Люба Штаний - Зажечь белое солнце

переживала за нас и решила подстраховаться -предупредить.

Это потом сообразили, что та дроу, которая нас встретила и неверно назвала время прихода

куратора не столько ошиблась, сколько выдала стандартную информацию. Остальных пленниц их

тренеры навестили чуть позже.

- Даша, что это? - испуганно всхлипнула Милена, привычно прижимаясь к моему боку.

Услышав душераздирающие вопли мы за какие-то доли секунды не только проснулись, похватали

оружие и оделись, но и высыпали в гостиную. Крики доносились явно из общего зала, и это было

даже страшнее, чем озеро Мрака. Там, в озере, убивал монстр. И больше ел, чем убивал. Это было

жутко, ужасно, но понятно. А тут. .

Мы же все в одной лодке! Все люди... Или почти люди, но суть одна. А сейчас там, за дверью... И

ладно бы за детей дрались, за Родину, за свободу, в конце концов! А они просто за иллюзорную

победу... Ведь даже приз представляется весьма сомнительным! Статус Повелительницы Урога? Что

за бред! Если у дроу привилегии хуже приговора, о чём тут говорить? Но...

- Зара сказала, дверь открывать нельзя, - едва шевеля губами прошептала Кудряшка. - Но мы же не

можем просто слушать?

- А что ты предлагаешь? - ответила Лайза хрипло. Шайни от волнения прокусила губу до крови. -

Выйти? Там... Они все с оружием, и не обязательно с мозгами. За кого заступаться будем, и кого

гасить?

- Идите в свои комнаты, - попросила я. - Закройтесь и не открывайте никому кроме друг друга.

- А ты?

- А я так не могу. Ну же, идите. У вас на дверях символы. Должны перекрыть доступ чужим.

Я понимала, конечно, всю безрассудность затеи, но стоять и слушать полные боли крики? Потому

шагнула к выходу и спустя секунду уже захлопнула дверь за своей спиной.

- Дашка, не смей! Мы с тобой! - раздалось многоголосое из комнаты, но я уже не слушала.

Крики в основном доносились с первого этажа, но и здесь... Просторный зал выглядел... кошмарно.

Светлый пол в крови, клочьях волос и какой-то зеленоватой жидкости. Около фонтана -

ширококостная девушка со свёрнутой шеей и кистенём в руке. Справа от меня - обугленное нечто.

Чуть поодаль - кровавый след вдоль стены, обрывающийся у двери с ярко-рыжим орнаментом. И

смрад... Запах, от которого всё внутри сжималось в комок, и очень хотелось завыть по-волчьи.

- Сидите там! - рявкнула колотящим в дверь девчонкам. - Здесь почти всё.

Я солгала. Не всё. Рука сама собой потянулась к хлысту, закреплённому на поясе. Прямо по курсу

наша совсем недобрая знакомая душила женщину с голубой кожей и костяным гребнем на голове.

Поодаль валялась пара кинжалов и странного вида оружие поверженной претендентки.

Это была не я. Честное слово! Рука сама выхватила хлыст, ноги понесли вперёд, а заострённое

лезвие на кончике плётки рассекло воздух. Рыжая даже обернуться не успела. Две секунды - три

взмаха, и окровавленный труп падает на свою несостоявшуюся жертву.

Прежде чем осознание накрыло и вывернуло наизнанку, я ещё нашла в себе силы сдёрнуть мёртвое

тело с голубокожей девушки и протянула ладонь:

- Ты в порядке?

Та судорожно втянула воздух сквозь зубы, испачканные чем-то зеленоватым и рывком села.

Закашлялась и, не поднимаясь, торопливо отодвинуться подальше.

- Я ничего тебе не сделаю. Не бойся, - попыталась я успокоить девушку, но договорить не успела.

Сверкнули миндалевидные тёмные глаза незнакомки, полные животного ужасали. Губы её

болезненно изогнулись, а в следующую секунду... меня снесло волной синего света! Просто швырнуло

назад ударом ставшего упругим воздуха. Не знаю. Чем бы это закончилось, столкнись я со стеной, но

меня поймали... мои девчонки.

- Говорили же тебе, сиди в комнате! - рявкнула неожиданно злая Милена. - Вот только выживи, сама

голову оторву, и скажу Ригару, что так и было!

- Нас трое, - угрожающе прошипела шайни голубокожей, вынимая клинок из ножен. - Будем

проверять, кто кого, или сама свалишь?

Незнакомка проверять не стала. Пока я ошалело трясла головой, вытряхивая звон из ушей, та

шустро отползла в сторону и скрылась за одной из дверей.

- Отступаем, - отчеканила Роша и меня «отступили».

В смысле чуть ли не волоком утащили в комнату.

- Заклятье-недоделка. Силёнок не хватило доплести до конца. Или времени, - прокомментировала

Кудряшка. - Так что нам ещё повезло. Даш, это рыжая тебя так?

Молча отрицательно покачала головой и, пошатываясь, побрела в бассейн. В ушах шумело. Перед

глазами плавали белые пятна. Ноги не слушались. Эк меня приложило... Ничего себе, «недоделка»!

Чего ж она рыжую-то не...

И тут я вспомнила... Подняла к лицу дрожащие руки. Ладони были в крови. Господи, боже... Я убила

человека? Господи, прости! Я не хотела! Мне...

До туалета меня тащили мелкие. Держали, пока выворачивало наизнанку, тоже они. И в бассейн

запихивали, и умывали тоже. После, уже в своей комнате, я в каком-то ступоре смотрела на свои

руки, и всё думала, как я могла убить. Причины были, и веские, но всё равно...

Под боком сопели Роша с Кудряшкой. Лайва спала в кресле. Надо и мне поспать, а совесть... Она и

так грызёт. Ничего не случится, если прервётся ненадолго. В конце концов, выхода не было. Вряд ли,

окликни я психопатку, та послушно переквалифицировалась бы из маньячки в овечку. К тому же...

Нет! На сегодня всё. Как говорила Скарлет: «Я не буду думать об этом сейчас. Подумаю об этом

завтра».

Глава 15. Шагнуть во тьму.

Когда пришла Зара, меня ещё потряхивало, но тренировка сделала своё дело. Куратор и не

думала разговаривать, а нам некогда было думать. Шесть часов ада очень хорошо отвлекают от

посторонних мыслей. Охочие до крови твари всех мастей почему-то принимать во внимание

душевные терзания вожделенного обеда не желали. И Слава Богу.

Получив две незначительные, но очень болезненные раны на бедре и плече, я переключилась с

отвращения к себе на привычную ненависть к дроу. А когда остроухая мучительница сообщила, что за

минувшую ночь число претенденток «загадочным» образом сократилось до ста двадцати одной, я и

вовсе плюнула собственной совести в глаз. В чистилище не до сантиментов, как бы я к этому ни

относилась.

Вторая ночь прошла спокойно. Криков мы не слышали, даже если они и были. То ли вчера

«вырезали» всех неосторожных, то ли пленницы сочли за благо сидеть взаперти.

На тренировку, кстати, кроме нас решились всего десятка три женщин. Мы. как и всегда, занимались