Галина Долгова - Обман

— Так, может, не пойдем? Ты отсюда не чувствуешь?

— Скай, нам надо внутрь. Мне надо внутрь! Надо прикоснуться к стенам хранилища. Тогда я сразу пойму — один там камень или нет. И если излучения идут из хранилища — значит, наш кристалл не здесь.

— Другого выхода нет, — поддержал его Эршан.

«Нет? А вы хорошо искали?» — захотелось мне закричать, но я лишь закусила губу, наблюдая, как Ларинэ, снимая первые охранные плетения, приоткрывает дверь. Следом скользнул Ветриар, и мне ничего не оставалось, как направиться за ними.

Оказавшись в хранилище, я чуть не налетела на кого-то из них. В комнате было темно и, судя по тому, как гулко отдавался каждый вздох и шаг, пусто. Вытянув руки, я шла на ощупь, осторожно касаясь пальцами впереди идущего. Шаг… еще… двадцать… двадцать пять… Господи! Когда же мы дойдем?

Неожиданно мой «поводырь» остановился, и мои пальцы, скользнув по его плечу, коснулись гладкой поверхности. Я ощутила легкое покалывание, как при несильном токе, и мягкое тепло. Невольно погладила поверхность — и почувствовала, как что-то внутри откликается на мои движения. Словно нить натянулась!

— Скай, помоги, — прошептал рядом Ветриар, — поделись силой…

Я положила ладонь ему на плечо, отдавая силу. По поверхности прокатилась волна холода, связующая нить натянулась и дрогнула, и послышался тонкий неприятный звук, очень похожий на тот, что был во дворце Дома Земли. Плохо!

— Ну что?

— Там… — начал Ветриар, но его перебил другой голос:

— Там кристалл Дома Огня!

В это же мгновение вспыхнул огонь в огромном, практически во всю стену, камине. Яркое пламя, словно злясь вместе с хозяином, бушевало, озаряя комнату светом и отражаясь в пылающих глазах короля Зартарна. Кто из них был опаснее? Живой огонь — или тот, который сдерживала хрупкая оболочка тела?

Рядом с Зартарном стоял Александрит, их окружали стражники. Король кривил губы в ядовитой усмешке, и она не предвещала нам ничего хорошего. Мой мозг отстраненно отметил хищную, даже жестокую красоту лица Зартарна, словно лик карающего бога.

— Так-так-так… вот и открылись причины внезапной совестливости и амнезии его высочества. Все-таки ты негодяй, Скайнер, жестокий, циничный и беспринципный… Ветриар, что же он тебе пообещал? О, и сам герцог здесь? Браво! Ты действительно думал, что я поверю во весь этот бред? Я сразу понял, что тебе что-то нужно, а уж появление здесь Ларинэ с важной миссией и просьбой дать вам отдохнуть… Король Аэран даже не знает, что вы здесь… Никто не знает… И не узнает… Да и обвинить меня никто не сможет. Пойманы с поличным!

Боже! Яростное шипение короля, алые отсветы на его лице, словно капли крови… Он настроен решительно. Ему нужны ответы, но больше всего он жаждет мести… Он не поверит ничему, что бы я ни сказала… И умирать я буду долго. Это четко было видно в его потемневших глазах. А следующие слова стали моим приговором. Зартарн направился к выходу, небрежно бросив:

— Этих в темницу, а принца Скайнера к палачу… пора поговорить начистоту…

ГЛАВА 21

Что?! Я в ужасе уставилась на Зартарна. С какой легкостью он отправил меня на смерть! Нет, даже не на смерть, на боль и мучения. Не хочу! Паника сковала тело, и горло перехватило в каком-то спазме. Я даже сказать ничего не могла. Да и что я скажу? Он же ни одному слову не поверит! И даже Аэран в этом случае бессилен. Зартарн в своем праве. А если я умру под пыткой, то и в этом случае ничего не изменится. А Аэран сделает все, чтобы хотя бы второй его сын вернулся домой живым.

Господи! Не хочу! Я забилась в руках стражников, пытаясь вырваться.

— Нет! Зартарн! — закричал Ветриар. Я перехватила его испуганный взгляд, словно отражение своего собственного. Он рванулся ко мне, но стражники его перехватили. — Зартарн, все не так! Умоляю! Не трогай его!

— Не так? — Король с легким интересом повернулся к нам. — Какая братская преданность, однако… Хотите сделать признание? Нет? Тогда не вижу причин отменять решение.

— Нет, Зартарн, ты совершаешь ошибку!

— Ветриар… — Испуганный шепот сам собой сорвался с губ. Отчаяние… Я боюсь боли! Я не хочу отвечать за то, чего не делала! Перед глазами поплыли красные пятна, я почувствовала, что вот-вот расплачусь.

— Зеркало! — выкрикнул Ветриар. — Зартарн! Используй зеркало! Ты сразу все поймешь! Умоляю!

— Зеркало? И что же я там увижу?

— То, чего не ожидаешь, — вдруг твердо сказал Ларинэ, не отрывая от меня взгляда.

В комнате повисла тишина. Зартарн хмурился, поочередно глядя на меня, Ларинэ и Ветриара. Александрит напряженно смотрел на брата. Господи, пусть только согласится…

— Хорошо, — наконец произнес король. — Пусть будет зеркало. Иначе любопытство просто убьет меня.

Сделав знак страже, он вышел за дверь, следом отправился его брат, бросив на нас непонятный взгляд. Я лишь успела неуверенно улыбнуться в ответ на обнадеживающий кивок принца, когда меня грубо толкнули в спину. Пришлось идти, правда, как оказалось, недалеко и недолго. Зеркало хранилось в соседнем зале.

Помещение охраняли четверо стражей в черном. Каменная дверь, без замочной скважины или щели. Точнее, монолитная плита с рисунком, изображающим солнце. Зартарн лишь прикоснулся к выпуклой фигуре, и плита отъехала, открывая доступ в полукруглую комнату без окон. Мягкий желтый свет лился непонятно откуда, словно его излучали сами стены, полированный каменный пол матово блестел, по бокам от двери шли низкие диванчики, обитые черным бархатом, а на противоположной стороне, завешенное алым полотном, стояло нечто в человеческий рост. Скорее всего именно оно — зеркало.

— Зеркало Истины, — шепнул мне Ветриар.

Нас подвели поближе. Легким движением Александрит сорвал материю, открыв зеркальную поверхность в массивной бронзовой оправе, украшенной красными кристаллами.

Зартарн, выполнив несколько замысловатых пассов, повернулся к нам:

— Что ж, вот зеркало. Что же такого вы можете мне показать, чтобы я изменил свое решение?

— Подойди, — подтолкнул меня Ветриар.

— Ты уверен?

— Нет. Но выбора у нас тоже нет. Только… Зартарн, — он посмотрел на короля, — прежде чем мы вам откроемся, я прошу поклясться, что то, что вы узнаете, останется между нами.

— Принц, а вам не кажется, что вы не в том положении, чтобы требовать?

— Кажется. Но все же прошу вас поклясться.

— Я не обещаю того, в чем не уверен. Но если это не угрожает интересам моего Дома, то я сохраню тайну. Это мое последнее слово.

— Хорошо… Иди, — кивнул мне Ветриар.