Лиза Смедман - Вкус Яда

В лицо плеснуло холодной водой, и Арвин, отплевываясь, быстро пришел в себя. Он заморгал глазами, стряхивая брызги, и обнаружил, что находится внутри одного из домиков старой каменоломни. Сквозь редкое переплетение веток на крыше в помещение вливался лунный свет, вырисовывавший в противоположной стороне хибары скрытую тенью фигуру, сидящую со скрещенными ногами – Танджу. Следопыт безмолвно смотрел на Арвина, воздев руки кверху и прижав ладони друг к другу. Сквозь прорехи в рубашке просматривалась лишенная волос грудь. В глазах мужчины переливались пестрые точки, будто в их глубине мерцали разноцветными огоньками сотни крошечных свечей.

Рядом с Танджу стоял молодой мужчина со светлыми коротко остриженными волосами, держа в руке кожаную бадью. Его рубаха, подобно пилигримам, также была рваной; сквозь дыры в рукаве Арвин рассмотрел на левом предплечье три шеврона. Судя по ним, равно как и по заряженному арбалету на поясе, можно было сделать вывод, что мужчина состоит в рядах стражи. Возле его ног покоился рюкзак Арвина.

Арвин попытался подняться, но понял, что не может двигаться. С головы до ног его белой дымкой опутывали прохладные влажные усики, оставив свободным лишь рот и нос. Словно плывущие облака, они дрейфовали вдоль тела и, несмотря на оставляемую ими влажную пленку на коже и волосах, выскользнуть из них не представлялось возможным. Юноша сделал рывок, но их хватка была крепкой, как у верёвки. Сознание Зелии подсказало Арвину, с чем он имеет дело. Это были нити эктоплазмы, вытянутые из астрального плана силой воли и оплетенные вокруг тела пленника усилием мысли. Выбраться из такого «эктоплазменного кокона» было практически невозможно. Даже будучи разрезанными, усики обладали способностью к регенерации.

 «Похоже на тролльи жилы», сделал вывод помутненный разум Арвина.

Мерцающие точки в глазах Танджу погасли. Он опустил руки.

– Это не Гонтрил, – сказал он напарнику. – У того другая аура. Совсем другая.

Стражник нахмурился.

– А выглядит как Гонтрил.

– Гонтрил не позволил бы себя поймать в подобную ловушку.

Арвин попытался заговорить, но нити эктоплазмы крепко прижались к губам и стянули челюсть, не давая раскрыться. Юноша смог издать лишь приглушенный выдох, который прозвучал как шипение.

Танджу махнул рукой перед лицом Арвина, словно намереваясь всколыхнуть огонь свечи, и нити освободили рот пленника.

– Кто ты? – спросил он.

Арвин нервно облизнул губы.

– Меня зовут Арвин, – ответил он. – Я из Хлондета, плету верёвки. К сожалению, я очень похож на того Гонтрила, которого вы ищете. Это меня вы приняли за него два дня назад в «Смертельной петле».

– Тебя? – удивился Гонтрил.

– Да.

– Тогда почему ты сбежал?

Арвин попытался сделать жест головой, но не смог.

– Взгляните на мою левую руку, – предложил он. – Стражники производили набор на галеру. Перспектива провести четыре года на веслах меня не обрадовала.

– Понимаю, – ответил Танджу. Он даже не удосужился осмотреть руку пленника. – Откуда тебе известно имя Гонтрила?

– Его упомянул один из стражников, когда я прятался на горшечной фабрике, – сказал Арвин. – «Десять тысяч золотых в награду тому, кто поймает Гонтрила» – говорил он. И я подумал, что так зовут человека, которого вы ищете.

– Но зачем тогда ты выдал себя за него? – спросил Танджу.

– Потому что иначе вы вряд ли согласились бы со мной встретиться.

Внутри кокона было некомфортно. Склизкие нити напоминали Арвину о липких мерзких отходах канализации. С каждой минутой одежда и волосы всё больше пропитывались сыростью. Хвала богам, эктоплазма не имела запаха — пусть и мелочь, зато приятно.

Стоявший рядом с Танджу стражник фыркнул и опустил бадью на землю.

– Это уловка, Танджу, – сказал он. – Повелитель бурь пытается запудрить нам мозги, а мы и клюнули. Весь день змее под хвост.

Танджу одарил напарника пристальным взглядом, будто тот сболтнул лишнего.

– Наш осведомитель ничего не знает о мятежниках, не говоря уже о том, как выглядит их лидер.

– А что, если мы ошибались? – предположил мужчина. – Вдруг те бродяги и вправду мятежники, а кража — всего лишь трюк, чтобы выманить тебя из города.

– Кража выглядела довольно реалистичной, – твердо сказал Танджу. – И это были никакие не мятежники. Об этом мне хорошо известно.

– Но причем тут тогда этот тип? – нахмурился стражник.

– Я не знаю, – вмешался Арвин, раздраженный бесконечными спорами о бродягах, мятежниках, повелителях бурь и кем-бы то ни было ещё. – Я пришел сюда, потому что мне нужна помощь Танджу. Я хочу, чтобы он убрал воздействие псионической силы, которую на меня наложили.

– Почему я должен тебе помогать? – спросил Танджу, наклонив голову.

– Я могу заплатить, – продолжал пленник. – Загляните в мой рюкзак, там волшебная веревка. Если поможете, она ваша.

Стражник хотел было поднять рюкзак, но Танджу предостерегающим жестом остановил его. Затем провел рукой над рюкзаком, и воздух наполнился сладковатым ароматом. Запах напомнил Арвину о палочках, которые мама сжигала во время медитаций — сладкий цветочный запах, приправленный острыми нотками смолы.– Теперь можешь открыть, – произнес Танджу и опустил руку.

Стражник расстегнул пряжки и перевернул рюкзак. На землю упала одежда Арвина, запасная пара ботинок, еда, а вместе с ней и аккуратно скрученный моток верёвки. Танджу уставился на вещь, в глазах снова заискрились цветные огоньки.

– Она сплетена из тролльих жил, – пояснил Арвин. – Я сам её сделал. По команде она может удлиняться. Даже когда её запас в пятьдесят шагов износится, верёвка снова обретёт прежнюю длину. Это очень ценная вещь; её можно продать за три тысячи золотых и даже больше, если найти правильного покупателя, – юноша сделал паузу и, заслышав поднимающийся в основании черепа звон, придал голосу самый убедительный тон, на который только был способен. – Так вы сделаете это? Изгоните своей псионикой из меня чужеродную силу? Если да, то я скажу вам командное слово; без него верёвка – обыкновенная вещь.

Танджу поднял верёвку, стиснув меж пальцев её упругие пряди. Он наклонил голову, словно прислушиваясь к отдаленному звуку – вторичное проявление действия чар, которыми воспользовался Арвин. Когда он повернулся к пленнику, на лице была улыбка. Юноша пристально всмотрелся в псиона, не уверенный сработало ли его заклинание.

– Ну так что, друг, – решился спросить он. – Поможешь мне?

– Я должен знать, что с тобой сделали, – произнес следопыт.

– В моей голове семя разума, – ответил Арвин, облизнув губы.