Макс Фрай - Наследство для Лонли-Локли

- Вот оно как, - сказал он, когда я умолк. - Ничего удивительного: Урмаго всегда был любимым сыном старика, а уж тот умел отличить спелую пумбу от червивого ореха!

Я хмыкнул, облагодетельствованный свежей пейзанской метафорой. Мой собеседник, тем временем, что-то усердно обдумывал, печально уставившись на свои ухоженные, как у столичного придворного - это при его-то работенке! - руки с удивительно длинными сильными пальцами.

- Скажи мне, только честно, - неожиданно попросил он, - ты очень хороший колдун? Или кроме как камни сжигать, ничего больше не умеешь?

- Не только это, - я не удержался от снисходительной улыбки. - А вот хороший я колдун, или плохой - не знаю. Смотря что нужно сделать. Что я точно хорошо умею, так это убивать и уговаривать... вернее, заставлять людей делать все, что я прикажу. Ну и еще кое-что по мелочам, - добавил я, рассудив про себя, что докладывать этому почтенному человеку о своих успехах на поприще путешествий между Мирами, пожалуй, не стоит.

Некоторое время он смотрел на меня испуганно и недоверчиво, потом понял, что я не собираюсь демонстрировать свою силу прямо сейчас и немного расслабился.

- Значит, ты уговаривать умеешь... - тихо, как бы про себя повторил он. - Что ж... конечно, госпожа Ули будет очень недовольна, если я проболтаюсь, но я обещал покойному Хурумхе заботиться обо всех его детях!

Мое сердце бешено заколотилось о ребра. Я сразу понял, к чему идет дело, и теперь старался не дышать - чтобы не спугнуть откровенное настроение своего собеседника.

- Урмаго не пропал, - почти беззвучным шепотом сказал дворецкий. - Он здесь.

- В доме? - изумленно выдохнул я. - Что, его Маркуло в подвале прячет? Или?..

- Да нет, господин Маркуло ничего не знает. Думает, его брат просто загулял - так ведь уже бывало... Он, конечно, молит теперь всех духов леса, чтобы Урмаго не нашел дорогу домой. Очень уж не хочет с ним делиться! Но господин Маркуло никогда не стал бы причинять зло своему брату. Может быть, ты и твой друг сочли моих господ плохими людьми, поскольку с вами они очень уж недружелюбны... Но все члены семьи любят друг друга, хоть и не всегда могут ужиться под одной крышей. И господин Маркуло не исключение. Он любит своих братьев и свою сестру, и прочих родичей, хотя по нему и не скажешь, наверное...

- Да, пожалуй ты прав, - согласился я, вспомнив, каким несчастным выглядел Маркуло, растерянно застывший над мертвым телом пропойцы Пуреха. А ведь я бы на его месте, пожалуй, в пляс пустился!

- Так где же Урмаго? - нетерпеливо спросил я. - Ты сказал...

- Да, господин Урмаго по-прежнему здесь. В этом доме, - подтвердил дворецкий. - В этой самой башне, будь она неладна!

- Да где же он? - я уже ничего не понимал.

- В стене, - угрюмо сообщил Тыындук. - Он в стене, так уж вышло. Поэтому я и рискнул навлечь на себя гнев госпожи Ули и рассказал тебе все начистоту. Если уж ты умеешь уговаривать - может, ты как-нибудь уговоришь его выйти? А то госпожа Ули велела мне разобрать все стены в надежде, что ее брат найдется... но она и сама не слишком верит, что у нас что-то получится. Он ведь стал бестелесным, как лесной дух, и теперь может просто спрятаться в одном из камней, это и мне понятно!

- А как он туда попал? - ошеломленно спросил я. - Его заколдовали? Но кто?

- Может, и заколдовали, а может, сам наворожил невесть чего, - дворецкий пожал плечами. - Дело темное! Могу тебе сказать одно: Урмаго и Ули все время учились ворожить. У госпожи Ули куда лучше выходило: она-то постарше, да и пошла в свою бабку, а старая Фуа в ее годы была грозной ведьмой! Но Урмаго очень старался не отстать. Он ведь был упрямый, как его отец... А ворожить они любили в этой башне. И вместе сюда ходили, и поодиночке. И вот однажды оба не пришли завтракать. Я, ясное дело, отправился их разыскивать. И нашел только Ули. Она сидела в этой самой башне и плакала - так плакала! А когда я стал ее расспрашивать, сказала только одно: "Урмаго теперь живет в стене, и я не знаю, как его оттуда выманить". А потом спохватилась и взяла с меня клятву, что я никому не расскажу. Она ведь надеялась, что сумеет его выручить. Ходила сюда каждую ночь, ворожила так, что камни кричали как голодные младенцы, а дом сотрясался до основания - хорошо хоть не рухнул! С тех пор все остальные домочадцы боятся этой башни больше, чем прогулки по вурдалачьему кладбищу в полнолуние. Я-то знал, в чем дело, но госпожа Ули строго запретила мне их успокаивать. Она почему-то не хотела, чтобы кто-то из домашних узнал правду про Урмаго... Да, так вот: с колдовством у нее ничего не вышло. И вот сегодня пришла она ко мне и говорит: "Я все перепробовала, ничего не получается, давай стену разбирать!" Вот я и разбираю... Ну что, как думаешь: ты сможешь уговорить его выйти?

- Надо попробовать, - вздохнул я. - Вообще-то, я имел в виду немножко другое: мне, знаешь ли, надо видеть перед собой человека, которого я собираюсь "уговорить", а вашего Урмаго хрен увидишь... Ну да ладно! В любом случае, хорошо, что ты мне все рассказал. Сейчас подумаю, что тут можно сделать...

- А можно? - с надеждой спросил дворецкий.

- Если он еще жив, то наверняка, - твердо сказал я. - Кстати, а он жив? Что Ули по этому поводу думает?

- Она говорит, что жив. Сердцем, дескать чует, - вздохнул дворецкий. - Ее бы устами, как говорится...

- Что ж, будем надеяться, что сердце ее не обманывает, - бодро заключил я. - Пока человек не встретил свою смерть, безвыходных ситуаций не бывает, поверь моему опыту! Впрочем, я однажды даже с того света одного дядю приволок - другое дело, что его это не слишком обрадовало... Если не получится у меня, позовем на помощь моего друга. А не сможет он, мы сюда и подмогу из Тайного Сыска вытащим!

- И что, ваши коллеги поедут в такую даль, чтобы помочь чужому человеку? - изумился он. - Урмаго ведь даже не житель Соединенного Королевства - на кой он вам сдался?

- Пустяки все это, - отмахнулся я. - Да будь он хоть из Куманского Халифата, этот счастливчик! Грех это - оставлять человека в стене. Другое дело, если ему самому нравится там сидеть, но я здорово сомневаюсь, что это действительно такое уж великое удовольствие. Ничего, если выяснится, что в этой стене он был счастлив как никогда прежде, залезет обратно, дурное дело нехитрое... Ох, зря, конечно, Ули нам сразу не сказала, в чем дело!

- Ей и в голову не приходило, что от вас можно ждать помощи, - пожал плечами дворецкий. - Наверное, она не знала, что вы такие хорошие колдуны. У нас тут все думают, что угуландцы только у себя дома на что-то способны, а как уедут подальше, даже детей пугать не годятся... А еще вполне могло статься, она решила, что вы только навредите Урмаго. Знаешь, ведь когда стало известно, что к нам едет наследник, в этом доме о твоем друге говорили только как о злейшем враге.