Danielle Collinerouge - Гарри Потер и Обряд Защиты Рода

Гарри обнял Люпина, все ещё пребывая под сильнейшим впечатлением от услышанного.

– Всё уже в прошлом, Гарри, ничего не изменить, - Ремус печально похлопал его по спине. – И я прошу тебя успокоиться.

– Возьмите, - Гарри протянул ему книжечку. – Ведь это ваш подарок.

Но Люпин покачал головой.

– Тебе она нужнее. Я уверен, что ты не все прочитал. Полистай её и найдешь там много интересного и полезного. В конце концов, если бы твой отец был жив, он наверняка бы помог тебе в общении с твоей девушкой, - Люпин вдруг улыбнулся и совсем другим тоном спросил: - У тебя всё хорошо с ней?

Гарри кивнул.

– Я … люблю её.

– Это просто замечательно. Я верил, что так и будет. Это большая удача встретить свою пару. Джеймс и Лили тоже были парой.

Глава 38. Советы отца

Гарри вернулся в гостиную, все ещё находясь под впечатлением от пережитого.

– Гарри, ты где пропал? Гермиона тебя разыскивала. И… слушай, я вот что хотел сказать, - Рон потянул его в угол гостиной, где никого не было, усадил в кресло. – Я попросил Красотку, чтобы она снова взяла меня дежурить! И она согласилась, Гарри!

Ну, вот, Рон болен Красоткой. Пора его вылечить от этой вейлы-гейлы-ведьмы или как там её.

Гарри набрал побольше воздуха в легкие и жестом остановил счастливую трескотню Рона.

– Послушай, я должен кое-что сказать тебе про Красотку.

– Что? – Рон осекся. – Подожди, Гарри, только не это. Неужели ты все-таки на неё повелся?!

– Нет, нет, - быстро ответил Гарри и даже помотал головой. – Я только что видел…

– Кто? – Рон едва не оскалился.

– Малфой, - прошептал Гарри.

– Что? – задохнулся Рон.

– Я видел, как они разговаривали в кабинете. Она сказала Малфою, что он ей нравится. Но из-за того, что она – учитель, а он – ученик, ничего не будет, никакого романа. Они только поцеловались и всё.

– Я убью его! – продолжал задыхаться Рон.

– Зачем? – укоризненно возразил Гарри. – Ну подерёшься ты с ним из-за Красотки, её скорее всего уволят, и что дальше?

– Слушай, Гарри, - страдальчески поморщился Рон, - может, он поцеловал её насильно, а?

– А она насильно ему отвечала? – иронично хмыкнул Гарри. – Послушай, Рон, если ты не понял – они целовались по-настоящему. Ты в курсе, как это происходит? Если нет, я могу объяснить!

Рон неожиданно брезгливо поморщился.

– Успокойся, старина, - примирительно похлопал его по плечу Гарри, - я понимаю, тебе обидно, но подумай сам, зачем тебе эта взрослая тётка? На тебя такие девушки уже заглядываются. Ты же не забыл, что ты капитан сборной по квиддичу? Посмотри вокруг, Рон!

– Но… она мне так нравилась, - растерянно пробормотал он. – А теперь… все кончено, - он трагично вздохнул. – После Малфоя я даже не могу смотреть на неё!

При первой возможности Гарри вновь вернулся к чтению Секретной книжечки Мародеров. Он надел очки, произнес пароль и с уже легким сердцем ещё раз прослушал смешки и остроты Джеймса и Сириуса. Самое будоражащее признание, - прочел Гарри.

Появившийся Сириус начал свой рассказ:

– Ну, это несколько банально, но мои самые-самые воспоминания примерно все такие. Когда с той девицей-семикурсницей у меня был роман, то она затянула меня в кладовую для метел и показала кое-какой класс. Муни, я клянусь тебе своим хвостом и ушами, это было круче наших прогулок и беготни под луной! Особенно если учесть тот факт, что нас едва не застала мадам Трюк. А мне только исполнилось 15. Как думаешь, сколько бы очков сняли с Гриффиндора?

Смеющегося Сириуса сменил Джеймс.

– Я угрелся под весенним солнышком и мечтал о Лили, - сделал он невинные глазки. – Причем далеко не о скромном поцелуе в лобик или ручку. Ты же знаешь, какой я испорченный, - Джеймс махнул на себя рукой. – И когда я открыл глаза, то увидел прямо перед собой укоризненно поблескивающие очки дедушки Дамба. Принимая во внимание, что он умеет считывать с волшебников инфу, я пожалел, что нельзя аппарировать из Хогвартса! – Джеймс рассмеялся.

– Хвост, появись и нам объяснись! – Сириус взмахнул волшебной палочкой.

– Ну, - замялся появившийся Петтигрю. – это … наверное, - он покраснел до ушей, - когда мы измеряли себе…ну в общем вы поняли что…

– Ну, конечно, Хвостик, как мы могли забыть! – заорал от смеха Сириус. Джеймс покатился тоже. – Ведь это был как раз тот случай, когда ты выиграл соревнование! Ты же помнишь это, Муни! Нам пришлось купить Хвосту огневиски за честно одержанную победу благодаря матушке-природе!

Гарри закрыл пылающее лицо руками.

– Ну, теперь твоя очередь, Муни!

На бумаге возникли буквы.

– Пожалуй, это был тот вечер, когда вы заставили меня прикрыть вас и в случае чего отвлечь Филча, когда вы крали из его шкафа «Чарующую плоть». А потом дали мне посмотреть постер.

Самое обидное воспоминание

– Покидая Хогвартс, Муни, - наставительно произнес Джеймс, - ты должен избавиться от всех своих комплексов. Написав свое самое обидное воспоминание и посмеявшись над ним, ты таким образом избавляешься от этой неприятности.

– Я первый, как всегда, - охотно откликнулся Сириус. – Одна из моих подружек сообщила мне, что хотя я очень красивый и крутой парень, но она больше не хочет меня, потому что я, видите ли, воняю псиной!

– Ужас, - сказал Джеймс, - я бы застрелился из собственной палочки, но… Мне остается только восхититься Бродягой. Ему все ни по чем!

– Я избавился от комплекса! – напомнил Сириус. – Теперь ты, Сохатый!

– У моей Лили есть одна слабость – она страшно любит писать. Наверное, будет писательницей после Хогвартса! По моей просьбе она сочинила фантазию про меня и себя. Какая это была милая и горячая вещица, друзья мои! Я зачитался, когда сидел наказанным у Макгонагалки за очередную драку со Слюнявусом и не заметил, как тетя Минерва влетела в класс. Она велела мне идти убирать зал с наградами – совершенно неостроумное наказание. Я быстро сунул листик в учебник. И именно этот учебник Маггонагал у меня отобрала! Если честно, перед Лили неудобно – у неё такой характерный красивый почерк! Я потом всю ночь не спал! К счастью, профессорша не наказала мою малышку, а листочек замутила!

– Наверняка, она его не замутила, а зачитала! – прокомментировал Бродяга. - Давай, Хвостик, не стесняйся, твоя очередь!

– Ну… я…помнишь, Сириус, ты дал мне полюбоваться на девушек из украденного журнала?

– Конечно, помню! Это был курс терапии!

– Так вот, его у меня в туалете слизеринец отобрал, - страдальчески сморщился Хвост.

– Хвосту, как всегда, везет. А что скажешь ты, Муни?