Филип Фармер - Бегство в Опар

И тут он услышал, как позвали:

— Хэдон! Хэдон!

Он обернулся и увидел своего старого приятеля, Сембеса, товарища по детским играм и соперника по Малым Играм. Сембес выбыл из соревнования по борьбе вследствие победы Хэдона, но зла на него не затаил. Когда Хэдон отправлялся в Кхокарсу, Сембес вручил ему подарок и пожелал успеха.

Но теперь все могло измениться. Сембес вынужден подчиняться приказам; он, должно быть, хороший офицер и исполнит свой долг, даже будучи не согласным с приказом.

Хэдона насторожила униформа Сембеса, свидетельствующая о том, что он — лейтенант гвардии Храма Ресу, Пламенеющего Бога.

Сембес мог бы и улыбнуться, увидев друга, отсутствовавшего столь долго, но, вероятно, его просто потрясла встреча. Речь Сембеса несомненно звучала сдержанно, будто он испытывал сильное напряжение.

За ним стоял отряд из двенадцати копьеносцев.

Он шагнул к Хэдону, протягивая руку. Казалось, лицо сначала сморщилось, потом расправилось, затем вновь сморщилось. Узкие глаза лейтенанта пристально смотрели на прибывших, скользя с Хэдона на Клайхи, далее на остальных, потом снова на Хэдона.

— Послушай, Хэдон! Получилось так, что я только что приступил к патрулированию этого района и — надо же! Я вижу тебя! Я думал, что ты в Кхокарсе!

Позади Хэдона раздался шепот Лалилы:

— Берегись, Хэдон. Он лжет! Его прошиб пот от страха!

Клайхи остановилась. Теперь она шипела, как змея, говоря:

— Лалила права! Кто-то заметил тебя в доке, Хэдон, и поспешил к Королю! Его шпионы вездесущи!

— Приветствую тебя, мой старый друг! — сказал Хэдон. Он снял груз со своего плеча и засунул руку в одеяло. Пальцы его сжали рукоятку Каркена, куска слонового бивня, обрезанного по краю для удобства.

Сембес остановился:

— Что с твоим глазом, Хэдон?

— Я дал ему отдохнуть, — ответил Хэдон, срывая повязку. Потом тихо сказал Клайхи: — Отведи остальных в храм.

Сембес взялся за рукоять тяжелого меча из дорогой углеводородистой стали; оружие было выполнено из сваренных меж собой полосок и имело такую же листообразную форму, как и мечи добровольцев, но было примерно на фут длиннее.

— Итак, ты знаешь! — проговорил Сембес, поднимая брови. — Что ж, мне действительно неловко, Хэдон, но у меня приказ. Ты арестован по подозрению в измене!

Хэдон помедлил с ответом. Лалила, держа Абет и Кора за руки, обошла его и поспешила ко входу. На минуту Сембес перевел взгляд на нее, но, видимо, на ее счет инструкций не поступало. Пага, перекатываясь, последовал за ней с мрачным видом, держа руку на рукоятке своего короткого меча. Кебивейбес колебался какое-то время, потом сказал:

— Офицер, я бард и потому моя персона неприкосновенна. — И добавил — Это было бы непростительно в глазах великой Кхо и всего человечества.

— Тогда встань в стороне, — велел Сембес. Пот градом катился с него. Он смахнул его с глаз тыльной стороной ладони, а затем выдернул меч из ножен. Это послужило сигналом солдатам, которые выстроились полукругом, держа копья, направленные на Хэдона.

Кебивейбес, стоя теперь позади Хэдона, прошептал:

— Я так сказал лишь затем, чтобы выиграть время, Хэдон. — Я буду сражаться на твоей стороне.

— Благодарю, — сказал Хэдон, снизив голос. — Но иди в храм как можно скорее. Я не хочу, чтобы ты стоял у меня на пути.

Бард от удивления разинул рот, затем пробормотал какие-то оскорбления. Хэдону некогда было вдаваться в объяснения. Он вытащил тену из тюка и шагнул вперед.

В это самое время Клайхи также двинулась вперед. Она держала высоко свой посох и кричала:

— Остановись! Этот человек под покровительством Фебхи и, следовательно, самой Кхо! Он муж той женщины, к которой благоволит Кхо и к которой обращался Ее Голос! Троньте одного из них, и вы испытаете на себе гнев Богини!

Сембес взмок еще больше. Копьеносцы побледнели.

Хэдон оглянулся. Крики, возгласы и болтовня, доносившиеся с базара, стихли. Большинство продавцов и покупателей молча уставились на них; слышался лишь шум, производимый животными.

Сембес вымолвил:

— Жрица, у меня приказ, и он поступил от Короля, самого главного жреца самого Ресу. До тех пор, пока не поступят контрприказы лично от Короля или Королевы, я должен исполнять свой долг. И вы, конечно же, это понимаете.

— Я понимаю, что ты игнорируешь мои слова! — закричала она. — Мне повторить?

Хэдон вновь взглянул налево. Лалила и дети уже находились внутри храма. Пага стоял у входа, пристально смотря на них. Он выглядел неуверенным, будто не мог решить: остаться ли ему защищать Лалилу или вернуться на помощь Хэдону.

Хэдон проговорил:

— Беги так, будто сама Копоескин гонится за тобой, Кебивейбес! Я больше не могу их сдерживать! Иди немедленно!

С криком он еще раз шагнул вперед, держа рукоять Каркена обеими руками. Сембес с воплем двинулся правой ногой вперед, его торс изогнулся, образовав одну прямую линию с левой ногой. Лезвие меча Хэдона ударило офицера с одной стороны, и острый край скользнул вдоль яремной вены Сембеса. Хэдон отступил назад; из шеи Сембеса хлынула кровь, он упал. Хотя Сембес не был столь же искусным фехтовальщиком, как Хэдон, но пострадал он не из-за этого, причиной его поражения явился жесткий непререкаемый порядок. Только нуматену имели право пользоваться длинным, слегка изогнутым оружием с тупым концом. Несмотря на его очевидное превосходство по сравнению с более коротким кинжалом в индивидуальной схватке, военным и морякам по всей Империи запрещалось использовать его — исключение составляли микавуру, но пираты не ведали норм морали. Правда состояла в том, что, будь Сембес вооружен тену, он также мог погибнуть, но не столь быстро, а его копьеносцы могли бы продвинуться и отогнать Хэдона.

Теперь же, еще до того, как копьеносцы сумели изменить свои позиции, и метнуть копья, Хэдон скрылся из виду. Вход находился всего лишь в двадцати шагах, а Хэдон ведь был самым быстрым бегуном Империи. Но даже, учитывая это, он не мог рисковать. Когда оставалось преодолеть последние шесть футов, он резко опустился, держа одной рукой над собой тену, и заскользил по тротуару лицом вниз. Его грудь, колени и пальцы на ногах горели, но он стремительно бросился в полумрак палаты.

Пага отскочил в сторону как раз вовремя — это уберегло его от сокрушительного удара. Три копья вонзились рядом; одно ударилось о боковую стену входа, одно пролетело над головой Хэдона и воткнулось в привратника, еще одно, отскочив от цементной поверхности, проскользило по ней и, наконец, успокоилось близ Хэдона.

Он поднялся, прыжком отскочив в сторону. Хотя теоретически положение его было безопасно, он не был уверен, что копьеносцы достаточно хладнокровны, чтобы понимать это.