Ганс Бандильерос - Заурядный человек

– В Японии, – кивнула Сигуре, проявив лаконичность. В переводе на словоблудский язык это значит «в Японии так в Японии, главное женись».

Мы посидели секунд тридцать в полной тишине. Я посмотрел на Сигуре – красавица, каких ещё поискать… почему бы и нет? Хотя надо сначала спросить у Акисаме-сана.

– Акисаме-сан ещё не возвращался?

– Нет.

– В таком случае я в школу, за дипломом, а потом будем ждать его. Не можем же мы его оставить здесь, одного…

Сигуре коротко кивнула и вернулась к трапезе. Я, поднявшись, побежал собираться. Как-никак забрать диплом – дело быстрое, сходил к секретарю, назвал фамилию…

Собственно, примерно так оно и произошло – пройдясь пешком до школы, я успел как раз к раздаче – около кабинета секретаря стояла небольшая очередь из выпускников. Никаких серьёзных мероприятий не планировалось. Выпускники себе сами обеспечат и вечеринки, и алкоголь, и доступных выпускниц… это у нас такие строгие правила.

Потолкавшись в очереди, я назвал фамилию, после чего, получив диплом, уже без проблем пошёл обратно. Вернее, проблемы были, только из другой оперы. Всё у нас с Сигуре серьёзно и как-то… не так как у простых людей. Я ей в любви признался сходу, она жениться потребовала тоже быстро, без предварительных няня-мими. И ведь если бы даже мог отказать, не захотел бы. Другая проблема – она потребовала это сделать сразу, быстро, как можно быстрее. А без Акисаме-сана… да и как я потом объясню всё? Где свадьба? Вообще где что?

Ох, как с этим всё не просто. Зайдя в дом, я заметил обувь Акисаме-сана – туристические сапоги.

– Акисаме-сан, – радостно позвал я его – в таком доме определить, где он, проблематично, надо походить, позвать. Но Акисаме был недалеко – на кухне. Вообще любимое место в доме – расположилось за стенкой от главной прихожей, и там был своеобразный перекрёсток всех дорог в доме. Это уже моё требование – что бы где бы я ни находился, путь до кухни был прямой. Мы, мужчины, люди простые, прямолинейные, не любим приносить удобство в жертву красоте.

Акисаме спустился с барного стула около одного из кухонных высоких столов. До моего прихода, судя по всему, он обедал.

– А, вот и ты, Кенчи-кун, – обрадовался он, – как сходил?

– Замечательно, – я продемонстрировал диплом, – а вы как?

– Не хуже, – он кивнул на чемодан рядом со столом, – столько красивых мест… и каждое хочется запечатлеть навечно в картине. Как жаль, что наше время так ограничено…

– Да, жаль, – вздохнул я, – ладно, у меня тут один личный вопрос к вам… – я прошёл и налил себе чаю, – вот скажите, Акисаме-сан…

– Да, да, – он тоже поднёс к губам чашку.

– Если я, предположим, э… как бы это помягче сказать, проведу ночь с Сигуре, а она утром потребует жениться на ней, это в порядке вещей?

Акисаме закашлялся так, что я думал – помрёт, пришлось хлопать его по спине.

Откашлявшись, он посмотрел на меня удивленными глазами:

– Кеничи-кун, тебе об этом думать пока слишком рано…

– Об этом думать никогда не рано и никогда не поздно, – не согласился я с ним, – а ответ на вопрос?

– Если подумать… – Акисаме-сан задумался, а щёки его слегка порозовели, – это обязательно. Сигуре же не безродная девушка, а часть клана Косака. Традиции, особенно в таких консервативных семьях, чтут свято. И если юноша, совершив недозволенное с девушкой из клана не женится на ней, то положено ему отрубить голову.

Пришла очередь закашляться мне – чай не в то горло попал.

– Голову? Хотя меньшего я и не ожидал…

– А почему ты спрашиваешь? – спросил Акисаме, хитро блеснув глазами, – уж не решил ли ты сотворить такое с Сигуре?

