Барб Хенди - Дампир

— А как же насчет собаки и полуэльфа? — вслух спросил он. — Мы же понятия не имеем, что они там, в доме, поделывают. Вдруг я войду и обнаружу, что, пока ты шаришь наверху, вся эта троица устроила в кухне ночное чаепитие? Что мне тогда делать?

— Постарайся, чтобы тебя никто не увидел, — прошипел в ответ Рашед. — Это ведь твой главный талант, верно? — никому не попадаться на глаза.

Он, конечно, был прав, но Крысеныш боялся охотницу. Он слишком хорошо помнил боль от ее клинка, помнил, с каким ужасом ощущал, как вытекает из его ран жизненная сила. Впрочем, Рашеду на его чувства наплевать. Рашеда волнует только одно — чтобы Крысеныш сделал все так, как ему было сказано.

— Ну а если охотница убьет тебя? — прошептал Крысеныш. — Я гляжу, у тебя на все вопросы есть ответы… А вот в этом случае как мне быть?

— Не валяй дурака. — Спутник одарил его ледяным взглядом. — Охотница смертная и не может меня убить. А теперь пошли в дом. Времени у нас немного, а я не хочу, чтобы восход солнца застиг меня на берегу моря.

Крысеныш подавил желание огрызнуться и, бесшумно ступая, двинулся к выходу из проулка. Именно сейчас наилучшее время, чтобы нанести удар. Если все пойдет хорошо, они застанут обитателей дома спящими, сделают свое дело, утопят мертвую охотницу в заливе, вернутся домой, и проклятое солнце будет уже высоко, когда кто-нибудь обнаружит неладное. В уме Рашеда Крысеныш никогда не сомневался, а вот его манеры… Он со всеми обращается так, точно они его слуги. Со всеми, кроме Тиши.

Так и не сказав ни слова, Крысеныш проворно прошмыгнул через проулок и затаился под окном таверны. Рашед еще раньше хитроумной уловкой вынудил Магьер сказать, что и сам он, и все его друзья — желанные гости в таверне. Хотя она имела в виду совсем другое, приглашение прозвучало, и этого было довольно. Заглянув в щель между ставнями, Крысеныш убедился, что в общей зале совершенно темно. Огонь в очаге был погашен, лишь краснели остывающие угли.

Крысеныш вынул блестящий кинжал с тонким лезвием и просунул острие между створками ставен. Подцепив изнутри засов ставни, он бесшумно откинул его. Надо же, как легко все вышло. Он-то думал, что дом охотницы будет заперт понадежней. Взяв кинжал в зубы, Крысеныш вскарабкался на подоконник. Если вдруг собака снова нападет на него, этого боя он не проиграет. Перережет твари глотку, и дело с концом. Рашед велел не поднимать шума, а вот обойтись без пролития крови… Пускай сам попробует схватиться с этим треклятым псом! Собачьи клыки его быстро научат уму-разуму.

Крысеныш принюхался, пытаясь уловить запах живых, но очень скоро понял, что в общей зале еще не выветрился запах матросского пота, пива и жареного мяса. Ни за столиками, ни у очага никого не было видно. Рашед сейчас, наверное, уже прополз по крыше и забрался в дом. Быть может, все и вправду пройдет так, как он задумал.

Крысеныш почти бесшумно спрыгнул на дощатый пол, присел и, выглядывая из-за стола, внимательно оглядел залу. Краем глаза он уловил смазанное светлое пятно и повернул голову, по-гусиному вытянув шею.

Серебристые волосы без труда можно разглядеть даже в темноте. У ближнего конца стойки сидел полуэльф и, глядя на лестницу, потягивал вино из потертого оловянного кубка. Вот он снова поднес кубок к губам, но замер и, помедлив, поставил кубок на стойку. Затем уронил руку.

Повернув голову, он взглянул прямо туда, где в темноте притаился Крысеныш.

Тот похолодел. Ну конечно — полуэльф видит в темноте, пожалуй, не хуже, чем он сам. Успеет ли он метнуть кинжал и прикончить полукровку прежде, чем тот поднимет тревогу? В этот миг что-то с легким шорохом прорезало воздух, и Крысеныш отпрянул к стене.

В столешницу, там, где только что была его голова, глубоко вонзился стилет. Жуткое, пронзительное рычание разнеслось по зале. Из-под стола, ближнего к очагу, вынырнул белый пес и уставился прямо на Крысеныша.

Рашед сунул меч в ножны и без малейших усилий взобрался по стене таверны, цепляясь ногтями за щели и расселины между досками.

Все это предприятие готовилось в чересчур большой спешке, а потому не отличалось ни обдуманностью, ни отточенностью действий. Будь у него время, он бы три-четыре ночи подряд до того пробирался в таверну, изучая привычки обитателей дома: кто где спит и когда отправляется в спальню, кто запирается на ночь, кого мучит бессонница и где именно охотница держит свою саблю. Он узнал бы много полезного, прежде чем взяться за дело. Теперь же он вынужден действовать наобум.

Он прополз вдоль края крыши, выискивая окно, в которое удобнее будет забраться. Предпочтительнее, чтобы это не оказалось окно спальни охотницы, иначе она чего доброго проснется и успеет броситься к двери. Свесившись с края крыши, Рашед заглянул в окно, не задернутое занавесками. В просторной комнате без труда помещались двуспальная кровать, несколько сундуков и кресло. Постель пуста. Значит, кто-то в доме еще не спит, и Рашед понял, что ему надлежит поторопиться. Правда, он приказал Крысенышу, чтобы тот обошелся без шума и кровопролития, но разве это будет первый случай, когда Крысеныш нарушал приказы? С него станется в темноте наткнуться на кого-нибудь внизу и разбудить весь дом. Затем Рашед увидел, что на матрасике у кровати спит маленькая белокурая девочка. Судя по ровному и глубокому дыханию, она спит крепко и шаги Рашеда ее не разбудят. Впрочем, девочке и так нечего было бы опасаться. Рашед никогда не испытывал желания охотиться на детей.

На окне не было запора, и в считанные секунды Рашед беззвучно проник в комнату. Он осторожно обошел спящую девочку и, приоткрыв дверь спальни, выглянул в коридор. Там никого не было. Рашед увидал еще две двери и лестницу, ведущую вниз, стало быть, искать ему придется недолго. Он выбрался из комнаты и бесшумно прикрыл за собой дверь.

Необычное, с подвывом, рычание донеслось снизу, из общей залы, и по спине Рашеда пробежали мурашки. Рычание повторилось, и к нему прибавились удар и хруст ломающегося дерева.

Дверь в конце коридора распахнулась. Рашед застыл на месте.

Распущенные волосы женщины в беспорядке разметались по плечам, однако она еще не успела переодеться ко сну — на ней были облегающие штаны и кожаный жилет. Из нижней залы теперь отчетливо доносился шум схватки: рычание, вскрики, оглушительный грохот. Охотница широко раскрыла глаза.

— Ты… — начала она изумленно.

Не дав ей договорить, Рашед одним прыжком оказался возле нее и всей тяжестью своего тела ударился о дверь, которую она пыталась закрыть. Не удержавшись на ногах, они оба ввалились в комнату.

Лисил выхватил из рукава второй стилет, стыдясь того, что его сумели застать врасплох. Пригнувшись, он перебежал между столами и, обогнув их, двинулся к открытому окну. Паршивец сумел забраться в дом, а он, Лисил, ничегошеньки не заметил! Может, он просто стал рассеянным, а выпивка тут вовсе и ни при чем?