Игорь Шелег - Нужно просто остаться в живых

— Стали! Ко мне! Это место — зал. Место, где я стал воином, бойцом. Здесь станете воинами и вы. Я научу вас. Но вы не должны сломаться, хотя я и буду вас гонять, вы не должны сдаваться, потому что сейчас вы ничто и никто. И чтобы стать кем‑то, вы должны быть сильны и несокрушимы, но времени нет, и придется много и тяжело работать. Если вы не хотите, можете идти, держать я вас не буду, но если останетесь, то рвите жилы, но делайте, — звучало пафосно, но я все же промолчал. Ни я, ни Лекс не вышли. Наивные дураки.

Сначала он выдал нам по куску железного лома. Это были наши тренировочные мечи. И началось. Работа с ломом шла постоянно, мы его крутили, держали на вытянутых руках, даже метали. Уже через полчаса кисти желали отвалиться, а руки сводила судорога, и я никогда не любил садистские методы работы над собой, но сэр Генри все делал вместе с нами. В руках у него был такой же кусок лома, даже больший чем мой. Поэтому, несмотря на все свое чистоплюйство, я не бросил это дело и не выразил протеста. Когда уже железка выпала у меня из рук, пришел черед приседаний, бега, выпрыгивания и скручиваний и вроде все хорошо, но лом все это время лежал на плечах.

Помимо боли в мышцах меня просто колбасило от этого долбанного фуфайчатого комбинезона. Было очень жарко, даже волосы были мокрые и капли пота стекали по носу на пол. Такая зарядка длилась около часа, когда уже казалось, еще чуть–чуть, и я упаду и больше не встану. Тренировка окончилась. С обратной стороны здания был небольшой бассейн с холодной водой, куда мы все окунулись. Вот это я вам скажу блаженство, вода доходила мне до груди, и поэтому можно было стоять, не боясь утонуть. Пять минут, и мы меняем комбезы на холщевые штаны.

Там же недалеко стоял стол с тарелками. За столом же сидел Ивн. С довольной ухмылкой. Эта самая ухмылка постоянно с утра портила настроение еще больше, как и его неизменная фраза: 'Слава воинам Марида'. Завтрак был скудным: каша, какие‑то фрукты и морс. Немного, как я понял, голод утолить чуть–чуть. Как в армии говорили, из столовой нужно выходить с чувством легкого голода.

Для того что бы пища переварилась, да и отдохнуть надо было, около получаса нам с Лексом давалось время на стирку комбезов, ну как стирку, полоскание. Плюс ко всему мне приходилось еще заниматься комбинезоном рыцаря. Как он сказал: 'Ты мой оруженосец, вот и занимайся чем положено'.

А далее следовало то, что и было настоящей тренировкой. Когда‑то мне говорили, что это называется работа в 'пограничной ситуации'. Это когда возникает опасность для здоровья или другая стрессовая ситуация, происходит резкий скачок умений, за счет того, что попавший в эту обстановку выкладывается полностью. Так было и сейчас, хотя ничего не предвещало беды.

Когда мы разобрали такие же ломы, как и в прошлый раз, только с рукоятками, то начали отрабатывать стойку и простые удары — колющий, рубящий. Сэр Генри рассказывал все в мельчайших подробностях, от начала движения и до конца.

— Запомните, ваша сила в передвижении. Еще ни один стоящий на месте боец не победил, вы должны двигаться, разить врага с разных направлений, сначала вы сбоку, а потом через миг уже за спиной, — когда у меня уже начало получаться, у Лекса практически сразу все получалось, произошла кульминация. — Никогда враг не предупредит о начале атаки, поэтому нужно быть готовым постоянно. Не напряженным, расслабленным взглядом следите за обстановкой, не стоит смотреть по отдельности в глаза, на ноги, на оружие, смотрите на все в целом. Защищайся!

Мгновение и он оказался передо мной. Короткий удар по кисти и мое оружие выпало, удар под колено и я упал, и завершающий удар в голову. Мир погрузился в темноту.

По склоненному сосредоточенному лицу Ивна и озабоченному взгляду Лекса я понял, что пролежал в отключке недолго. Удар по кисти был настолько сильным, что получился открытый перелом. Ивн занимался коленом, боль медленно уходила. Подняв наполненные слезами глаза, я только и мог спросить:

— За что?

— Не за что, а почему! Я тебе что говорил? Смотри полностью на меня, а ты мало того что растерялся, так еще и на дубину эту смотрел. Двигался я с твоей скоростью, но ты даже с места не сдвинулся. Получил по руке и потерял оружие, либо убегай, либо разорви глотку своему врагу зубами. Ты вообще ничего не сделал, — объяснял он все это спокойным голосом, от чего мне становилось не по себе.

— Но можно было предупредить, я бы подготовился!

— В этом то и смысл, ты должен быть готов всегда.

— Да нет в этом смысла! Я бы даже ответил.

— Ты слишком много говоришь. Нужно быть сдержанней. Да и больно тебе будет. Не люблю криков боли. Ивн, — позвал он своего племянника и пошевелил пальцами возле горла. Я сначала и не понял, что он показал, если бы провел черту, то догадаться несложно, это значит перерезать горло. Но этот странный жест я понял, когда в горле потеплело, а что происходит я спросить не смог. Мне отключили голосовой аппарат, что еще раз подтверждает, что медицина может еще и вред наносить, если умеючи.

— Извини, так надо, — прошептал мне Ивн. — Я закончил, дядя, — и вправду он закончил, рука была как новая, только тонкие полоски шрамов остались.

— Вставай. Это твой не первый и не последний раз, когда тебя лечат. Без этого не будет прогресса столь сильного как нужно. Вставай, бери меч и дерись…

До самого вечера была эта интересная игра по формированию у меня правильных рефлексов, было много травм, но ничего, благо целитель был. И я даже заметил прогресс в занятии. И именно это вселяло в меня желание продолжать, несмотря на боль и усталость, но я старался этого не показывать. Единственный перерыв был на обед, где я наелся до отвала и был положен спать на два часа.

Я, конечно, не выспался, но немного отдохнул. Дни, похожие один на другой, прошли незаметно, сэр Генри иногда отлучался, и на его смену приходили двое поджарых бородатых мужиков. Тоже неплохих бойцов из охраны дома. Но уже две из пяти схваток я к концу недели у них выигрывал. Лекс тоже становился со мной в пару, но он больше объяснял и показывал. Давал секунду передышки и помогал не сломаться под нагрузками. Я видел, как он старается мне помочь и где‑то отдохнуть, сфилонить, но не давал ему этого сделать.

Видя огромный прогресс, я просто не желал останавливаться. Если подумать — это просто уникальная система подготовки. Сначала силовая часть, потом работа на технику, с помощью боли меня заставляли работать до конца, выдыхаясь, отдавая все силы и постоянно их восстанавливая.

Помню, когда‑то давно читал то ли в журнале, то ли в книге о том, как готовили агентов спецслужб. Они должны были смотреть на картинку и говорить, что видят, сложность в том, что картинка очень быстро исчезала. Конечно, вроде ничего сложного, но перед этим их сажали в кресло и надежно фиксировали, а потом одевали на голову шлем, который бил курсанта током, если тот неправильно отвечал на вопросы. Не знаю, правда это или нет, а может даже выдумка самих спецслужб, чтобы посмеяться над нами, обывателями. Но сейчас я чувствовал себя тем самым курсантом, которого бьют током, добиваясь правильной реакции.