– Уже. – Голос Сигуре из-за наших спин заставил подскочить нас обоих. За спиной действительно стояла Сигуре, в прежней одежде. Акисаме перевёл взгляд с неё на меня, потом обратно на неё:

– Ты уверена, что правильно всё поняла?

– Акисаме-сан… я не маленькая девочка, – напомнила она, – я уверена. Кстати, Кеничи, что тебе мешает сейчас?

– Ничего, любовь моя, – впервые в присутствии Акисаме я так её назвал, чем вызвал у него нервный тик, – собираем вещи?

Сигуре кивнула и ушла, а Акисаме так и остался сидеть…

Сборы заняли примерно полчаса. Покидать кое-какие шмотки в сумки, посмотреть, что да как, после чего дружно выйти в гостиную. Там нас уже ждал Акисаме.

– И куда мы собрались? – грозно спросил он.

– Видите ли, Акисаме-сан… я не имею и не имел ничего против такого расклада, поэтому еду жениться. Кстати, вы тоже собирайтесь, я вызвал такси до аэропорта и забронировал три билета на ближайший рейс.

Сигуре по такому случаю надела свой прежний наряд, находящийся где-то между «откровенный» и «пошлый». Собственно, реакция окружающих соответствовала. Опять ей пришлось с трудом расстаться со своим оружием и мы вышли. Следом за нами увязался Акисаме-сан. Оно и понятно, отец невесты обязан присутствовать. Молчали. Молча мы доехали до аэропорта, где пришлось всё же столкнуться с действительностью – билеты были только на рейс через пять часов. Что делать всё это время? Я переглянулся с Сигуре и Акисаме.

– Придётся подождать, – с довольной улыбкой сказал Коэтсудзи.

– Подождём, – кивнул я, – пошли.

Мы направились в зону ожидания. Время тратить можно и с пользой. Багажа с собой не имели почти, поэтому покидав сумки на кресло в зоне ожидания, я обратился к мастеру Коэтсудзи:

– Мастер, может, займёмся тренировкой?

– О, – улыбнулся он, – так тебе не терпится?

Я кивнул.

– А тебя не смущает, что мы в аэропорте, – он обвёл взглядом толпу ожидающих, которые пялились на нашу кампанию. Ещё бы – японец в традиционном кимоно, красивая девушка с мечом за спиной и парень с печатью вселенского пофигизма на лице. Цирк, вернее рёдзанпаку на выезде. Хотя рёдзанпаку и цирк – понятия разные, но по виду сразу и не отличишь.

– Нет. Если, конечно, не потребуется раздеваться. Тогда могут прибежать полицейские и упечь нас за хулиганство.

Коэтсудзи картинно расхохотался, после чего кровожадно сверкнул глазами:

– Заметь, ты сам меня об этом попросил! А теперь… – он задумался, судя по виду, чем бы меня запрячь, – устроим спарринг!

– Хорошо, – я повернулся к Сигуре, – Любовь моя, займись той медитацией, что мы учили в самолёте.

Сигуре кивнула, подыскав себе место, а мы с Акисаме вышли на относительно пустынную площадку. И понеслась!

Коэтсудзи встал в стойку и первым меня атаковал. А дальше – праздник для ожидающих. Зрелище то ещё. Коэтсудзи был прекрасным мастером – его атаки в корне отличались от мастера Сакаки. Сакаки делал упор на силу, его удары были быстры и агрессивны, а стиль прямолинеен, рассчитан на равновесие. Акисаме – наоборот, часто использовал уловки, уходил с линии атаки в слепую зону и хватал меня за руки, лишая равновесия. Его стиль отличался обилием обманных движений, которые было невозможно прочитать заранее и быстрых атак, бросков, захватов – ни одного прямого удара он не наносил. Это мне дало серьёзную пищу для ума – Коэтсудзи словно бы боялся драки и старался вывести врага из равновесия, медленно, но верно, подтачивал оборону противника, предпочитая уходить от атак полностью, а не блокировать от атак или просто уклоняться. Так он сохранял равновесие и не давал противнику просчитать свои будущие движения. После нескольких десятков минут Акисаме объявил пит-стоп и дал мне время наконец подумать.