Эльвира Плотникова - Чужая, или Академия воинов

Разговор получился тяжелым. Конрад не выдержал и выбранил Матвея, как маленького мальчика. Он разозлился на ребят за безрассудный риск, хотя в глубине души понимал, что и сам в их возрасте поступил бы так же. Матвей не спорил и не оправдывался, он уже был согласен с тем, что в пещерах они повели себя глупо. Скорее всего, такой же безжалостный выговор ожидает их в Академии, и им придется смириться с тем, что летнюю практику они провалили.

Когда Конрад закончил головомойку, он заставил Матвея повторить все с самого начала. И лишь теперь Матвей вспомнил, что в кармане у него лежат осколки блок-камней, которые они захватили с собой из пещер. Он протянул их Конраду, и тот переменился в лице.

— Неужели… это то… самое… — пробормотал он, уставившись на блок-камни.

Матвей с удивлением наблюдал за Конрадом, а перед мысленным взором Учителя-Воина возникли загадочные коты, воспоминания о которых не давали ему покоя вот уже несколько лет.

«— … И когда в вашем доме появится то, чего вы не знаете, вы должны будете это уничтожить, — сказал кот Ученый.

— И не сомневайтесь, — добавил Кот-Баюн, — вы не ошибетесь.

— Только обязательно уничтожьте Это, — снова перебил его Ученый, — в нем — зло, большое зло. Не поддавайтесь искушению оставить хоть что-нибудь у себя. Опасность грозит не только вам, но и всей вашей планете. Так сказал Афанасий».

И вот теперь, прокручивая в памяти предупреждение котов из параллельного мира, Конрад понял, что он не ошибается, — перед ним действительно то самое зло.

На первый взгляд это были самые обычные камни — черные, с блестящими вкраплениями, придающими им мерцающий оттенок. Но как только Конрад взял их в руки, ему стало страшно, и этот страх лишь усиливался, превращаясь в панический ужас. Для того чтобы полностью лишить его псиэнергии, осколки были слишком малы. Он осторожно положил камни на стол и спросил Матвея:

— Как ты мог носить это с собой? Разве ты ничего не чувствовал?

— Я чувствовал страх, — признался Матвей, — но в пещерах мы все боялись. И я ужасно трусил, когда пришел сюда. Я не связывал это с блок-камнями.

— Понятно. Подожди в соседней комнате. Мы закончим наш разговор позже.

Матвей послушно вышел, и Конрад плотно закрыл за ним дверь своего кабинета.

«Началось, — тоскливо подумал Матвей. — Ребята были правы, нам не дадут спокойно закончить путешествие».

Спустя какое-то время до него донеслись голоса. Слов нельзя было разобрать, но он понял, что к Конраду присоединилась Мерлинда.

Конрад уже принял решение. Почувствовав на себе силу блок-камней, он не колебался ни секунды. Но прежде чем уничтожить камни, он должен был кое-что сделать.

Мерлинда, которая тут же откликнулась на призыв мужа, разволновалась не на шутку. Конрад приложил немало усилий, чтобы убедить ее, что Полине больше ничего не угрожает. И лишь когда Мерлинда отказалась от мысли немедленно переместиться к дочери, он показал ей блок-камни.

— Мелли, я должен их уничтожить, — твердо сказал он. — И я объясню тебе, почему это так важно. Но ты должна знать… видеть, что эти камни — настоящие. Потому что в них причина гибели твоей семьи.

Мерлинда долго молчала. Воспоминания о потерянной семье всегда причиняли ей боль. Потом она попыталась прикоснуться к блок-камням при помощи пси-энергии, но Конрад не дал ей этого сделать.

— Нет, Мелли, просто поверь мне, — попросил он, и Мерлинда подчинилась.

— Хорошо, — произнесла она дрожащим от волнения голосом, — но я жду объяснений.

— Это долгая история, — вздохнул Конрад, — и произошла она давно. Сначала я избавлюсь от этих камней, затем отпущу Матвея, который уже заждался меня, а потом… мы обо всем поговорим.

Блок-камни, рассеянные на атомы, исчезли без следа и Конрад вновь пригласил Матвея в свой кабинет. Они разговаривали до самого вечера: Конрад расспрашивал о мельчайших подробностях путешествия и заставил Матвея отметить на карте их маршрут, особенно подземный.

— Вы можете продолжать свое путешествие, — наконец сказал Конрад. — Я сам сообщу о вашей находке и в Коллегию, и в Академию. В отчете о летней практике укажите, что за образцы камней забрал я. Кстати, у вас остались еще камни?

— Нет, Учитель, — уверенно ответил Матвей.

— Хорошо. Эти камни — ценнейшее открытие. Спелеологи будут предупреждены, но не удивляйтесь, что некоторое время сведения о блок-камнях будут засекречены.

— А как же… Полина? — осторожно спросил Матвей. — Ей не грозит заточение в каком-нибудь научном центре?

— Мальчишка… — устало улыбнулся Конрад. — Неужели ты думаешь, что Коллегии ничего не известно об уникальных способностях Полины? Она находится под наблюдением с того самого момента, как появилась в этом доме. А теперь можешь возвращаться…

— Нет, не может, — возразила Мерлинда, перебивая мужа.

Она только что вошла в кабинет, неся в руках большую корзину. По комнате тут же распространился вкусный аромат свежеиспеченного хлеба.

— Я собрала вам кое-что из провизии, — сообщила Мерлинда, протягивая Матвею корзину.

— Спасибо, но я вынужден отказаться, — решительно ответил Матвей. — По правилам, мы сами должны…

— Ты не понял, Мастер, — сказала Мерлинда тоном, не терпящим возражений. — Или ты берешь эту корзинку, или я телепортируюсь вместе с тобой.

Матвей представил себе, как отреагируют на такой визит ребята, а особенно как «обрадуется» родительской заботе Полина, и молча смирился с неизбежным.

Вечер подкрался неожиданно — как-то сразу стало и темно, и прохладно. Костер яркой точкой мерцал посередине лагеря, но вокруг него все тонуло во мраке ночи.

Полина проснулась и осторожно потянулась, разминая онемевшие мышцы. Чувства возвращались к ней постепенно: холодный воздух с запахом костра приятно защекотал ноздри, звенящую тишину нарушали негромкие голоса ребят. Она открыла глаза и увидела перед собой звезды. Казалось, они висят так низко, что можно просто протянуть руку, и они соскользнут прямо на ладонь.

— …Говорил же, надо было мне идти, — услышала Полина ворчливый голос Тимофея. — Наверняка о путешествии можно забыть.

— Если это так, то он вернулся бы сразу, чтобы сообщить об этом, — возразил ему Никита.

Полина ничего не поняла и повернулась к ребятам. У костра сидели Никита и Тимофей, а Матвея нигде не было видно. Она решила подняться, но запуталась в одеяле, которым была укутана со всех сторон. Ребята услышали ее возню, и через мгновение целых четыре сильных руки бережно, но уверенно засунули ее обратно в спальник.