Анастасия Рул - Мелодия тьмы

Авис возник передо мной, раскрывая руки и глядя на хрупкую девочку, порхающую по воздуху возле Шона. Значит, этот и есть не видимый ранее дух меча Тьмы? Похожа на маленькую фею, симпатичная и милая малышка. Лилит спряталась за плечом Шона, испуганно дрожа всем телом.

— Я смотрю, ты так и прикидываешься хорошей девочкой. Не надоело? Тосин, ты несколько не изменился, все также послушен до отвращения.

Я перевела взгляд на духа с блеклым лицом, волосы которого напоминали парик дворецкого. И правда, покорность проступала сквозь его мягкие черты лица и безвольный подбородок. Ясно, вот как выглядит дух меча Стихий.

— Камилла, радость моя! Да ты никак пополнела? Слышал, ты на днях ослушалась прямого приказа своего хозяина. Расплата еще не настигла? Жаль, жаль. Хотел бы и я посмотреть, как тебя накажут Спящие…

Женщина, к которой обращался Авис, была роскошной блондинкой в обтягивающем красном платье. Дух Света?

— М-да… Вы сделали все, что могли, чтобы вызвать ненависть к вам в сердце моей хозяйки. Унижение, убийство тела на дуэли, издевательства над слабой низшей, и, наконец, вы забрали последнюю мечту, что она хранила в сердце. И вы все прекрасно знаете, на что способен я — дух Смерти. Ваше Императорское Высочество, передайте совету Мудрейших, что выбранный мною хозяин в любой момент может уничтожить всю империю. Если они настолько глупы, что продолжат нас преследовать, пусть потом не жалеют о своих уничтоженных душах. Я все сказал.

Авис вдруг пронзительно свистнул, оглушив всех присутствующих, и исчез. Два черных пегаса появились в небе над 'стадионом', дружно махая крыльями. Они плавно спустились на землю, подходя к нам с Азеем. Огневик первый пришел в себя после услышанного от духа Смерти. Он свалил мою тушку на спину одного из них, забрался на другого, и мы дружно взмыли вверх, оставляя на поле три фигуры. О чем думали в тот момент убийцы Угрима, я не знала. Кожа подо мной казалась мягкой, крылья равномерно махали, и я, обняв пегаса за шею, крепко заснула. За один день все, чем я жила ранее, исчезло. Паршивый выдался денек.

Глава 12

Раскрыв рот от восхищения, я разглядывала тоненькие, сухие веточки небольшого деревца передо мной. Растение было карликовым, и мне пришлось присесть перед ним на корточки, чтобы разглядеть каждую веточку.

— Вась! Ты чего там застряла? — окликнул меня Азей, ушедший далеко вперед.

Я промолчала, завороженная прихотливыми изгибами веток, от которых никак не могла оторвать взгляда.

— Вася! Ау! — огневик покричал еще пару минут, потом выругался и подошел ко мне.

Он с недоумением посмотрел на деревце и перевел взгляд на мое восторженное лицо.

— Ты чего тут делаешь?

Я, наконец, ожила, выдохнув на одном дыхании:

— Красиво!

— Что красиво?

— Это дерево без листьев. Смотри, на нем нет ни единого листочка, и он пробился через камень!

Восхитительно!

Азей почесал в затылке, оглядываясь по сторонам. Деревце каким-то чудом выросло на небольшой возвышенности, лишенной растительности, и гордо тянулось с вершины горы к небу. Вокруг него не было ни травинки, ни листика, только голый камень, стоящий под палящими лучами солнца.

— Э-э! Здорово, конечно, деревце просто замечательное, но, может, пойдем дальше? Спускайся оттуда, нам еще место для лагеря надо найти, а солнце уже заходит. Если не поторопимся, опять проведем ночь в борьбе с местным зверьем.

Я нехотя встала и кивнула головой:

— Ну, пойдем дальше. Уговорил.

Прошло две недели с момента нашего бегства из города Кирун, в течение которых мы успешно скрывались в Светлом лесу, расположенном к западу от столицы. Равнодушие ко всему миру, которое охватило меня после произошедшего на тренировочном поле академии, держалось недолго. Лес не дал мне впасть в депрессию, изо дня в день сталкивая с хищным тварями, заселявшим его. Это только на словах лес назывался Светлым, а на деле оказался в десятки раз хуже глухих африканских джунглей. Первые дни мы с Азеем только и успевали, что махать мечами в разные стороны. Бывало, мы целый день сражались с хищниками, не успевая оборудовать место для ночлега защитными заклинаниями, и приходилось спать на широких ветвях лесных деревьев, похожих на баньяны.

Но бесконечная борьба с лесом имела для меня один большой плюс — она не дала мне закрыться от всего мира в коконе гусеницы, заставив выплеснуть наружу массу эмоций. От равнодушия к окружающему миру до бури слез, от ненависти к судьбе до опустошения. Злость на трех парней, убивших Угрима, сменилась на глухое раздражение, а потом недовольно свернулась клубком в самой глубине сердца. Проклятия в адрес целого мира сошли на нет, сменившись усталостью. За эти четырнадцать дней я будто переродилась, пережив шквал эмоций, а потом пришло оно — облегчение. Не надо было больше лгать, хитрить, искать оправдания, бояться, что в любой момент меня могут раскрыть. Дамоклов меч, висевший надо мной во время обучения в академии, исчез. Нарыв, беспокоящий меня с момента появления в мире Даль, вскрылся, оставив шрам не только на лице, но и на сердце.

За две недели, проведенные в лесу, мой внутренний мир полностью изменился. Я приняла тот факт, что являюсь самым страшным монстром этого мира, перестав сопротивляться судьбе. Разве я могла теперь что-нибудь изменить? Угрим мертв, дорога в родной мир закрыта, и все, что мне оставалось — это продолжать жить в мире Даль в качестве черного мага. Нет, я вовсе не собиралась повторять судьбу Гилберта и крушить все вокруг себя. Теперь я думала о том, как мне найти место в этом мире.

— Давай здесь остановимся, — предложил Азей, указывая на широкое дерево впереди себя. — Сейчас я только выгоню оттуда зверей…

Я с уважением посмотрела на исполина, который Азей скромно назвал 'деревом'. Метров тридцать в длину, и метров триста в ширину. Из стволов и толстых веток к земле спускались воздушные корни, словно занавесками прикрывая высокую траву под деревом. Среди его густой листвы мелькали забавные мордашки зверьков, сильно смахивающих на мартышек, и Азей безжалостно согнал их с насиженных мест. Он запустил огненный шарик, который вызвал многочисленные писки и испуганные вопли 'мартышек' на дереве. Через минуту с дерева сбежали даже мелкие жучки, и мы перелезли через 'занавески' из корней.

Я упала в траву, блаженно вытягивая ноги, спиной опираясь о толстый красноватый ствол.

— О, Спящие Боги этого мира! — взмолилась я. — Дай нам провести эту ночь спокойно, без общества злобных аборигенов!

Азей хмыкнул, но не последовал моему примеру, а начал собирать хворост для костра. Магия огня, которую он пытался вначале использоваться для костра, была слишком сильной. Ветки в таком огне сгорали за одну минуту, и нам пришлось воспользоваться древним огнивом, чтобы зажечь обычное пламя.