Юрий Погуляй - Именем Горна?

– А как же Анхор? – Эйдор неохотно представил себе будущее родной страны.

– Ну да, конечно… Потом-то Агон наверняка повернется против Анхора. И на его стороне будут уже все порабощенные земли. Чародеи окажутся одни против целого мира, – подтвердил его опасения нахмурившийся Агира.

– У нас есть Путаные Места, Дети Халда… – неуверенно предположил волшебник.

Агира слегка, одними губами, улыбнулся:

– Они помогут против людей. Против тварей Усмия тоже устоят. Но когда на север пойдут и те и другие– не выдержат. Прошлая война, помнишь, чем закончилась?

– Миром между Усмием и Халдом.

– Почти… Среди Братства ходит слух, что оба Бога просто исчезли. Будто им надоело, и их воины остались сами по себе и прекратили бойню. Или надоело одному из них – я не знаю. Слухи, говорю.

Эйдор покачал головой, всем видом говоря о том, что считает эти слухи сомнительными.

– Если выбирать, кому помочь, я помогу Анхору. У нас хорошо! Пусть так и дальше будет.

Ворота обнесенного крепкой стеной белокаменного пограничного города с каждым шагом становились все ближе и ближе. Погруженные в мысли друзья брели по обочине тракта; Эйдор пытался придумать, как им проникнуть к женщине, и о чем думал Агира, юноша знать не хотел. Воин Братства хороший человек, но слишком сомневается. Может быть, это возраст, может быть, характер. Но они должны помочь Анхору. То, что потом развернется к югу от Путанных Мест, – забота Смутных королевств. Они чужие. А Братство сможет справиться с любым врагом, если заполучит силу девушки.

Занятая своими заботами стража у ворот на путников внимания не обратила. Воины в бело-золотых коттах[4] вообще никак не контролировали бурный поток на входе в город. Поэтому друзья без приключений добрались До первого встреченного ими трактира.

Хозяин постоялого двора, худой, как древко копья гостям обрадовался. И пока Агира ходил выбирать комнаты, тавернщик успел пожаловаться Эйдору на неважные дела заведения. Люди стараются не задерживаться в городе, стремятся дальше к югу. Кронейская армия разбита под Малым Сколом, и со дня на день разъезды могут принести вести о приближении войска империи. Да еще и слухи поползли, что Зурраг собирает армию в городе, что милях в тридцати от границы с Халдией. Вряд ли заклятый враг решит помочь в войне против Мереана… Да еще и цены на продукты взлетели до небес, что также отпугивало возможных постояльцев.

– Закрывать надо таверну и на восток уходить. В Эймор. Там спокойно. Там громовые копья! А то и в Мирамию. Но мой отец здесь хозяйничал, дед заправлял, а я брошу?

Юноша слушал трактирщика вполуха, занятый своими размышлениями.

– А может, в Мереан податься? – вдруг хохотнул собеседник. – Там, я слышал, порядок железный, ни тебе грабителей, ни тебе банд разных. Платить за то, чтобы таверну не спалили, никому не надо. Хорошо!

– А тут надо? – удивился Эйдор, отвлекшись от мыслей.

– Конечно! – всплеснул руками тавернщик. – Еще как! Вон в позапрошлом году знакомый один не заплатил– пожгли. И ведь знают кто, а сделать ничего не могут. Стража-то поголовно куплена, а губернатор . – хороший приятель самого Сквалыги.

– Кого?

– Ну он весь Халим держит.

– Халим?

Трактирщик неуверенно улыбнулся и развел руками:

– Халим. Весь!

Эйдор смекнул, что он имеет в виду город.

– А… – Юноша сделал вид, что понял, кто такой Сквалыга и как он держит Халим.

– Так что либо плати, либо погорелец… Разве это жизнь? Вот и думаю…

– Берем двенадцатую. – Рядом объявился Агира.

– Отличный выбор! Очень хорошая комната, – обрадовался хозяин двора. – Уютная, окна на запад! Великолепный выбор!

– Да-да, – раздраженно кивнул рыцарь и обратился к другу: – Пошли…

Комната действительно была уютной. На узких окнах даже висели занавески из тонкой ткани, из глиняного кувшина на подоконнике торчало несколько веточек пушистой вербы. Чисто, светло. Уютные кровати вместо грубых топчанов.

– Дорого, наверное, – протянул Эйдор.

– Денег хватит, мы тут не на всю жизнь. Проникнем в лагерь – и сразу на север. Ладно, ты располагайся, а я по городу поброжу, послушаю. Подумаю…

– Ты осторожнее, – занервничал юноша. – Тут бандиты есть!

– Бандиты есть везде… – отмахнулся Агира. – Кроме Анхора, правда. А тут, как мне порой кажется, только разбойники и живут.

– И ты еще сомневаешься, вести ли женщину в Братство? – улыбнулся Эйдор.

Рыцарь тяжело вздохнул, закатил глаза:

– Мстительный ты парень, Эйдор. Все, сиди тихо, а я пошел.

Едва дверь за приятелем захлопнулась, юноша сел на жесткую кровать и медленно откинулся на спину. Как же он отвык от крыши над головой. Дождь не страшен, ветра нет. Шумно, правда, но зато безопасно…

Вытащив из-за пазухи потемневшие от грязи свитки, юный волшебник бросил их на стол рядом с кроватью. И с удивлением обнаружил, что среди развернувшихся пергаментов один пуст. Здорово! Будет чем заняться!

– Стрелу или лечащую? – спросил вслух юноша, улыбнулся и решил, что стрела полезнее. Не раз уже жизнь спасала.

Выудив из голенища сапога вырезанную давным-давно палочку, он взял свиток и повернулся на живот, готовясь к написанию заклятия.

Заостренный кончик коснулся темной бумаги, выводя первую руну, и в этот момент случилось то, от чего Эйдор забыл, как надо дышать.

Руна вспыхнула и окрасилась в алый свет. В горле моментально пересохло. Он знал, что это значит. Но как?! Может быть, случайно вышло?

Вторая руна повторила судьбу первой, переливающаяся вспышка затопила сердце юноши диким восторгом.

– Неужели! Да хранит меня Братство! Неужели?!

Третья руна – и снова вспышка…

Вот оно какое – счастье. Сколько он мечтал об этом? Сколько мечтал стать настоящим волшебником, создающим нормальные заклинания, которые может использовать любой, а не только он! И без долгих лет обучения! Само! Он может то, что удается чародеям только лет в тридцать, при условии, что они живут в учении, а не бродят, как Эйдор. Может, в нем есть искра мага от Халда? Сильного мага?! И если он будет учиться, то годам к сорока сможет пользоваться заклинаниями и вовсе без свитков?! Станет настоятелем! А то и…

Вдруг Верховным?! Эйдор ни разу не слышал о волшебниках, достигших таких результатов в столь юном возрасте. Почему бы такому юному и талантливому со временем не войти в Совет? Сила же будет расти!

Молодого чародея обуяло желание засесть за книги и учить другие заклинания. Теперь получится, он будет знать больше! Гораздо больше! Ему удастся!

Переведя дух, юноша вернулся к начертанию свитка и, дотронувшись палочкой, замер. А что, если вместо этой руны написать другую? С чертой не над ней, а под?