Аманда Хокинг - Ледяной огонь (ЛП)

Я закрыла за собой дверь и присела на стул напротив его стола. Стены кабинета были заняты полками, заполненными старыми книгами и предметами старины Канин. На своем столе, как пресс-папье, он использовал старый артефакт - кролика, вырезанного из камня. Я всегда догадывалась, что в другой жизни папа стал бы прекрасным профессором истории.

- Что-то не так? - Он наклонился вперед, а его лоб прорезали морщинки от беспокойства.

- Не совсем. - Я скрестила ноги, устраиваясь на стуле. - Но мне нужно, чтобы ты рассказал о том дне, когда Константин пытался убить тебя.

- Я был бы счастлив рассказать тебе все, что ты хочешь, но я не знаю, о чем там говорить. - Папа покачал головой. - Я имею в виду, что ты была там и видела большую часть происшедшего. А о том, что ты не видела, мы уже говорили.

И да, мы говорили. Папу многократно опрашивали Хёдраген и даже лично король, когда пытались добраться до сути того, что же произошло с Константином. Кроме того, мы с папой говорили об этом после всего. Я была также смущена, как и все остальные, если не больше.

- Все-таки прошло много времени. Мне нужно вспомнить, - сказала я.

- Хорошо. - Папа отложил очки в сторону и откинулся на спинку стула. - Мы праздновали той ночью, и все были там. Большинство пили. Мы были в хорошем настроении от новости о смерти короля Виттра. Константин работал, но я даже не помню, чтобы видел его. Ты, наверное, имела лучшее представление о нем, чем я.

Я наблюдала за Константином большую часть ночи. Хоть мои обязанности состояли из того, чтобы стоять по стойке "смирно" во время формальной части и препятствовать опьяненным горожанам шуметь, в основном, я стояла у стены залы и наблюдала. Поэтому мой взгляд частенько был направлен на Константина, который улыбался гораздо больше, чем полагалось члену Хёдраген.

Это честно было, все, что я вспомнила о нем в ту ночь. Он стоял такой гордый и уверенный в своей нарядной форме, улыбаясь и смеясь с каждым, кто подходил к нему, когда он находился сбоку от короля и королевы. Константин, казалось, был в хорошем настроении и не походил на замышляющего убийство.

- Я устал от вечеринки еще в начале вечера. По крайней мере, по вашим стандартам. Я старый человек, в конце концов. - Папа слегка улыбнулся, чтобы облегчить историю. - Потом вернулся в свой офис, где работал над письмом в Трилле. Немного задремал за столом, как мне помнится, но периодически выглядывал, чтобы поймать тебя, прежде, чем ты уедешь.

- Ты следил за мной той ночью? - спросила я, задумчиво приподняв бровь.

- Тебе было только пятнадцать, и это была твоя первая ночь на работе, а вокруг танцевало столько пьяных идиотов. - Он пожал плечами. - Я хотел убедиться, что у тебя все хорошо.

- Спасибо, - улыбнулась я, согретая мыслью об отце, который не оставлял меня, не спрашивая нужно мне это или нет.

- Всегда, пожалуйста, - сказал папа. - А когда ты закончила, Константин нашел нас в главной зале, и это был первый раз, когда я заговорил с ним в ту ночь.

- Когда последний раз ты разговаривал с ним до этого? - спросила я.

- Гм, я не совсем уверен. - Он почесал висок. - Как мне кажется накануне. Константин пришел расспросить меня о празднике от имени Королевы. Я не помню, о чем был разговор, но я думаю, что это была обычная дворцовая чепуха. Ничего необычного, на самом деле.

- Ты когда-нибудь ругался с Константином? - настойчиво спросила я.

- Нет. - Папа покачал головой. - Нет, мы почти не разговаривали. Время от времени я видел его рядом с дворцом, но разговаривали мы только, если он приносил сообщение от короля или королевы, или наоборот.

- Я знаю, что он был кем-то вроде звезды для людей здесь, - продолжил он. - Я никогда не был поклонником героя, но не мог сказать о нем плохого слова. Он мог быть дерзким, но он был вежлив и эффективен, и, казалось, хорошо выполнял свою работу, так что у меня никогда не было причин жаловаться.

- Он тебе что-нибудь говорил? - спросила я. - После того, как ты оставил меня в зале, а Константин и ты пошли обратно к офису королевы.

- Мы болтали немного по дороге в офис, о вечеринке и о том, что уже поздно. - Папа пожал плечами. Мы оба были уставшими, но это все примитивно, не было никаких признаков того, что он недоволен мной. - Он наклонился вперед, оперся локтями о стол и почесал затылок. - Именно поэтому я никогда не считал это личным.

- Он не злился на тебя. Он пытался избавиться от канцлера, - сказала я, предположив то, что долго подозревала.

Папа кивнул:

- Правильно. Я не знаю, почему он выбрал меня, а не короля с королевой. Очевидно же, что у них больше власти, чем у меня. Но, может, они были следующими. Я не знаю.

- Что он говорил тебе, когда вы вошли в офис королевы? - спросила я.

- Сначала он заставил меня поискать документ королевы, за которым я вернулся и которого, как я теперь знаю, не существовало. Я не понимаю, зачем он захотел, чтобы я искал на ее столе что-то, чего на самом деле не было, если только он не тянул время, но я не знаю, зачем он это делал. - В задумчивости он потер подбородок.

- Ты думаешь, что он оттягивал свое нападение? - спросила я, когда папа замолчал на мгновенье.

Он покачал головой, словно проясняя ее:

- Честно, я не знаю. Может быть. Или, возможно, он просто выжидал удобный момент.

- Пока наступит правильный момент?

- Да, должно быть. - Он снова откинулся назад, его глаза устремились вдаль, поскольку он потерялся в воспоминаниях той ночи. - Когда я наклонился, роясь в ящике стола королевы.

- Тогда Константин сказал: "Канцлер, мне очень жаль". И я повернулся, думая, что он извинялся за то, что положил документ не туда, и начал говорить ему, что все в порядке. Потом я увидел, что он вытащил меч.

- Я поднял руки и сказал: "Ты не обязан это делать. Мы можем просто поговорить". - Папа замолчал, тяжело вздыхая. - Константин один раз качнул головой и сказал: "Я ничего не могу сказать". Вот так это было.

- И тогда он ударил тебя, - спокойно добавила я.

- Я увернулся в сторону, недостаточно, чтобы полностью избежать клинка, но достаточно, чтобы он прошел в дюйме от моего сердца. - Он прикоснулся к груди, потерев то место, где под рубашкой был скрыт шрам. - Я вскрикнул и упал. Потом вбежала ты.

Я знала, что произошло дальше. Извинения Константина передо мной. Затем я бросилась на него, и он нанес мне удар в плечо, прежде чем исчезнуть в ночи.

Я наклонилась вперед, пристально глядя на отца:

- Мне нужно спросить у тебя кое-что, и это может показаться странным, но я хочу, чтобы ты был честен со мной.

- Я всегда пытаюсь быть честным с тобой, - ответил отец.

- Ты думаешь, Константин хотел убить тебя? - прямо спросила его я.