Григорий Павленко - Империя

— Да не переживай ты так, — улыбнулась ей Тарга, — ты на речь свою плюнула и принялась танцевать.

— Танцевать? — Велена с ужасом взглянула на подругу.

— Ага, — кивнула та, — потом и меня туда же затащила. На стол, в смысле. Ух, мы там жару дали. А потом мы пили… — на секунду Тарга замолчала, пытаясь что-то вспомнить, — много пили. Очень. Потом, кажется, Ро опять наполучал от этих синебородых карликов, потом ты отдубасила одного из них, того, что считался у них лучшим из лучших. После этого тебя сделали вождём их клана.

— Господи…

— Ага. Теперь ты Велена из Синих Бород. Поздравляю. Духи премудрые, да как же снять эту пакость?!

— Давай я тебе помогу, — она поднялась с кровати и, пошатываясь, подошла к Тарге. После нехитрых манипуляций с застежками и завязками платье все-таки поддалось, и шаманка с явным удовлетворением зашвырнула его в дальний конец покоев.

— Ну, наконец-то, — вздохнула она, потягиваясь, — я уж начинала чувствовать себя настоящей леди. Того и гляди, стала бы потягивать вино из этих ваших стеклянных кружек и говорить о «достоинствах той или иной партии». Тьфу. Тебе бы тоже переодеться не мешало, а то боюсь представить, что скажет этот твой Гордак, когда увидит тебя в таком виде.

Велена ойкнула, вспомнив, что она все ещё оставалась в том самом изорванном платье, которое, как она теперь припоминала, она сама и рвала, следуя мудрым советам Тарги. Чтобы выглядеть приличнее, как говорила шаманка. Ага. Приличнее. Сейчас, глядя на себя в зеркало, она только и могла, что глупо улыбаться. Все лицо у неё было покрыто какой-то синей краской, юбка была оторвана куда выше колен, а на груди образовался такой вырез, увидев который, Гордак точно упал бы в обморок. Чтобы избежать подобного развития событий, Велена торопливо стянула с себя то, что осталось от её платья, и с ужасом отметила, что грубоватые рисунки покрывали не только её лицо и руки, но и вообще все тело. А на заднице, так вообще красовался здоровенный чёрный череп.

— Сама просила, чтобы я его тебе вытатуировала, — сказала Тарга, оглядывая этот самый череп.

— Что?! Это татуировка?! — в ужасе вскрикнула Велена.

— Ну, ты захотела как-то отметить своё вступление в клан Хароудела. Он предложил тебе небольшую татуировочку.

— Это разве небольшая?! — Велена все вертелась перед зеркалом, разглядывая плод своих ночных гуляний.

— А вот это уже ты сама настояла, — задумчиво сказала Тарга, поглядывая на Велену. Конечно же, это была вовсе не татуировка, а обыкновенный рисунок, нанесённый угольком, но… Нечего было наряжать её в платье.

Именно в эту секунду дверь покоев, которую ни Велена, ни Тарга не закрыли на засов, распахнулась, и перед двумя полностью обнажёнными женщинами появился сэр Гордак, собственной персоной. Только вот от его обычного вида не осталось и следа — волосы на голове рыцаря были взъерошены и стояли торчком, под каждым глазом красовалось по здоровенному синяку, а к подбородку было приклеено что-то вроде бороды синего цвета. А всему виной было то, что во время поисков, на которые они отправились вместе с Донаком, им повстречались горцы.

Как-то так получилось, что поиски пропавшей леди сменились небольшим соревнованием «кто кого перепьёт», плавно перешедшем в драку, а затем были бесчисленные разговоры «за жизнь» и братание с какими-то синебородыми карликами. Донак куда-то пропал примерно посередине этого приключения, и появился только на рассвете, обнимая за талию какую-то женщину, более всего напоминавшую волчицу. Толстопузый генерал заявил, что её зовут Нарш, и теперь она его жена. Гордак, страдавший от ужасного похмелья, принял эту новость без лишнего удивления и, собрав последние силы, поплёлся к Харенхейлу, где он надеялся все-таки найти Велену. И первым делом, он решил проверить её личные покои. Лучше бы он этого не делал…

Велена, увидев перед собой Гордака, застыла, словно истукан, не подумав даже о том, чтобы прикрыться или хотя бы захлопнуть дверь, но вот Тарга, к слову, тоже абсолютно голая, нисколько не смутилась появлению рыцаря.

— Вижу, кто-то вчера ночью времени зазря не терял? — сказала Тарга, ухмыляясь, глядя на приклеенную бороду.

— Я… я… — рыцарь, не в силах оторвать взгляда от Велены не мог вымолвить и слова. Несколько секунд он хватал ртом воздух, словно рыба, выброшенная на берег, а затем с громким стуком упал на каменный пол, потеряв сознание.

— Чего это с ним? — недоумённо спросила Тарга, обернувшись к Велене.

Глава 21

— Милорд, Инквизиции нужны эти полномочия, чтобы вернуть церкви влияние на умы и сердца людей. А когда она получит это влияние, то у нас появится мощнейший инструмент воздействия на граждан. Мы сможем проповедовать любые истины, которые только посчитаем нужными…

За окном закат уже давно сменился ночной темнотой, но разговор в императорских покоях не стихал. Гортан, верховный судья и, в последние годы, первый советник Императора, отчаянно пытался убедить своего правителя в том, что новоявленной церковной организации необходимо было расширить и так непомерно раздутые полномочия. По сути своей, Гортан просил дать инквизиторам возможность судить за ересь не только представителей церкви и безродных граждан, но и дворян. На это Элхарт просто не мог пойти, как бы он ни симпатизировал новому течению веры.

— Если дворяне потеряют уверенность в своей неприкосновенности, то они тут же взбунтуются против меня.

— Узурпатор заставлял их жить в страхе двадцать лет, — логично подметил Гортан, подойдя к окну, рядом с которым стоял Император. Они оба смотрели на мирно спящий город, над безопасностью которого оба этих человека трудились день и ночь. Соладар спал, а по улицам его невидимыми тенями скользили десятки, или даже сотни людей в чёрных плащах, отыскивая еретиков и предателей. На миг Элхарт поразился тому, насколько же он был наивным раньше. До того разговора с северянином он верил, что Бог милостив и защищает слабых… Но теперь Император понимал, что Бог помогает только тем, кто силён духом. Тем, кто готов принять его всей душой.

— И чем кончились эти двадцать лет? — устало спросил он. — Бунт, кровь, война. Именно для того, чтобы избежать этого, нам и нужна церковь вместе с псами в плащах. Уничтожать угрозу до того, как она обретёт полную силу. Угрозу в умах и душах.

— Тогда вы должны понимать, милорд, что дворяне, являясь самым ненадёжным сословием, нуждаются в самом пристальном внимании инквизиторов. Любой заговор берёт своё начало во дворце, и…