Денис Юрин - Охота на короля

– Рад меня видеть? – искренне удивился Озет. – С чего это вдруг?

– Ох, ох, ох, как будто не знаешь? – хитро прищурившись, покачал головой Кено. – Сам-то в столицу зачем пожаловал, неужто на барышень поглазеть?

– Хочу к королю звездочетом пристроиться… иль лекарем к дворцовым фрейлинам, мне все равно, где больше заплатят, туда и пойду, – продолжал валять дурака Вебалс, прекрасно понимая, что старый знакомый хочет о чем-то его попросить, но пока не решается.

– С тебя ведь должок, – вдруг заявил Кено, видимо, решивший позвать себе на помощь совесть и порядочность колдуна. – Помнишь, тогда на…

– Помню, не тяни, говори! – решил попусту не бередить неприятные воспоминания десятилетней давности Озет.

– В последнее время творятся очень странные дела…

– Странные дела творятся постоянно, это ж столица!

– Да, нет, я не о том! Мой… Самвил во что-то грязное влип. – Старый служака, отдавший лучшие годы службе Короне, так и не смог назвать герцога хозяином. – Он часто пропадает неизвестно где, хотя раньше из столицы носа не высовывал. Вокруг него постоянно крутятся какие-то темные личности. По сравнению с ними душегубы – агнцы божьи!

– Я понял, о чем ты, продолжай, – насторожился Вебалс.

– Вчера появился вампир, вслед за ним пришла эта девица…

– Давай о дамах не будем! Прекрасный пол – неуместная тема в серьезном разговоре, – произнес колдун, но по лицу собеседника понял, что именно появление этой особы и беспокоит старика.

– В шестнадцать я впервые убил человека, – после долгого молчания произнес Кено. – К двадцати я уже потерял убитым счет. Когда-то я слыл лучшим бойцом столицы, и ты об этом прекрасно знаешь. Годы, конечно, идут, и я уже давно не тот, но все же еще не совсем одряхлевший старикашка.

– Ты у нас о-го-го!

– Заткнись! – Старик едва удержался, чтобы не наградить смеющегося над ним пленника оплеухой. – Эта сопливая девчонка расправилась со мной за пять минут, а ведь у нее даже не было оружия! Как, ответь мне, как?!

Горечь обиды в глазах старика перемешалась с суеверным страхом. Лис Кено интуитивно чувствовал, что сутки назад столкнулся с чем-то могущественным, прячущимся под невинным ликом юного создания; знал, но не мог объяснить и поэтому боялся.

– Слушаю тебя, – прошептал мерно раскачивающийся на цепи Вебалс. – Я внимательно слушаю, продолжай.

– Не помню, как я потерял сознание, но когда очнулся, то девицы уже и след простыл, а вампир… вампир стал каким-то задумчивым. Он нервничал, он до сих пор нервничает и чего-то боится. Кор отослал меня во дворец, пригласить Самвила в полночь в этот домишко. Мое дело маленькое, герцог приказал вампира слушаться, я и не перечил…

– Дай догадаюсь. Ты передал слова Кора герцогу, тот отказался прийти, и толстяк взбесился, – предположил Вебалс, припомнив обрывки фраз подслушанной беседы.

Кено кивнул, а затем, услышав, как колокол на башне собора пробил без четверти двенадцать, принялся быстро снимать с колдуна серебряные путы.

– Думаю, девица вот-вот должна прийти. Толстяк с ней заодно, но он не помеха, его я беру на себя, – забормотал старик, освобождая и ставя на ноги пленника. – Только ты справишься с этим чудовищем, Вебалс!

– С чего ты взял, что я вообще захочу с ней связываться? Мало ли какая тварь в красотку забралась, мне-то она не мешает. Я же богомерзкий колдун, враг рода человеческого, или ты забыл? А вдруг я с ней заодно?

– Гервальская площадь, – всего двумя словами обосновал свое решение старик, неотрывно глядя на колдуна умными, повидавшими жизнь глазами.

– Давай сначала займемся нашим чистюлей, – скомандовал Вебалс, посчитав аргумент «лиса» достойным основанием, чтобы заключить с ним союз. – Толстячок намного хитрее и проворнее, чем кажется. Одному тебе с ним не справиться.

Недостаток ума всегда компенсируется бурной фантазией, именно поэтому лучшие сказочники получаются из лодырей и недоучек. Вместо того чтобы досконально изучить какое-то новое явление, они, не утруждая себя исследованиями, выдумывают теории, одна смешнее другой, наспех подгоняют сомнительные факты и с умным видом кричат о новом открытии. И самое удивительное, с течением времени сами начинают верить в придуманную ими ложь.

Неизвестно, кто из невежд додумался заявить, что вампиры боятся чеснока и воды. Бояться и не любить – понятия разные! Например, Кор: толстяк терпеть не мог запаха чеснока, в особенности если он исходил изо рта избранной им жертвы. Но разве это что-то доказывало? Молоденькие девицы и уже зрелые дамы тоже не любят целоваться с любителями чесночных супов и приправ. Они брезгливо морщатся и зажимают платочками прекрасные носики, но почему-то никто не додумывается обвинять их в испитии крови по ночам. Что же касалось воды, то типичный представитель семейства кровососущих по имени Кор не различал, святая она или не освященная, а по простоте душевной и из-за отсутствия университетского образования классифицировал жидкость по иным показателям: холодная или горячая; чистая, та, что в бадье до мытья, или грязная, то есть та же самая, но уже после погружения в нее его грузного тела.

Вопреки бытовавшему мнению, что плоть вампиров в воде растворяется, шипя и испуская зловонные запахи, толстяк мылся обычно три-четыре раза в неделю, уменьшая свой вес за счет отстающих кусков грязи и испуская дурные запахи, но совершенно по иной причине. Как и для любого человека, выросшего вне жаркой пустыни, где капля воды на вес золота, Кор считал мытье не только необходимым мероприятием для избавления от нечистот, но и своеобразным ритуалом успокоения и примирения с самим собой. После же пакостной выходки проклятого колдуна вампир ощутил острую необходимость не только избавиться от присохшей слизи, но и восстановить душевное равновесие, поэтому отмокал в бадье долго, подавляя в себе естественное желание разорвать по возвращении Вебалса голыми руками и составляя в уме длинный список предстоящих пленнику пыток. Во-первых, сгоравший от жажды мести толстяк хотел как следует насладиться долгими-предолгими мучениями недруга, обманувшего его и виновного в гибели дукабесской общины. Во-вторых, и это тоже немаловажно, хитрый купец хотел извлечь из гибели врага как можно больше дивидендов. Слава убийцы одного из Озетов придала бы его персоне значимость и вес как в глазах сторонников герцога Самвила, так и среди столичных вампиров, до сих пор игнорировавших его присутствие в городе.

Когда размышляешь о приятном и строишь грандиозные планы на будущее, время течет незаметно. Вода в бадье уже почти совсем остыла, а Кор, закрыв глаза и со счастливой улыбкой на толстощеком лице, все продолжал нежиться в ней. За дверью комнаты кто-то появился, вампир узнал шаркающую походку управляющего и поэтому даже не счел нужным открыть глаза.