Владимир Лошаченко - Стажёр

Так как наши герои ехали инкогнито — Чернота приказал спрятать подальше герцогские медальоны — заселение в гостиницу постоялого двора прошло буднично и незаметно. Десятка воинов охраны расположилась внизу, в двух больших пятиместных номерах, Пашка с Мелой и Пако — на втором этаже, в двух комнатах. Отмывшись с дороги и переодевшись, устроились в дальнем углу трактира для чистой публики.

Трактир, разделенный на две половины, являл собой просторное помещение с высоким закопченным потолком. Сбоку от барной стойки — открытый очаг. На вертеле кухонный работник поджаривал ароматно пахнувшего кабана. За стойкой — широкая дверь на кухню. Вымуштрованная прислуга бодро обслуживала посетителей. Народу, несмотря на ясный день, в трактире много — ярмарка. Кормили довольно вкусно, но дороговато — полсеребренника за обед на троих.

Путники, отдуваясь после трапезы, попивали вино, с любопытством оглядывая разношерстную публику. Внимание привлек сержант, сидевший за маленьким столиком. Перед ним лежала стопка бумаги и чернильные принадлежности. Изредка к нему подходили молодые люди, исчезавшие после короткого диалога. Правда, некоторые подписывали бумагу — таких два гвардейца, стоявшиеу выхода, уводили во двор.

— Никак рекрутов набирают, — заметил Пако. — Пойду пообщаюсь, больно у сержанта морда знакомая.

— Не пропадай, завтра с утра отправляемся, — заметил Пашка.

— О чем разговор, ты же меня знаешь, Паша.

— Предупреждаю, потому что знаю. Пойдем, дорогая, отдохнем после обеда.

— Я не против, но потом на ярмарку. Хочу на лошадок посмотреть, они такие красивые.

В ответ Чернота кивнул и поцеловал девушку в шею. Охрана, разбившись на пары, отправилась к номерам герцогов и конюшням. Остальные — на боковую, следуя старым солдатским заповедям — отдыхай при любом удобном случае.

Очередная ярмарка, проходившая в предместье на большом зеленом лугу, напоминала муравейник. Вдоль загонов прохаживались лошадиные барышники в кожаных штанах, расхваливавшие товар. На другой стороне располагались лавки с разнообразным товаром и походные кузни. Толпы нарядно одетых людей шатались по торгу, не столько покупая, сколько глазея по сторонам. Ярмарка для местного люда в первую очередь развлечение, зрелище. В центре виднелся высокий помост с притулившимися сбоку несколькими фургонами — заезжие циркачи давали представление. Среди толпы сновали ушлые лоточники, предлагая свежие пироги с пылу с жару, а также холодный квас и дешевое молодое вино. Шум стоял изрядный, невнятный говор, свист, хохот, ржание лошадей. Возле помоста циркачей били пойманного карманника — туда спешила тройка стражей, распихивая зевак древками копий. Лишь одна группа людей сохраняла полное спокойствие — степняки. Они неторопливо обходили барышников и со знанием дела покупали лошадей. Причем брали оптом, тем самым сбивая первоначальную цену.

Пашка с Мелой, появившись здесь после обеда, сразу обратили внимание на кочевников.

— Такое впечатление, что они закупят всех лошадей на ярмарке, — пробормотал Чернота. — Лишнее подтверждение нашим плохимпредчувствиям.

— Дорогой, пойдем посмотрим на циркачей, а потом на лошадок.

Чернота на свою голову попросил девушку одеться попроще, поскромнее, теперь лишь возмущенно пыхтел — Мела щеголяла в запасном дорожном костюме. Широкополая шляпа с пером, за спиной — короткий летний плащ, камзольчик, подчеркивающий высокую грудь, и узкие штаны, заправленные в короткие кожаные сапожки. Мужчины пялились с радостным всхлипом, женщины — с откровенной ненавистью.

Красавица с явным удовольствием «купалась» в море общего внимания, словно саламандра в огне.

Нет, Пашка не ревновал, считая это чувство глупостью и пережитком, просто его бесили сальные взгляды похотливых самцов, бросаемые на девушку.

Циркачи, поймав кураж, выделывали на помосте всевозможные трюки, показывая возможности тренированного тела. Публика восторженно хлопала в ладоши и бросала монетки в небольшой поднос, с которым ходила юная гимнастка в обтягивающем черном трико. Народ веселил рыжий клоун, пытающийся продать большую белую собаку за породистую кобылу цирковому администратору. Расхваливая свой товар, взгромождался на пресловутого «скакуна», падал, смешно дрыгая ногами. В конце концов, рухнула собака, вытянув лапы и высунув язык. Народ полег от хохота. Интересные номера показывал фокусник, он же администратор. Доставал из черной шляпы зайцев, курицу да гирлянды разноцветных лоскутов. В завершение пригласилдобровольца из публики, обманчиво медленным движением руки извлекал у того из-под воротника золотую монету. Простак под улюлюканье толпы сорвал с себя камзол, и ну его трясти.

— Пашенька, давай людям покажем фокус, устроим всем праздник.

Наша сладкая парочка, отойдя в сторонку, заговорщицки прошепталась, после чего Чернота в сомнении покрутил головой.

— Не сомневайтесь, Павел Игнатьевич, все будет тип-топ.

— Ира, ты здесь?

— А куда я денусь, с вами так интересно.

Пашка в сердцах плюнул — эта жизнь втроем достала до печенок.

— Пашенька, не сердись, дай девушкам порезвиться.

— Ай, делайте, что хотите.

Сразу запели обе — мы ведь так тебя любим, без тебя не можем, в общем помогай.

Тяжело вздохнув, стажер поплелся к администратору корчить из себя великого фокусника-путешественника. Следом — его тень и «ассистентка» — прекрасная девушка с завораживающими синими глазами.

Пашка сделал администратору-фокуснику предложение, от которого невозможно отказаться.

— Только из скуки и поддержания формы покажу несколько номеров, на сбор не претендую, он ваш.

По его просьбе циркачи приволокли из фургона огромный, ярко раскрашенный сундук. Очистив помост, циркачи пристроились у края с любопытством поглядывая на доморощенных артистов. Чернота вызвал из толпы двух человек, которые внимательно осмотрели деревянного монстра. Не найдя в нем подвоха в виде двойного дня, громко известили об этом остальную публику. Под рокот небольшого барабана стажер попросил музыкальное сопровождение, в сундук грациозно ступила Мела. Дав ей время комфортно разместиться, он закрыл крышку, затем, проделав странные пассы руками (непонятные даже для себя), распахнул сундук и с помощью тех же добровольцев поставил его на бок. Девушка исчезла. Толпа удивленно загудела, а с нею и циркачи. Номер шел по высшему классу. Водрузив деревянное сооружение на место, Пашка очередной раз поднял крышку — из сундука к полному изумлению публики достали отчаянно дрыгающегося черного жеребенка. Его передали циркачам — стажер объявил, что в подарок. Публика хлопала и свистела, гимнасточка не успевала менять подносы с горками монет. Наконец, после очередного поднятия крышки из сундука появилась улыбающаяся девушка. После этого номера, дав немного времени порадоваться публике, и для сбора денег циркачами, Чернота рыкнул: