Леднев Вадим - Роман про попаданца

Через двадцать минут, они достигли ручья и свернули вправо, навстречу течению. В воду заходить не стали. Не было смысла - хэку теперь настороже и ни за что не пропустят места, где обрываются людские следы.

Этт торопил своих людей, стремясь пройти как можно большее расстояние до наступления темноты. А для этого надо было постараться. Теперь дорога шла в гору, да и качеством не баловала, все больше с камня на камень приходилось скакать.

Ключ Улахи представлял собой полноводный горный ручей. Он протекал по распадку рассекающему Внутреннее кольцо. Склоны ущелья были покрыты редколесьем - тонкими деревцами да кустарником. Ручей, служивший беглецам путеводной нитью, то разливался на всю ширину распадка, то кипел в узком русле, скача с уступов, образуя многочисленные каскады и пороги. Подъем временами становился настолько крутым, что людям приходилось передвигаться зигзагами, а иногда и вовсе на четвереньках, хватаясь руками за корни и стволы деревьев. Все были вымотаны, но никто не роптал - понимали, чем дальше уйдут от Змеиного ущелья, тем безопасней будет ночлег.

Сумерки уже почти перешли в ночь, когда они достигли гребня перевала, где, наконец, и остановились. Впрочем, темнота, так и не наступила. Ночь была светлой, как в Питере, только не белая, а зеленая от местной луны. В ее изумрудном свете, был виден почти весь путь, который они только что преодолели. Это значило, что снизу никто не сможет подобраться незамеченным. Дружинники быстро повалили с десяток чахлых деревьев. Стволы пустили на дрова для нескольких костров, а из хвойных крон смастерили подстилки. Ночь обещала быть прохладной и на голых камнях не поспишь. Наскоро поужинали сухарями и вяленым мясом, после чего капитан объявил, что планы на завтра полностью зависят от хэку - если Проклятые продолжат преследование, придется уходить вглубь Хром-Минеса. Никого это известие не порадовало. Одной Маат, казалось, было абсолютно все равно. Ведьма успела искупаться в ручье, несмотря на обжигающе холодную воду и теперь грелась у костра, расчесывая волосы одолженным у Техи гребешком. Дружинники стали относиться к ней с пиететом и некоторым даже подобострастием, но, тем не менее, старались особенно не приближаться. И так вышло, что у крайнего костра она оказалась вдвоем с одним лишь Техой. Мальчишка же, наоборот, души не чаял в новой знакомой, и как с некоторой ревностью отметил Слава, полностью переключил на нее свое внимание. Самого же старлея, Маат как будто бы избегала, при взгляде отводила глаза, односложно отвечала на вопросы и вообще старалась держаться от него подальше. Слегка уязвленный Слава, решил, что никому он тут навязываться не собирается. Расчистив от камней площадку для сна, он выложил ее ветками. Устроился поудобнее и решил спать. Однако, не смотря на усталость, сон никак не шел. В голову лезли всякие мысли. "Взять, например, меч. Что он есть такое? Понятно, что не простое холодное оружие. Но что? Как объяснить его несомненные интеллектуальные проявления в минуты опасности? Впрочем, в некоторых, случаях, когда опасность была и нешуточная, он никак себя не проявил. Где логика? Случайно ли он попал мне в руки? Да нет, какое там случайно, тетка прямо упоминала в письме про "кое-что оставленное для меня в старой кузне". Ну, допустим, оставили его там неслучайно и я должен был его там найти. Но ведь я мог и не полезть в этот чертов коридор. Это тоже вышло случайно, или кто-то целенаправленно этого добивался? Но кто? Сашка? Глупости! Ее тоже использовали в темную! А может и нет, что я про нее знаю? Столько лет ни слуху ни духу, а тут вдруг нарисовалась... письмо это дурацкое... Может она на самом деле принимала активное участие в моем перемещении в этот мир? Проклятые вопросы! Ни на один нет ответа!"

Славу осторожно потрогали за плечо. Открыв глаза, он увидел склонившуюся над собой физиономию Техи. Мальчик виновато улыбался.

– Валад... тебя это... она зовет, - он почему-то избегал называть Маат по имени, - только она хочет... мальчишка замялся, - хочет, чтобы ты без меча пришел... ты это... ты иди, а я его покараулю тут.

Старлей хмыкнул, но лишних вопросов задавать не стал, просто поднялся и, оставив меч Техе, направился к крайнему костру. Пока шел, ловил недоуменные взгляды часовых.

Маат показала место рядом с собой. Умытая и причесанная (синяки в тусклом свете догорающего костра не были видны) она смотрелась вполне ничего, и запах теперь от нее шел свежий, даже не запах, а аромат, словно тонкий, тонкий парфюм.

– Твой меч не любит меня, - сказала она без всяких предисловий, - я не могу, когда он рядом. Слабость, словно присасывается огромная пиявка. Он вытягивает магическую энергию из всего, что ее содержит. Странно... никогда не сталкивалась с подобным артефактом. Но, впрочем, меня это не касается...

Слава пожал плечами.

– Так зачем ты меня звала?

– Поговорить. Хэку ищут тебя. Другие им не нужны. Когда они, - девушка кивнула в сторону дружинников, - об этом узнают, они тебя тут же бросят. Они не хотят идти вглубь плато и их трудно за это осуждать. Этот болван, предводитель шайки хэку, решил, что ты могучий маг, раз смог убить шамана, потому они и сбежали. Но они вернутся... уже возвращаются. Я слышала разговоры шаманов в Верхнем мире - они разгневаны и желают отомстить за убийство товарища. Но они тоже не хотят идти в Хром-Минес, в этом наше спасение.

– Там так страшно, в этом вашем Хром-Минесе?

Маат пожала плечами.

– Кому как. Мне - нет. Я провела там больше года. Остальным - да, страшно.

– И что ж ты там делала, в таком страшном месте?

– Проходила испытание. Я должна была доказать, что уже готова стать старшей настоятельницей. Для этого нужно выдержать тут не меньше года. Я провела год и два месяца.

– Старшей настоятельницей? - удивился Слава. У вас ими в шестнадцать лет, что ли становятся?

На лице Маат, впервые за все время, появилась улыбка.

– Не суди по внешности, - сказала она, - у ведьм свои секреты. Я старше, чем тебе может показаться. Впрочем, это тоже не важно.

– Может это и не важно, - согласился старлей, - но объясни ты мне дураку, как ты, вся такая крутая, без пяти минут старшая настоятельница, попалась этим... старателям? Как вышло, что они вели тебя, как козу на веревочке.

Маат слабо улыбнулась.

– Ты разве не знаешь, что спуск с горы опасней, чем подъем?

– Потому что расслабляешься?

– Да. Старатели, конечно, мерзкие типы, но они никогда не связывались с ведьмами. Я относилась к ним, как к каким-нибудь крысам или змеям - неприятным, но, в сущности, не опасным, для опытной ведуньи, существам. За что и поплатилась. Теперь мне некуда идти... испытания я не прошла, в Ковен мне отныне дорога закрыта.