Марина Добрынина - Полет тапка над Зулкибаром

Дукус в ярости бьет Терина по руке, и я слышу стон последнего. Не знаю, насколько ему больно, но получается очень натурально.

И вот тут раздается:

— Ах ты, урод красномордый, ты что это, скотина, делаешь?!

Поворачиваюсь в сторону звука и холодею от ужаса.

Ну отчего, отчего она так не вовремя?!

Глава 24

Я всю ночь не спала толком, вертелась больше на кровати этой огромной. И что у них за мода во дворце — что ни кровать, то траходром! Здесь бы ни одной, а с брюнетом моей мечты валяться… да только, Дуся, предала ты своего брюнета, перевела на него все стрелки и лежишь теперь предаешься всяким фантазиям, а лучше подумай ты, Дуся, о том, какая ты какашка и сволочь! Это же последнее дело — своих предавать и подставлять! И мало тебе будет Дуся, если Терин решит превратить тебя в облезлую крысу за все хорошее, что ты ему сделала!

Вот с такими «радужными» мыслями я всю ночь и провела, а с утра пораньше решила пойти к Терину на покаяние. Дождалась, когда мне завтрак принесут, взяла поднос, тапок натянула и сказала волшебные слова.

Перенеслась, ёптыть! А там такая хрень! Дукус, эта толстая жопа, Терина пинает, а Вальдор, мышь недобитая, в сторонке стоит и наблюдает! Этот хрюн бородатый так увлечен был, что даже не заметил моего появления, мне бы, если по уму, линять надо было сразу же, пока он не очухался, да только не могу я на такое смотреть, не выдержала и как рявкну:

— Ах ты, урод красномордый, ты что это, скотина, делаешь?

Принц с выражением неописуемого ужаса на лице ко мне повернулся, а Дукус так и замер с ногой, занесенной для удара.

— А теперь ногу медленно опусти, пока подносом по башке не получил! — предложила я и, не дожидаясь реакции Дукуса, швырнула в него поднос.

Поднос до Дукуса не долетел, он на него только рукой махнул и мое импровизированное метательное орудие сменило направление полета. Но мне этого времени хватило, чтобы мой верный тапок, весь такой красивенький и бриллиантовый, с ноги снять и со всей дури влупить по Дукусу атакующим заклинанием.

— Защиту поставь! — подсказал Терин, перестав притворяться тяжело больным и немощным.

Я поспешно защиту поставила. И вовремя надо сказать! Дукус руками там чего-то помахал, и я ощутила, как что-то мощное в мою защиту врезалось, но защита ничего — выдержала. Молодец я! И тапок мой молодец тоже!

— Ну, растудыть твою в качель всеми силами ебическими! — рявкнула я и тапком махнула.

Дукуса к стене припечатало. Ха! Кажется, я новое заклинание придумала! Правда, Дукус быстро в себя пришел и так мне наподдал, что сама удивляюсь, как это я заметила, что Терин меня подстраховал и удар ослабил. Значит лучше брюнету моей мечты, раз уже не только иллюзии делает. Даже трогательно — по-рыцарски так, подмогнул прекрасной даме, то есть мне!

Я не много боевых заклинаний знала, только те, которым меня Терин научить успел, ну и не стала мелочиться — все их одно за другим на Дукусе испытала. Дукус от них не особо пострадал. Но и мне не слишком досталось, даже несмотря на то, что я игнорировала команды Терина типа "ставь защиту!", а так же его ругательства, когда он сам на меня эту самую защиту ставить пытался, а я с перепугу принимала ее за очередную атаку Дукуса и тапком отмахивалась, ну то есть разрушала защитное заклятие на излете.

Вот не знаю, чем бы наша потасовка закончилась, но тут Вальдор, который до этого только осторожно с места на место перемещался, чтобы не попасть на траекторию полета наших заклинаний, вдруг ожил, меч выхватил и…

Я брезгливо сделала шаг назад, подальше от подкатившейся к моим ногам головы Дукуса.

— И не надоело тебе, Валь, на безоружных магов с мечом кидаться? — ядовито так спросил Терин.

— Ну, так сработало на этот раз, — парировал Вальдор

— Браво, мальчики, — похвалила я обоих. — И что мы будем делать с этим бездыханным телом? Скажем, что так и было?

Это я нечаянно. Я даже не думал. Я, честно, не собирался это делать. Так вышло. Мамочка моя!

— И не надоело тебе, Валь, на безоружных магов с мечом кидаться? — спрашивает Терин, а я даже не знаю, что сказать в ответ.

— Ну, так сработало на этот раз! — заявляю я, а самому стыдно. Хотя… с другой стороны, ну не был он безоружным! Ладно, Терин — тот хоть контрактом был связан, а про этого я точно знаю — договор с отцом он не подписывал. Да у Деларона духу даже не хватило — предложить Дукусу, да, ныне уже покойному, такое.

— Браво, мальчики, — заявляет Дуся с непередаваемым скепсисом на лице. — И что мы будем делать с этим бездыханным телом? Скажем, что так и было?

Терин встает, смотрит на меня, на Дусю, а потом с этаким глубокомысленным видом произносит:

— Знаете, Дульсинея, а ведь Вальдор прав. Мы с Вами могли это заклинание и не отразить. Так что Вам стоит поблагодарить своего жениха.

— Ща, я его за это в щечку поцелую, — зловеще воркует Дуся, — а также в разные другие места. С трупом что делать? Иллюзию накладывать?

Терин переводит на нее растерянный взгляд:

— Вы предлагаете мне остаться и держать иллюзию? — спрашивает он.

— Я?! — возмущается Дуся, — с чего бы это?!

— Но… — начинает было Терин, однако я не даю ему договорить.

— Ты, — заявляю, — некромант, немножко одну вещь не учитываешь — не знает наша девочка о том, что иллюзия сама по себе не держится. Вовсе не намеревалась она тебя один на один с тухнущим трупом оставлять. Дура просто.

— Я — дура? — верещит Дуся, но, переведя взгляд с меня на Терина, неожиданно замолкает.

— Ну, дура, — добавляет она, надувшись, — но вы же, типа, мужчины. Что, я сама должна все решать?

Терин смотрит на меня. Я — на Терина.

— Ладно, — говорю, — я согласен быть безвинной жертвой.

— В смысле? — быстро вклинивается Дульсинея.

— Пусть Терин захватит меня в заложники и так выйдет отсюда.

— А я? — удивляется Дуся.

— А ты, — поясняю, — быстренько исчезаешь и не показываешься. Хороший ведь план?

— Не очень, — вздыхает чернокнижник.

— Почему это?

— Вальдор, друг мой, помнишь, как ты в ошейнике у трона сидел?

Дуся глядит на меня с любопытством. Видать, представить пытается.

— Ну, допустим, — надменно заявляю я.

— И мальчишку, значит, словесника, помнишь, который заклинание бросил, — продолжает некромант, внимательно меня разглядывая.

— Помню, и что?

— Да то лишь, что заклинание он не в меня бросал.

— Что?

— А в тебя. Я же под защитой трона находился, принц. Меня трудно было достать. Я от тебя заклинание отбивал.

Ну, здрасти, приехали.