Александр Новопашин - Темный властелин

Акрид с подобострастной улыбкой поклонился эльфу, и, достав из резной, украшенной самоцветами шкатулки несколько свитков, с важным видом протянул их капитану.

- Ну что вы, господин, в этом нет никакой необходимости. - Говоря это, воин быстро пробежал взглядом по бумагам. Судя по тому, как вытянулось его лицо, увиденное, его сильно потрясло. - Простите мою нерасторопность...

- Нерасторопность кого? - Тон эльфа помаленьку становился угрожающим. - Должен ведь я знать имя человека, умудрившегося оскорбить меня дважды за несколько минут.

- Догун, господин. - Воин покорно склонил голову. - Ещё раз прошу простить меня, но я только выполнял свой долг. Вы изволили слишком близко подойти к границе проклятых земель.

- А куда я, по-твоему, иду, дубина? Или ты думаешь, что мне нравится таскаться по этой глухомани поздней осенью?

- Никак нет, господин. Осмелюсь спросить: не нужна ли вам дополнительная охрана? Там будет опасно.

- О, братья-боги, вразумите этого.... На границе растёт одно очень редкое растение, и сейчас пришла пора заготавливать его корни. Листья уже подсохли, и его очень трудно отличить от простой травы. Чем больше народу, тем больше шансов, что какой-нибудь остолоп затопчет драгоценные растения.

- Как пожелаете, господин. Если вы позволите, мы продолжим патрулирование.

- Конечно, позволю. Смотреть на твою рожу мне не доставляет никакого удовольствия.

Воин, проглотив обиду, поклонился, и проехал дальше.

- Круто ты его, командир. - Согнулся от хохота Акрид, когда патруль исчез из поля зрения. - Только бы палку не перегнуть.

- Ничего страшного. Чем больше среди охраны будет ходить слухов о придворном самодуре, зашедшем в эти края, тем меньше патрулей мы встретим.

- Флерес, а почему они говорят на языке империи? - Аксин не мог разделить общего веселья. Всю жизнь он представлял торзальцев этакими монстрами, и вот перед ним предстали обычные люди. Даже говорили они на одном языке. Насчёт их конвоя Аксин тогда решил, что охрана просто обязана знать речь пленников, а теперь ещё и патруль....

- Не знаю. - Быстро ответил эльф. - Так было с момента бегства людей с Древней земли. Все, кто смог переплыть океан, говорили одинаково.

- Интересно.... - Протянул юноша. - Получается, мы принадлежим к одному народу.

- Конечно, вы же люди.

- А варвары?

- У дикарей свой язык. - Флерес прекрасно понял, к чему клонит юноша. - Аксин, возможно, раньше вы и были единым народом, но это было давно. Теперь вы враги, и если Торзалия вторгнется на земли империи, то они не будут вспоминать о прежнем родстве. Торзальцы просто перебьют всех, кого смогут. А выживших - сделают рабами.

- Флерес дело говорит. - Ирган нервно сжимал топор, глядя вслед ускакавшему патрулю. - Забудь про то, что это люди, парень. И если понадобится - бей не раздумывая. Иначе через миг ударят они.

- Интересные капризы у Турнии. - Аксин невесело усмехнулся. - Люди, бывшие одним народом, бьются друг с другом перед лицом нападения врага извне.

Лоракс Лучезарный, король-жрец, сидел на троне, и с плохо скрываемым раздражением смотрел на стоящую перед ним верховную жрицу, главу всех храмов Торзалии.

- О, великий король, убитые сыны братьев-богов требуют отмщения! - Брызгала слюной старуха. - Убийцы топчут твою землю, а ты отказываешься отдать приказ покарать нечестивцев!

"Чокнутая старуха! - С нарастающим раздражением подумал Лоракс. - Ну почему эта сумасшедшая фанатичка всё ещё не отправилась к богам-близнецам"? Уже много веков власть в Торзалии была разделена: король правил страной, а верховный жрец или жрица отвечали за веру. И, главное, формально король был простым жрецом, и должен был подчиняться решениям верховной жрицы, если дело касалось храма братьев-богов.

- Успокойтесь, Ведающая Терасена. - Как можно дружелюбнее промолвил король. - Убийцы обязательно понесут заслуженное наказание.

- Ни одно наказание на земле не сможет искупить их преступление. И я не вижу причин откладывать. Убить их немедленно!

- При всём уважении, я не согласен с вами. Шпионы, убившие жрецов, сейчас идут к проклятым землям, это видно по слабому следу магии. И пока я не выясню, зачем, не стану отдавать приказ об атаке. Пусть они войдут туда, а потом посмотрим, что они вынесут обратно.

- Нам не нужно ничего, сотворённого чёрным искусством. И я хочу напомнить, что гибель жрецов - это дело храма братьев-богов.

- Это я хочу напомнить, что шпионаж империи является делом сугубо политическим, и не касается веры. - Повысил голос Лоракс. - Поэтому я сам решу, как и когда покарать преступников.

- Смотри, братьям-богам это не понравится. Король должен быть оплотом веры в стране. - Яростно прошипела Теросена. - Без их благословения маги империи мигом уничтожат наши войска.

- Братья-боги понимают, что я действую только во благо страны и ради их величия. - Лоракс понял, что выиграл этот спор. - А насчёт убийц не волнуйтесь: когда они выйдут с проклятых земель, то мы постараемся взять их живыми, и передать в руки храма. Тогда вы можете поступить с ними, как захотите.

- Хорошо. - После минутного раздумья согласилась старуха. - Когда шпионы попадут к нам, правосудие свершится.

Когда верховная жрица ушла, король долго сидел в одиночестве, успокаиваясь. Это продолжалось год за годом, и уже превратилось в некое подобие ритуала: Теросена так выводила его из себя, что после её визита Лораксу просто необходимо было время, чтобы успокоить чувства. А сейчас королю нужно было обратиться к братьям-богам, а молитва требовала холодной головы и полной сосредоточенности.

Когда душевная буря, бушевавшая внутри короля, успокоилась, он приказал подготовить комнату для молитв. Когда всё было исполнено, Лоракс спустился в неё, и начал ритуал. Король-жрец обращался к богам, прося их указать на расположение отряда шпионов, присланных его извечным врагом. Как всегда, тело Лоракса стало воздушным и лёгким, волна счастья захлестнула его, и он ощутил блаженство, по силе сравнимое разве что с невыносимой болью, тогда братья-боги ответили ему. Лораксу казалось, что яркий свет окружил его, проходя сквозь тело, и питая его безграничной силой. Король возжелал увидеть шпионов, и перед его глазами появилась карта Торзалии, где чёрной кляксой выделялись проклятые земли. К нему подходило другое, небольшое пятнышко тьмы, оставляя за собой туманный след от гор.

"Интересно, что тут понадобилось этим проклятым ворожеям"? - подумал король. Магов Лоракс ненавидел даже больше, чем верховную жрицу. Любое колдовство было противно братьям-богам, а имперские ещё и молились своим богам, не признавая истинной веры. Но Лоракс скоро положит этому конец: когда варвары с северных земель обескровят империю своим военным походом, армия Торзалии бескрайним потоком ворвётся на земли неверующих, неся с собой свет истины храма братьев-богов, и уничтожая отрекающихся. Купаясь в свете, ниспосланном богами, Лоракс верил, что будет только так, и никак иначе.