Колин Мэлой - Дикий лес

— Личная резиденция князя, — торжественно объявил беркут.

— Что вы теперь будете делать без филина Рекса? — спросила Прю сквозь рев ветра. Они несколько раз облетели по кругу комплекс Королевского гнезда, прежде чем продолжить полет на север.

— Гнездо будут хранить и поддерживать в порядке, пока он не вернется. Если же Южный лес откажется отдать его, начнется война. — Беркут выгнул крылья назад и набрал скорость, город гнезд под ними постепенно редел.

Прю обеспокоилась ответом беркута.

— Но как же вы будете вести сразу две войны? Ведь койоты продолжают нападать на вас с севера? — прокричала она. — И что будет с филином Рексом?

— У нас нет выбора, Прю, — громко ответил беркут. Генерал несколько раз резко взмахнул крыльями, переходя на большую высоту; покрывало темной зелени внизу провалилось, и у Прю заложило уши.

— Посматривай, не видно ли опасности, — долетела до нее команда генерала. — Мы пересекаем Дикий лес.

Прю сощурилась и осмотрела кроны деревьев; лес тут казался более диким и неприрученным. В нижнем ярусе листопадные клены и ольха боролись за господство в пологе леса со своими более крупными хвойными кузенами, с голубой елью, обычной елкой и кедрами. Они росли плотнее, и в этой глуши их рост не сдерживался; к тому же деревья были не единственной растительностью, которая стремилась к свету на этой высоте — на вершины нескольких несчастных кленов забрались фантастические побеги плюща, душа своих хозяев в попытке дотянуться до голубого неба.

— Вроде бы пусто! — крикнула Прю.

Они летели, и деревья становились выше и шире, затеняли рассеянные вокруг более мелкие, листопадные деревья. Вершины этих громадин царапали небо, ветер раскачивал их высокие ветки. Генералу пришлось подняться еще выше, и Прю почувствовала, что легкие начали бороться за каждый вдох. С новой высоты она глядела на плотное лоскутное одеяло деревьев внизу, простирающееся до горизонта и как будто бесконечное. Границы леса оказались невероятно обширными. Позабыв себя и волнение полета, Прю вдруг испытала чувство безнадежности. Здесь, глядя на темную массу дикой чащи под ними, она впервые подумала о том, что может никогда не найти своего брата. Словно ища утешения, она крепче обняла беркута за шею и зарылась головой в его перья.

Поэтому и не заметила лучника-койота.

Прю не видела, как он, устроившись на верхних ветках огромной ели, аккуратно накладывает стрелу, как натягивает тетиву, а потом отпускает. Но услышала поющий свист стрелы, когда та полетела к цели, и почувствовала ее вес, когда она поразила свою цель, с отвратительным хрустом вонзившись в грудь беркута. А еще Прю увидела наконечник, который вышел между лопаток генерала, в нескольких дюймах от ее щеки, сверкая окровавленным металлом.

— НЕТ! — вскрикнула она.

Генерал издал единственный тревожный вопль и умолк, втянув голову глубоко в плечи. Крылья рефлекторно свернулись вокруг тела, и Прю вместе с беркутом начала отвесно падать с высоты.

Совсем обезумев, она начала теребить стрелу в груди беркута, пытаясь вытащить ее, но та прочно застряла.

— Генерал! — отчаянно вопила девочка. — Нет! Нет, нет, нет!

Вдруг, дернув крыльями, он стал выкрикивать в небеса яростную бессмыслицу; беркут бил крыльями достаточно сильно, чтобы они с Прю не врезались в землю. Он несся над верхушками деревьев, и Прю цеплялась за перья на пушистой шее, потому что птица то и дело резко наклонялась в полете во все стороны, угрожая сбросить пассажира на ближайшем повороте. Беркут доблестно оттащил их на значительное расстояние от лучника, но наконец он не смог больше двигаться и испустил последний крик, крылья безвольно повисли, и воздух перестал держать его.

Прю закричала и закрыла глаза, когда они с треском провалились сквозь кроны деревьев. Колючие ветви елей порвали ей и одежду, и кожу, нападая на тело с силой тысяч плеток. Она вдавила лицо в мокрые от крови перья беркута, чтобы закрыться от хлещущих веток, и почувствовала под щекой неживую плоть. Наконец один особенно мощный сук замедлил их скорость падения, и они вместе с беркутом провалились прямо вниз, кувыркаясь в листве, и врезались в землю, а сверху просыпался дождь обломанных веток.

Прю отбросило от беркута на несколько футов, но она удачно приземлилась в мягкие гнилые остатки старого древесного ствола. Лицо и пальцы жгло; подняв руки, девочка увидела, что они исполосованы красными царапинами и ссадинами. Одежда свисала лохмотьями, на подоле цвело ярко-красное пятно. Кровь генерала. Прю вскочила было, чтобы вернуться к беркуту, как вдруг заметила среди деревьев движение и услышала отчетливый хруст шагов по лесной тропе. Девочка остановилась, настороженно вслушиваясь.

Медленно и как-то незаметно густые заросли раздвинулись, и из леса кругом появились люди. Прю была окружена.

— Не шевелись… и даже не пытайся, — скомандовала одна из фигур.

Прю замерла. Эти мужчины и женщины были одеты в какую-то сумасшедшую мешанину: военную форму, хлопковые штаны и рубахи цвета хаки, изящные шелковые жилеты — все донельзя ветхое. Рубахи были протерты на локтях, сорочки задубели от грязи, все сидело вкривь и вкось. Но что важнее, они были вооружены до зубов: старинными пистолями и винтовками, клинками и охотничьими ножами. И все это сейчас было наставлено на нее.

— Откуда ты взялась? — спросил один из мужчин.

Прю медленно подняла руку и указала в небо.

Ее противники были ошеломлены.

— Что, ты летела? — спросил один недоверчиво.

Прю кивнула. Голова у нее кружилась, сознание грозило покинуть ее. В груди разгоралась жгучая боль.

Со стороны толпы послышался голос.

— Что там творится? — прокричал кто-то резко и властно. Отпихнув нескольких людей, в просвете появился мужчина с ярко-рыжей бородой и в грязном офицерском мундире. На перекинутом через плечо шарфе у бедра висела изрядных размеров сабля, а на лбу была татуировка, которую Прю не смогла сразу расшифровать. Он возвышался над Прю, к тому же кудрявые рыжие волосы добавляли ему еще дюймов шесть, и сердито смотрел на нее.

— Кто ты и откуда явилась?

— Я… Я Прю, — промямлила она. — Я летела… на беркуте… и нас… нас подстрелили.

Пробормотав последние слова, она безвольно осела на землю.

Прю очнулась и почувствовала, что куда-то движется. Над ней закружился калейдоскоп солнечного света и листьев. Она лежала и все же как будто парила над землей, двигаясь горизонтально на довольно приличной скорости. Девочка слегка приподняла голову и увидела, как это получается: для нее смастерили самодельные носилки — два древесных сука и несколько веревок между ними. И теперь те самые странные люди несли ее через лес.