Елена Асеева - По то сторону Солнца. Часть вторая

— Живой, — чуть слышно прошептал Камал Джаганатх, до болезненной горечи осознавая, что такая заинтересованность тарховичей и амирнарха связана с тем, что его роль в политике Веж-Аруджана определена. И определена, очевидно, в ущерб политике негуснегести и его, как таковой, жизни.

Он еще замерше стоял, тяжело дыша, чувствуя, что его никчемная жизнь в Солнечной системе, наполненная трудом и зачастую нуждой, горем, проблемами, теперь плавно перетекла в беду для его любимого ассаруа. С тоской вспоминая прошедшие три колохода насыщенные теплом, заботой Аруна Гиридхари, похоже, всей плотью воспринимая крылатое выражение солнечников гласящее, что неведение — это первое счастье. Едва вслушиваясь в то, что достаточно торопливо сказывал позади император Ладодеи:

— Амирнарх также пояснил почему наши системы, в том числе и Та-уи будут зондировать первыми. Ибо пречистым канцлер-махари были представлены записи допросов схваченных атанийцев, участвовавших в похищение, кои рассказали, что их февтвеол Иошинори взял этот заказ, как и видуалау, на которой улетели с Садханы, у верховного правителя людоящеров. Мой брат, конечно, отрицал сии обвинения, вменив атанийцам и канцлер-махари в наговоре, но амирнарх Раджумкар Анга Змидра Тарх не стал его слушать, и указал находиться на Церес в Атиши-ансамбле до тех пор, пока не будет проведено зондирование принадлежащих людоящерам систем Майтреи, Деваки, Рады и Та-уи. И это еще ладно, что сам Иошинори и ближайшие его сподвижники уничтожены. А внутри атанийцев началась борьба за звание февтвевола, иначе мой брат предположил, что его бы вже, непременно, изолировали, без права общения. Оно как амирнарх был с ним весьма жесток.

ФирунКибв Зубери вскинув руку, ласково огладил левое плечо Камала Джаганатха, каковое практически зажило, впрочем, порой подавало о себе знать нудящим жжением, данным движением прося все-таки войти внутрь хором. А принц велесвановцев чуть слышно хмыкнул, не столько на просьбу императора, сколько понимая, что верховный правитель предусмотрительно подстраховался со смертью Иошинори. С одной стороны уничтожив очевидного свидетеля и исполнителя, и, параллельно, обложив договоренностью самого ссасуа, и тем, по-видимому, стараясь привязать ответственностью к людоящерам живущим на Ладодеи.

— Несомненно, — дополнил император, и в голосе послышалась безнадежность, — мы данной жесткости заслужили, похитив вас. Одно жаль только, что поелику вы, ваше высочество, находитесь на попечение тарховичей и Верховного Халаке, решение о нашем помилование более не находится в ваших руках. И теперь, ни вы, ни его превосходительство негуснегести не сможете вступиться за людоящеров Ладодеи. Резолюцию по нашему наказанию станет выносить лично пречистый канцлер-махари Врагоч Вида Вышя, а он, очевидно, никого не помилует, кроме инфанта верховного правителя.

— Как быстро установки тарховичей определят, что я тут? — вопросил Камал Джаганатх, сейчас все-таки жаждая в первую очередь спасти людоящеров этой планеты от смерти. Забывая не только о фантасмагории, но и отодвигая на второй план хитрую политику НгозиБоипело Векеса, и принимая на себя переживания, любовь к Ладодеи ФирунКибв Зубери.

— Майтрею они зондируют уже порядка семи часов местного времени системы, — ответил незамедлительно Кибв, все еще удерживая пальцы на плече принца. — Значит на нашу Та-уи они потратят не более пяти часов. Сейчас зондирование идет поколь иных планет системы, а Ладодею начнут исследовать через два часа, об этом я получил предупреждение по ситраму. После сего срока людоящерам запрещено выходить из жилищ и перемещаться внутри селений, также мы обязаны отключить все ситрамы и энерго обесточить саму планету. Если, ваше высочество, позволит, — протянул неуверенно император, словно не до конца, будучи убежденным в необходимости им молвленного. — Я сейчас свяжусь с командующим виомагама тарховичей, абы сообщить ему, что вы находитесь на планете, и тем самым покончить со всем происходящим.

Камал Джаганатх резко развернулся, и так как он стоял на более высокой ступени лестницы сравнимо с императором, воззрился прямо в его круглое, широкое лицо, оказавшееся напротив. Взгляд принца пробежался по лику императора, точно исследуя блекло-алые, тонкие губы, небольшой с горбинкой нос, скулы покрытые щетиной, и остановился на крупных с коричневой радужкой глазах. Еще миг и он будто нырнул в вертикальные зрачки, уголками, входящими в несколько припухшие верхние и нижние веки, узрев огромные мрачные пространства пещер внутри горных гряд, и даже не стараясь избавиться от виденной картинки, властно сказал:

— Я не собираюсь покончить с вашей планетой, вами и людоящерами, Кибв. Я хочу вам помочь. — Камал Джаганатх качнул головой, разрушая связь между диэнцефалонами своим и императора, и вновь узрев его лицо, с видимо поддергивающимися темно-бордовыми жилками, просматривающимися через розовато-белую кожу, дополнил, — мы можем спрятаться в пещерах внутри гор, как я вас понял.

— Это очень опасно, ваше высочество, — тотчас отозвался ФирунКибв Зубери, и сейчас задрожали его тонкие губы, судя по всему, принц основательно переворошил его диэнцефалон, неосознанно вытягивая оттуда интересующую его информацию. — В глубинах горных гряд живут огняники, найды, будяки, черви. Мы спускаемся туда, лишь в хатопах, особых летательных лодках, абы нам не навредили. Но в таком случае установки тарховичей зафиксируют перемещение днесь, и сразу атакуют нас. Понеже перемещение по планете запрещено на любых летательных аппаратах вже час назад. Я сказал об этом старшему брату. Сказал, что в пещеры надо спускаться малым количеством, чтобы не привлекать внимание, и только пешим ходом.

— Что ж, будем спускаться пешим ходом, как предложил ваш брат, Кибв, — отозвался Камал Джаганатх, теперь с упорством или упрямством собственного диэнцефалона не желая отдавать людоящеров в руки пречистого канцлер-махари. Ощущая, что лишь сокрывшись, быть может, дарует жизнь Ладодеи, и сумеет продумать свои дальнейшие действия и поступки. И, вероятно, в этом смысле глубокие пещеры становились тем самым наилучшим местом для уединения его диэнцефалона.

— Идемте, я сказал, — проронил принц столь властно, используя собственный статус в Веж-Аруджане, так, что император незамедлительно пригнул голову.

— Как пожелаете, ваше высочество, — все с той же неуверенностью протянул ФирунКибв Зубери, и гулко выдохнул. — Тогда поднимайтесь в горницу, дабы переодеться. Я же соберу людоящеров, и, передав правление планетой на инфанта, приду за вами.