответов и собственной неуверенностью, с которой никак не мог справиться.

— Правда?

Оживляющая едва сдержала улыбку. Даже сейчас, промокшая до нитки, вся в грязи, она была прекраснее всех, кого Моргану доводилось встречать. Юноша хотел сказать что-то еще и не смог. Он просто сидел рядом, утратив дар речи, не сводя с нее глаз.

— Морган, — мягко произнесла девушка. — Мой отец видит то, что скрыто от других взоров. Он сообщил мне обо всем, о чем я должна знать, и я доверяю ему. Ты здесь потому, что нужен мне. Это как-то связано с магией твоего меча. Отец сказал, что ты сумеешь восстановить магическую силу меча. Может быть, тогда клинок послужит нам обоим, но как — это мы сейчас не можем знать.

— А Пи Элл? — спросил Морган, полный решимости узнать все до конца.

— Что Пи Элл?

— Уолкер утверждает, будто этот человек — наемный убийца, и он владеет магическим оружием, приносящим гибель.

Оживляющая долго смотрела на Моргана, прежде чем ответить.

— Это правда.

— И он тоже необходим?

— Морган…

— Скажи мне. Пожалуйста.

Прекрасное лицо Оживляющей стало печальным.

— Да, Пи Элл необходим. Его предназначение, так же как и твое, откроется только со временем.

Морган лихорадочно размышлял, о чем еще можно спросить. Ему так хотелось узнать правду, но он боялся потерять доверие девушки, ступив на запретную территорию. Он весь напрягся.

— Не хотел бы я думать, что меня взяли по той же причине, что и Пи Элла, — выложил он наконец. — Я не такой, как он.

— Знаю, — откликнулась Оживляющая. Минуту она колебалась. — Я думаю, что каждый из вас — включая Уолкера Бо — находится здесь по разным причинам, и предназначение у каждого из вас свое. Так мне кажется.

Морган кивнул, не поверить ей было невозможно.

— Мне просто хотелось бы лучше понимать, что происходит, — признался он.

Девушка протянула руку и коснулась пальцами его щеки, легко провела ладонью от подбородка по шее.

— Все будет хорошо, — заверила она и снова откинулась назад, приникнув к Моргану, и юноша почувствовал, как уходят сомнения, как исчезает досада.

Уже совсем стемнело. Буря унеслась на восток, дождь стих, превратившись в туман. Облака по-прежнему нависали над головой, только теперь небо уже не оглашали раскаты грома; пелена безмолвия обволакивала землю, словно мать укрывала засыпающего ребенка. Река катила свои воды медленным, ленивым потоком, теперь ее шум больше не пугал, а убаюкивал и успокаивал. Морган вглядывался в ночь, не различая ничего, — надо всем висел матовый занавес. Он вдохнул свежий воздух и расслабился, мысли его текли спокойно и плавно.