Ник Эндрюс - Награда наёмника

— Плотнее щиты! — скомандовал Хасан.

Приказ оказался очень кстати. В воздухе засвистели первые стрелы.

— Это женщины! — вырвалось у Валера.

Мимо скакали красивые темнокожие воительницы. Они умело управляли лошадьми и стреляли довольно метко, но пока не на поражение. Стрелы то и дело ударялись в щиты, появились и первые раненые — стрелы царапали кожу.

— Амазонки! — с ужасом вымолвил Аджа.

— Какие красотки! — иронично заметил аквилонец.

— Эти милашки без жалости перерезают горло мужчинам, — вставил северянин. — Их боятся во всех Черных королевствах. Но еще не все потеряно! Если бы на отряд напали ганаты, тогда мы точно навеки остались бы гнить в этих степях…

— У меня и сейчас надежды мало, — с обреченностью в голосе проговорил кушит.

Между тем, сотня воительниц, разделившись пополам, пронеслась мимо. «Барсы» хотели выпустить им вслед несколько стрел, но варвар запретил это делать.

— Они разворачиваются! — выкрикнул Угрис.

Всадницы готовились к новой атаке. Конан улыбнулся, раздвинул шемитов и смело двинулся навстречу скачущим амазонкам.

— Ты куда? — испуганно воскликнул Аджа. — Они сомнут тебя!

Киммериец на реплику наемника не отреагировал. Уверенными шагами северянин сближался с чернокожими всадницами. Варвар смело воткнул свой акбитанский клинок в землю, опустился на колени, поднял руки и скрестил запястья.

— Он сошел с ума! — с горечью проговорил десятник.

Лошади воительниц находились всего в полусотне шагов от киммерийца. Еще немного, и…

Волшебница от ужаса закрыла глаза. Но неожиданно по рядам шемитов прошел удивленный вздох. Сотня амазонок разделилась, обогнув северянина, и повернула назад. Противник прекратил атаку! Воительницы остановились на предельном для полета стрел расстоянии. Варвар не спеша выпрямился, убрал меч в ножны и двинулся в сторону конного отряда.

Ему навстречу выехали три амазонки.

— Меня зовут Нгана, — произнесла крепкая широкоплечая женщина лет сорока. — Я командую этим отрядом. Откуда ты знаешь наш знак мира?

— Я Конан из клана Канах, что в Киммерии, — представился северянин. — Когда-то промышлял пиратством на Западном океане и не раз заходил в устье Зерхебы. Наша «Тигрица» поднималась довольно высоко по реке, мне доводилось бывать в Ксутале и других городах Черных королевств…

— Это ничего не объясняет, — оборвала мужчину амазонка.

— Ты нетерпелива, — усмехнулся варвар. — Однажды я спас юную девушку. Ее отряд разбили ганаты, а бедняжку взяли в плен. Грязные мерзавцы хотели изнасиловать воительницу. Имя этой красотки — Зулила.

— О, боги! — вырвалось у женщины. — Так ты и есть тот гигант, что освободил дочь нашей королевы!

— Верь мне, я говорю истинную правду, ведь амазонки умеют отличить истину ото лжи, — пожал плечами Конан.

— Но как ты оказался здесь? — спросила Нгана.

— Мы идем в Ксухотл, — пояснил киммериец. — Оттуда отправимся к Друджистанским горам. Мы преследуем стигийского колдуна Атхемона. Но, боюсь, он ушел уже очень далеко, и догнать его будет непросто.

— Как удивительно совпадают наши желания, — вымолвила воительница. — Несколько дней назад мои разведчицы наткнулись на белых людей и понесли тяжелые потери. Я двинулась на поиски обидчиков моих сестер!

— Но эти поиски оказались безрезультатны? — догадался северянин.

— Да, — ответила амазонка. — Приближаться к городу мы не стали. Слишком опасно. Наши отношения с тлацитланцами чересчур натянутые. Кровавые схватки случаются регулярно. Правители города слишком заносчивы и грубы… С ними невозможно иметь дело.

В голове варвара мелькнула блестящая мысль. Такой случай упустить нельзя!

— Вы возвращаетесь домой? — поинтересовался Конан.

— Увы, — кивнула головой Нгана. — Мне не удалось отомстить врагам за гибель подруг.

— Это можем сделать за вас мы, — проговорил киммериец. — Но для этого нам нужны лошади. Другого шанса догнать колдуна, просто нет.

— Лошади… — задумчиво вымолвила женщина. — Они стоят дорого.

Северянин предполагал услышать именно такой ответ. Молниеносно развернувшись, варвар громко выкрикнул:

— Валер, принеси мой дорожный мешок!

Ждать долго не пришлось. Получив из рук наемника сумку, Конан протянул ее амазонке.

— Это задаток, — произнес киммериец. — За тридцать коней я дам еще столько же.

Взглянув на золото, воительница хитро прищурила глаза и возразила:

— Двадцать коней!

— А если… — начал северянин.

— Нет, — тотчас оборвала его Нгана. — Наши возможности ограничены.

— Хорошо, — согласился варвар. — Когда состоится сделка?

— Через пять дней, — вымолвила женщина.

— Три, — жестко сказал варвар. — В двадцати лигах к восходу от Ксухотла.

Амазонка положила руку на шею своей кобылы, погладила ее. Принять решение было нелегко. Нгана пыталась все рассчитать. Неожиданно воительница выпрямилась, благосклонно улыбнулась и проговорила:

— Пусть будет так.

Ударив лошадь пятками, Нгана сорвалась с места, за ней тотчас последовали две спутницы, а вскоре присоединилась и вся сотня. Амазонки быстро удалялись. Глядя им вслед, Валер осторожно заметил:

— Мы случайно не попрощались со своими деньгами? Они ведь могут и не вернуться… Слишком хороший куш.

— А разве у нас есть выбор? — произнес киммериец. — Я знаю точно, что в Ксухотле коней не достать. В Черных королевствах только амазонки владеют большими табунами.

Аквилонский наемник лишь пожал плечами. Что сделано, того уже не изменишь. Да и какой смысл спорить с северянином? Конан здесь бывал прежде и лучше разбирается в местных обычаях. Сумел же варвар остановить нападение воительниц! Признаться честно, аквилонец не надеялся на успех переговоров — слухи об амазонках в странах Заката ходили самые разные. Якобы, зачав ребенка, женщины этой страны безжалостно убивают отца будущего чада, а рожденных мальчиков продают в соседние племена или меняют на девочек….

Странный и удивительный народ!

Амазонки никогда не нарушали данного ими обещания, и не доверять Нгане у Конана не было причин.

До Ксухотла осталось меньше двух дней пути, а значит, теперь можно не торопиться. Раненых снова положили на носилки и понесли дальше. Если даже воительницы задержатся, на лошадях отряд быстро наверстает упущенное время. Еще было бы хорошо запастись продуктами и водой у тлацитланцев! В Черных королевствах это племя недолюбливали за жадность и высокомерие — торговаться с жителями Ксухотла одно мучение, — но у киммерийца осталось немало золота, и жалеть его он не собирался.