Константин Калбанов - Рыцарь ч.2

— Должен заметить, что еще до этого похода, мы не раз сходились с орками в открытом бою, и зачастую численное преимущество было на их стороне, но мы всегда выходили с победой, там нам противостояли воины, а не инвалиды, молодняк и старики с самками. Что касается мальчиков, то каждый из них отправил в ад не один десяток орков. Конечно они делали это не сходясь грудь в грудь, а расстреливая их из арбалетов с выгодных позиций, но сути это не меняет. Раньше это почему то не вызывало сомнений у святой инквизиции. Или падре Томас не представлял отчет о походах?

— Здесь, вопросы задаем мы, — с показной ленцой проскрипел председатель, но от этого его голос прозвучал особенно угрожающе.

— Прошу прощения, ваше святейшество.

— Как вы пришли к решению поджечь степь?

— Просто я подумал, что если орки ведут кочевой образ жизни, то кормов у них нет, они их просто не заготавливают, а просто откачевывают на те пастбища где меньше выпадает снега. Они не могли отреагировать по другому, под угрозой были их дома которые мог поглотить огонь, их пастбища, а значит и их основное богатство, скот.

— С чего вы взяли, что основное их богатство скот.

— Просто увидел сколько у них скота, его оказалось очень много. Значит основная их пища мясо, а скот нуждается в пастбищах. Конечно они могли охотиться на людей, но только такая добыча пропитания чревата опасностями. Мы имеем плохую привычку защищаться и защищать тех кто не может сам за себя постоять.

— Вы свободны. О нашем решении вы узнаете позже, когда мы закончим допрос остальных.

Выйдя на улицу Андрей с наслаждением вдохнул свежий морозный воздух, от чего в голове слегка зашумело. Вот казалось бы к коменданту иной раз набивалось до двух десятков человек, но вот так душно как в присутствии трех инквизиторов никогда не было.

Хотя солнце и спряталось за сплошным покрывалом туч, но глаза тут же заслезились от окутавшего все вокруг белым саваном, выпавшего прошлой ночью снега. В помещении все же было как то сумрачно.

Когда глаза свыклись с новым освещением, Андрей бросил взгляд на своих людей, которые стояли несколько в стороне под охраной воинов святой инквизиции. Ему к ним приблизиться не позволили. Десятник мягко но непреклонно подтолкнул Андрея в сторону, давая понять, что он волен пока передвигаться по крепости, но к своим людям приблизиться не может. Андрей только кивнул, мол понял и бросив последний взгляд на своих воинов направился к казарме которую они делили с воинами гарнизона, их казарма все еще была занята тяжело раненными защитниками крепости.

От отряда осталось два десятка человек, включая и самого Андрея. По счастью все мальцы остались целы и практически невредимы. Хотя среди них не было практически ни одного, не имеющего ранения тяжело раненных не было. Они не могли позволить себе иметь на руках тяжелых, а потому двоих пришлось добить, чтобы остальные имели хоть какой-то шанс выжить, эту обязанность вынужден был взять на себя Андрей. В тяжелой ситуации он как командир должен был сам делать это, кто если не он и это он переживал особенно тяжело.

Одним из тех кого ему пришлось добивать был Брэд. Не долго довелось парню пожить на воле. Но в этом были и свои плюсы, его людей слишком хорошо знали, а возникшему из ниоткуда Брэду нужно было придумать хорошую легенду, на что у Андрея не было ни времени, да чего уж там и голова работала совсем не так ясно.

Но полезного от бывшего воина крепости Виктория, он сумел приобрести много. Так он старался держать его подле себя и велел рассказывать все о своем житье у орков, причем делал он это сначала на орочьем, а затем переводил на английский. Так что Андрей узнал много чего о быте степняков, а заодно и приобрел не малый запас слов из орочьего языка, так что благодаря своей исключительной памяти, теперь он мог разговаривать с орками, правда на уровне, "мая твая не понимает, твая стаит, мая стреляет", но это было уже не мало. У него скопилось слишком много вопросов и пока не было ответов, а что то ему подсказывало, что если уж он хочет встретить спокойную старость, а его потомки возможность жить дальше, ответы нужно было раздобыть во что бы то ни стало.

Дойдя до своей койки он устало рухнул на нее и забылся тяжелым сном. Слабость после этого проклятого допинга все еще ни как не оставляла его, впрочем остальным было куда хуже.

— И что вы об этом думаете?

— Воинов сэра Андрэ обвинить по сути не в чем. Они честно выполняли приказ своего командира и действовали в полной уверенности, что делают благо для людей. О природе зелья им ничего известно не было. А вот что касается сэра Андрэ…

— Сэр Андрэ, выполнял приказ падре Томаса.

— Со слов самого сэра Андрэ. Никто из его людей подтвердить это не может. А вот то, что он сам употреблял дьявольское зелье и приказал употребить его остальным подтверждают все и сам он этого не отрицает.

— И каково ваше предложение?

— Ответ на поверхности. Сэр Андрэ виновен и наказание за это вам известно.

— Все не так просто.

— Что вы хотите сказать?

— Если мы отправим на костер сэра Андрэ, то это плохо скажется на авторитете Церкви. Ведь по сути они в одиночку устранили угрозу большого набега и это для всех очевидно. Сейчас на территории маркграфства нет ни одного кто бы не знал о том, что совершили эти воины, да пожалуй весть разнеслась уже куда дальше.

— Авторитет церкви неколебим уже две тысячи лет, тем более что мы правы.

— Авторитет церкви да, а вот святой инквизиции… Одно зерно сомнения может дать всходы и это может стать только началом. Простым людям важно только то, что они видят своими глазами, а увидят они то, что человека рисковавшего своей жизнью ради их спасения и кстати преуспевшего в этом, святая инквизиция отправила на костер. Я уж не говорю о том, что будет склоняться имя падре Томаса ибо в таком случае ему место рядом с сэром Андрэ, а он принадлежал к святой инквизиции. Мы с вами понимаем вредоносность действий сэра Андрэ, но простые и безграмотные люди увидят в этом только несправедливость и кровожадность святой инквизиции. К тому же простолюдины с легкостью поверят в то, что сэр Андрэ выполнял приказ падре Томаса, то есть члена нашего ордена.

— И что вы предлагаете?

— Епитимью.

— Продлить срок их службы еще на год?

— Нет. Этих людей нужно убирать с границы, как только закончится их срок службы. Исключить даже слежку за ними. Выждать год, а лучше два. Пока молва об их подвиге не уляжется.

— А потом?

— Никто из них не должен будет выжить и начать нужно будет с сэра Андрэ.

— Но только так, чтобы это нельзя было связать со святой инквизицией. Скверна будет выжжена и авторитету святой инквизиции не будет нанесено ни какого урона.