Дочь тьмы - Лея Стоун

Моя лучшая подруга, одетая в длинное темно-синее платье, посмотрела на меня с серьезным выражением лица.

– Я никогда не думала, что мы окажемся здесь. Подумать только, мы живем в Городе Ангелов и обручены с селестиалами! Черт возьми, подружка, я так за тебя рада. – Она крепко меня обняла. – Я никогда не переставала верить, что ты вернешься к нам.

Я ощутила легкий укол грусти, потому что со мной не было Сэры. Но в то же время я не сомневалась, что она бы пожелала мне счастья.

– Спасибо тебе за все, – сказала я своей лучшей подруге. – Человеческая жизнь может оборваться в любой момент, и я собираюсь жить на полную катушку, словно каждая минута – последняя.

Она кивнула.

– Давай выдадим тебя замуж за этого красавчика.

Рассмеявшись, я схватила ее за руку, и мы направились в кабинет Рафаила.

Он уже ждал нас у дверей в отглаженном черном костюме. Его белоснежные крылья были гордо расправлены у него за спиной. От этого зрелища у меня чуть не отвисла челюсть. Он был невероятно красив.

– Ты прекрасно выглядишь, – произнес он, взяв меня под руку.

Шия поцеловала меня в щеку и быстро исчезла за поворотом.

– Спасибо, – покраснела я.

Как только мы вышли на поле, я сразу же увидела большой плакат со словами «Линкольн + Бриэль». А чуть дальше, на скошенной траве, стояли сотни белых стульев, заполненных людьми.

– Ничего себе. Здесь так много людей! – воскликнула я. Мы двинулись вперед под тихую классическую музыку, которая звучала из портативных колонок.

– Линкольн – уважаемый капитан Армии Падших, а ты… что ж, все просто рады видеть тебя живой и здоровой. Слухи распространяются очень быстро, и уже к полудню сотни людей высказали желание прийти на вашу свадьбу, чтобы выразить свое почтение, – заверил меня Рафаил.

Я не могла поверить своим глазам. Сотни людей собрались здесь всего за несколько часов только ради нас с Линкольном? Я даже немного чувствовала себя недостойной всего этого внимания.

Немного.

– У тебя удивительные друзья, – сказал Рафаил.

– Это правда, – согласилась я.

Мои друзья – самые лучшие на свете.

Наконец я увидела впереди фигуру Линкольна, и у меня перехватило дыхание. Мой будущий муж стоял в конце прохода, одетый в светло-серый костюм и накрахмаленную белую рубашку. Он был невероятно красив, но мое внимание привлек не его костюм, а его глаза. Линкольн смотрел на меня таким взглядом, словно, кроме нас, вокруг не было ни души.

Я едва могла различить Ноя, Майка, Блейка и Даррена, которые стояли рядом с ним, архангела Михаила или Хлою, Люка и Шию, ожидающих меня в конце прохода. Я сосредоточила все свое внимание на его пронзительных-голубых глазах.

Я даже не заметила, как мы дошли до конца прохода, и Рафаил пожал руку Линкольну, передавая меня ему.

Когда Линкольн взял меня за руки, а я встала напротив него – все вокруг словно расплылось в призрачной дымке. Время замедлилось, и я вдохнула этот момент полной грудью, испытывая невероятную благодарность за каждую секунду.

Михаил поприветствовал всех, кто пришел на нашу свадьбу. Он прочитал стихотворение Элизабет Баррет Браунинг «Как я люблю тебя», а затем попросил нас с Линкольном сказать несколько слов.

Мы еще не могли отвести глаз друг от друга. Протянув руку, он обхватил мое лицо обеими ладонями.

– Я так давно мечтал об этом дне. Я очень четко помню тот момент, когда я понял, что Бриэль – моя идеальная пара. Это был второй день нашего знакомства. Она слишком долго собиралась, поэтому я решил уехать без нее.

В толпе раздались смешки.

– Конечно, она не стала с этим мириться, – продолжил Линкольн. – Бриэль бросила стакан горячего кофе в заднее стекло моей машины, а затем распахнула дверь и чуть не откусила мне голову.

Я покраснела от смущения.

– И тогда я подумал… ничего себе. Если эта прекрасная девушка так легко вспыхивает от злости, то я готов поспорить, что любит она не менее яростно. – Он сделал паузу. – Так и оказалось.

Мне на глаза навернулись слезы.

– Я никогда не встречал более страстного и преданного человека, чем ты, Бриэль Этвотер. В твое душе горит яркий огонь, освещающий все вокруг. Ты готова на все ради своей семьи, и у тебя золотое сердце. Но самое главное – ты заставляешь меня смотреть на мир по-другому. Ты никогда не бросишь своих близких и не примешь отказа. Это я и люблю в тебе больше всего.

Он смотрел мне прямо в глаза, и по моим щекам текли слезы.

– Я обещаю любить твою маму и брата, как родных, и с нетерпением жду того момента, когда у нас появится своя собственная семья. Я знаю, что тебе предначертана необычная судьба и твой путь полон опасностей, но я клянусь всегда быть рядом, в горе и в радости.

Подавив очередной приступ рыданий, я постаралась взять свои эмоции под контроль, потому что настала моя очередь произносить речь. На свете не было слов, которые могли бы описать всю глубину моих чувств к Линкольну.

– Линкольн, я не такой хороший оратор, как ты, но одно я знаю наверняка: последние несколько месяцев моей жизни были одними из самых мрачных и сложных в моей жизни. Но твоя любовь и надежда на то, что когда-нибудь я снова смогу тебя увидеть, придавали мне сил. Ты меня спас.

Едва я успела закончить последнюю фразу, как Линкольн притянул меня для поцелуя, и толпа разразилась бурными аплодисментами.

– Хорошо, я думаю, теперь ты можешь поцеловать невесту! – сказал Михаил, и все дружно рассмеялись.

Когда мы оторвались друг от друга, Михаил положил руки на плечо каждому из нас и повернулся лицом к гостям.

– Властью, данной мне онлайн-сертификатом, я объявляю вас мужем и женой!

Гости прыснули со смеху, но я успела заметить, как Шия бросила на Михаила насупленный взгляд. Я не могла сдержать улыбки. Это был самый счастливый день в моей жизни.

О такой свадьбе я могла только мечтать. Она получилась идеальной. После церемонии мы танцевали, ели пончики из «Седьмого Неба» и просто веселились, как обычные люди. На несколько часов я перестала быть девушкой со странными крыльями, а Линкольн – парнем со шрамами на запястьях. Мы были двумя влюбленными людьми. Мне хотелось навсегда остаться в этом моменте.

Я лежала на кровати в трейлере Линкольна. Мы только что занялись любовью – впервые в качестве супружеской пары, – и теперь его палец медленно выводил