Хозяйка орочьей крепости (СИ) - Екатерина Леснова

Никакого ответа или реакции. В груди заныло, руки задрожали, а к глазам подкатили слезы. Неужели я опоздала?

— Юнар, ответь мне! — я уже не скрывалась, говорила громко, а голос срывался от непролитых слез.

— Он не ответит, — внезапно раздалось словно из ниоткуда, — он на пути к изменению.

Я отпрянула и заозиралась. В помещении никого не было. А голос продолжил:

— Вы не уйдете отсюда. Мне нужно больше магии этого мира.

— Кто ты и где?

Голос разносился по всей комнате, вторил пульсации, а еще был странно безэмоционален. Человек так говорить не может.

— Это вы внутри меня. Вкусные, питательные, с вашей магией я смогу развиться дальше, перешагнуть очередную ступень и выйти за рамки.

Меня пробрала дрожь, я отчетливо поняла, кто говорит.

— Что ты за существо?

— Существо? Мне чуждо это понятие. Я больше любого существа, я вездесуща и неуязвима. Вы часть меня, как и весь этот мир вскоре. Я энергия, божество, первосубстанция…

В голосе не было бахвальства, только констатация фактов. Но что-то мне подсказывало, что все это не так. Может Марь и сильна, и вездесуща, но уж точно не божество. Не знала, откуда эти мысли, но внутренняя уверенность придала сил.

— Отпусти нас, мы просто уйдем и все.

— Я не могу отпустить его, он уже часть меня, а ты самая вкусная, тоже чужая, много сил отдашь, я стану сильнее, перейду на новый уровень. Нужно больше живых.

Марь говорила одновременно, как живое создание и неживое. И это ее “тоже чужая” навевало на мысли, что Марь не просто создание человеческой магии, а существо из другого мира. Да и вообще она сама назвала себя “первосубстанцией”, вызвав сразу ассоциации с чем-то космическим.

— Подожди, возьми меня вместо него! — вскрикнула я.

Конечно я не собиралась легко сдаваться, все еще надеялась, что мой дар не просто так заставлял Марь отодвигаться.

— Зачем? Вы уже и так оба во мне, — если бы Марь умела смеяться, то точно бы зловеще захохотала.

Ветви, подчиняясь ее воле зашевелились. Юнар безвольно мотнул головой, когда тугой кокон сжался плотнее. Я вскрикнула, опасаясь, что его сейчас просто раздавит, схватила его за обе щеки… И тут произошло одновременно две вещи: Марь издала какой-то странный громкий звук, узор на руке ярко полыхнул, и я отчетливо увидела, как мелкие ворсинки сгорают от сияния моего дара. Правда я тут же почувствовала, что дар сопротивляется, и я больше не могу удерживать поток воздействия. Сияние погасло.

— Юнар! — закричала я. — Очнись! Очнись же!

Я сжала сильнее его голову, стараясь снова выстроить поток, но узор лишь слабо светился.

— Вкусная…, — ровно сказала Марь.

Ресницы Юнара слабо дрогнули, он силился открыть глаза.

— Юнар!!!

Ветви снова зашевелились, а я не могла больше ничего сделать. Разве это все? Вот эта слабая вспышка дара — это все, что я могу?!

— Ялана, — еле слышно прошептал Юнар, — что ты здесь делаешь?

— Юнар, давай, помоги мне, постарайся выпутаться, — затараторила я, — у нас мало времени, сейчас тебя совсем спеленает, и я не смогу тебя достать! Ты же сильный, давай, постарайся!

Я несла все вподряд. Вытащила из все еще висящей сумки нож и попыталась перерезать ветки. Проще было разрезать стальной канат. Нож не причинил никакого вреда, и я снова вернулась к лицу Юнара, единственному месту, еще не заплетенному ветвями.

— Ялана, уходи…

Синие глаза моего орка смотрели куда-то сквозь меня. Они страшно подернулись белесой пеленой, которая предвещает скорую смерть.

— Не смогу, нет сил, дар выпила Марь, я умираю, уже почти мертв. Иди, живи, помоги моим оркам.

— Я не уйду без тебя, — по щекам покатились слезы, — да она и не даст.

Я отчетливо поняла, что Марь и правда нас не выпустит. Ветви приподняли Юнара так, что я уже почти не могла до него дотянуться.

— Юнар!

Привстала на цыпочки. Коснулась кожи и отчаянно пожелала, чтобы дар хоть капельку откликнулся!

Струнка внутри слабо трепыхнулась, и энергия перетекла в Юнара, я это почувствовала, а потом с удивлением ощутила, как от него энергия качнулась ко мне. Мы снова, как тогда в лесу, стали перегонять энергию друг другу. По-началу слабенький поток постепенно превращался в большой. Все сильнее, ярче и интенсивнее.

Кажется Марь снова что-то говорила, но я уже не слышала. Меня полностью захватила это странное единение. Мы перекачивали энергию друг другу, все наращивая темп. В какой-то момент я почувствовала, что ветви потянули Юнара куда-то в сторону.

— Нет, — рявкнула я и, подчиняясь моей силе, все ложе из ветвей вдруг осыпалось пеплом, а Юнар завис просто в воздухе. — Теперь мой черед угрожать!

Теперь я могла не держаться за Юнара, нам больше не нужен был контакт, сила циркулировала между нами. Я видела, что орк больше не был ни безвольным, ни едва живым. Он смотрел не отрываясь на меня, и его глаза светились голубым, отражая силу нашего дара.

— Мы уходим, — просто сказала, обращаясь к невидимой Мари.

— Вкусные…, — раздалось со всех сторон, но как то неуверенно что ли.

— Вкусные, вкусные, вот и запомни, что не только вкусные, но и опасные!

И я ударила всем, что мы смогли вместе сгенерировать. Просто выпустила энергию дара во все стороны. Полыхнула белое зарево. На миг показалось, что я ослепну, а потом все погасло, и мы остались посреди леса. Самого обычно.

Эпилог

— Зачем ты вообще пошла за мной?

Голос Юнара был недовольным, но я чувствовала, что за этой маской скрывается радость. Он был рад, что остался жив, что теперь мы вместе.

Мы сидели у костра посреди глухого леса, который, перестав быть серым от Мари, выглядел непроходимым. Костер развел арым. Он ловко собрал сухие ветки в шалашик и запалил их с помощью огенного камня. Я выложила остатки еды и воды на донышке бутыли.

— А ты предлагаешь мне спокойно сидеть, когда мой муж где-то там умирает? — слегка сварливо ответила я.

Мы оба играли. Знали, что все наши слова неправда. В первый момент, как мы оказались в лесу после вспышки магии, то несколько минут не могли наглядеться друг на друга. Юнар стиснул меня в объятьях и держал, глядя в глаза, молча, но так понятно для нас