Татьяна Рябов - Гоша Каджи и Алтарь Желаний

Янка чуть ли не вприпрыжку промчалась к пентаграмме, залетела внутрь и, сгорая от нетерпения присоединиться к друзьям и сестре, широко раскинула руки в сторону, громко приказав стихиям:

— А ну-ка! Давайте поживее!

За учительским столом кто-то беззлобно рассмеялся. И даже Этерник мягко усмехнулся в усы.

Зато подействовало. Сразу же на обеих ладошках у Янки вспыхнуло по огненному шарику. На левой — ярко-красное с желтоватым отливом. А на правой руке — такое же, но с синевой. И она, недолго думая, подбросила их вверх, поймав уже наоборот. Может, не понравилось что-то, а может просто дурачась. И они тут же втянулись внутрь.

— Факультет Блэзкор! — улыбаясь, объявил Семен Борисович.

Янка прижала правую руку к груди и важно кивнула ему в ответ головой. Вот только щелкать каблуками, как поручик Ржевский, не стала. А затем девчонка и на самом деле вприпрыжку помчалась присоединиться к своим друзьям и сестре.

— Я же говорила, что легко! — радостно выпалила Янка, устраиваясь рядом с Гошей. — А вы мне не верили…

— Кто? Мы? — в один голос возмутились все трое, но девчонка просто проигнорировала их непонятливость.

Дальнейшее распределение Каджи не воспринял вовсе, так как смотреть и запоминать было совершенно некогда. Он, беззаботный и счастливый, слушал неумолчное щебетание Янки — с левой стороны, а с правой — чуть реже, но не менее весело болтала Анька. Иногда, когда у девчонок выпадала пауза, весомо вклинивался в разговор Роб Баретто. Но вот о чем они все говорили, спроси у Каджи, — так он, разжуй его дракон всухомятку, совершенно не помнит. Ни слова, ни темы, ни буквы. Просто слушал их ликующие голоса и тащился, как удав по стекловате. И так ему было хорошо, что слов нет описать.

Лишь только один раз паренек выплыл из нирваны. Это когда услышал, как профессор Волков вызвал одним из последних на распределение Гордия Чпока. И Гоша уверено подумал: «Вот уж кому прямая дорога в Даркхол, так это именно Чпоку». Но, как это и ни странно, Каджи ошибся.

Стоило только Гордию встать на пентаграмму, как над ним разразился ливень. Короткий, но мощный. Правда, обошлось без молний и грома.

— Фалстрим, — чуть устало объявил Семен Борисович.

А Гордий уже весь сухой, только черные патлы слегка влажно поблескивали, надменно, вразвалочку, отправился за свой стол.

Кстати, та симпатичная негритяночка, которой Чпок так и не подал руки, а звали ее Киана Шейк, попала чуть позднее при распределении именно в Даркхол. А сейчас, как успел заметить Каджи, она проводила Гордия точно таким же взором, как и он сам. Потом их глаза случайно столкнулись взглядами, и Киана, слегка пожав плечами, легонько улыбнулась Гоше. Мол, что уж тут поделаешь, вот такая я злопамятная. А Каджи в ответ только незаметно для других развел руками, словно отвечал ей: «Ну и что? Я сам такой же…».

Больше всех в этом году не повезло стихии земли. На факультет Стонбир попали только двое первокурсников. Индеец Маунтан Хай, крепкий паренек с длиннющими черными волосами, перехваченными на лбу пестрой ленточкой. И совершенно некрасивая, полная девчонка с таким выражением лица, словно ей здесь все должны как минимум по два золотых фига, вот только отдавать никто не хочет. Ее звали Анджелина Рестлесс. Их мантии стали темно-бурого цвета с ярко-зеленой колышущейся на ветру листвой.

Янка настойчиво подергала Гошу за рукав. И ему пришлось повернуться к ней лицом, оторвавшись от созерцания Гордия, которого он в мыслях уже по всякому изничтожил. А близняшка ждала от Каджи какого-то ответа, на заданный, но не расслышанный им вопрос. И чтобы не выглядеть совсем уж бестолковым, он ляпнул первое пришедшее на ум:

— Ну, как, девчонки, согрелись?

— Не то слово, Гоша, — дружно ответили они. — Даже жарко стало.

А потом, когда Каджи попытался было опять скользнуть взглядом в сторону стола Фалстрима, выискивая Чпока, Янка уже яростно дернула его за рукав мантии.

— Ты что, не слышал, что я тебе сказала, курсант?! — и, видя непонимание, плещущееся в его глазах, того и гляди, все очки забрызгает, склонившись к его уху, девчонка жарко прошептала: — И не думай даже об этом! Понял, Гоша?! Забудь…

Каджи все прекрасно понял, не дурак ведь. И даже удивился: тоже мне, еще одна сестра выискалась на его голову. И как только они его мысли читают? Но он удивился бы гораздо сильнее, если бы увидел, как на черных волосах Янки змеится, посверкивая серебристыми звездочками, волнистая прядка. Именно в том месте, где ее волосы соприкоснулись на мгновение с Гошиной шевелюрой.

А змейка у Янки постепенно растворилась в волосах, словно и не было ее вовсе. И никто произошедшего не заметил. Может быть и к лучшему. Нам-то почем знать? Мы еще сами не до конца выслушали их рассказ про первый учебный год в школе обучения колдовству Хилкровс. Самим жутко интересно.

Глава 10. А поутру они проснулись…

Когда распределение первокурсников закончилось, и все они заняли места за своими столами, Семен Борисович свернул пергамент и отправился присоединиться к остальным учителям. А вот Этерник Верд-Бизар наоборот поднялся, и опять легко и бодро занял место за золоченой трибуной. Потом он легонько хлопнул в ладоши, и высоко под сводчатым потолком сверкнула молния. А потом послышался трескучий раскат грома. Все разговоры, шум и гам, воцарившиеся было в зале, мгновенно стихли.

— Перед тем как начать торжественный пир в честь пополнения нашей волшебной семьи, я хотел бы попросить у вас несколько минут внимания к моей скромной персоне.

Этерник белозубо усмехнулся, прекрасно зная, что ему вряд ли откажут в такой невинной просьбе. И дело даже не в том, что он здесь директор и самый крутой волшебник. Просто подавляющее большинство учеников его уважало, а многие прямо-таки обожали.

— В первую очередь я хотел бы представить первокурсникам учителей и руководителей факультетов. А старшеклассникам напомнить об их существовании. А то, небось, за лето вы их и забыли совсем. Глядишь еще, и меня перепутаете с Монотонусом…

Гоша, как и другие вновь прибывшие ученики, шутки не понял и не оценил. Но зато старшеклассники весело рассмеялись. Правда, тут же и умолкли, повинуясь слегка приподнятой руке директора. А Этерник, чуть развернувшись к столу учителей, продолжил, вытянув в его направлении сухонькую ручонку:

— Итак, друзья, позвольте вам представить Бласту Мардер, руководителя факультета Блэзкор. — Она величаво встала и скупо улыбнувшись, больше глазами, чем губами, на пару секунд склонила в поклоне седеющую голову, а затем гордо выпрямилась. — Профессор Мардер будет преподавать вам заклинания и заговоры.