Джеймс Клеменс - И пала тьма

— Это должно оградить риф от Глума, но я не знаю насколько. Пока ты здесь, мы в опасности.

Громкий треск привлек внимание собравшихся на острове. На купол обрушилось несколько огромных щупалец.

— Мийодон, — выдохнул Роггер.

— Он снова взбесился, — кивнула Файла. — Я думала, что моя кровь заставит его повиноваться.

— Снова?! — удивился Тилар.

Взгляд богини не отрывался от мийодона, а тот истекал ядом на прозрачный купол в попытке прожечь его.

— Я послала его не нападать на корабль, а только привести вас к рифу, чтобы увидеть тебя. Но что-то сломило мою власть над ним.

Делия ухватила Тилара за руку и указала на чудовище. Мийодон медленно сползал по куполу, а за ним оставался след выеденных ядом знаков:

— Старолиттикский, — сказала девушка и испуганными глазами уставилась на Тилара: — Там написано: «Выдайте нам убийцу богов».

— Они знают, что ты здесь. — Файла жестом приказала следовать за ней. — Торопитесь.

Она провела их вокруг каменной чаши и через брызжущий водопад в пещеру за ним. У дальней стены ожидал спрятанный в нише маленький кокон.

— Вам надо к нижним докам.

Тилар упрямо остановился около кокона:

— Что происходит?

Файла тяжело уставилась на него.

— Наэфир ищет тебя. Я напрасно тебя сюда вызвала. Но… — Она подняла окровавленную руку и ласково коснулась его щеки. Прикосновение оставило за собой приятные мурашки. — Мне необходимо было узнать правду, прикоснуться к тебе, почувствовать ее в твоей крови. Это все, что осталось от моей Мирин. Должно быть, наэфир тоже чует ее…

— Я не понимаю. — Тилар отступил назад. — Наэфир охотится за мной?

Наэфиром пугали детей: там, в вечной тьме подземелья, обитали демоны и чудовища. Он был не более реален, чем эфир — светлая страна духов, которым поклонялись верующие Мириллии.

Файл махнула рукой на кокон:

— Я расскажу все, что знаю, но не сейчас. Надо спешить.

Тилар позволил увлечь себя в кокон вместе с Роггером и Делией. Богиня ступила следом, а Крил с огненным фонарем сопровождал госпожу. Когда кокон закрылся, там стало тесно.

Файла дотронулась до стены, и кокон камнем рухнул вниз, спускаясь по бесчисленным туннелям. Спуск получился жестким, чему немало способствовали непрекращающиеся толчки.

— Как получилось, что наэфир колыхнулся? — спросил Роггер. Приходилось держаться за стену, чтобы не упасть.

— В мире существует несколько мест, куда не достигает солнечный свет, — это пещеры глубоко под землей, полночные глубины океана и запечатанные тысячу лет назад могилы. Там границы между Мириллией и наэфиром истончились. Их можно пробить на короткое время, и тогда наэфир проникнет в наш мир. Я ощутила его присутствие накануне гибели Мирин. Я проследила за ним, и след привел меня к берегам Летних островов.

— Черный демон, — произнес Тилар, вспомнив похожее на ящера, сочащееся темными Милостями создание, что напало на Мирин.

— Наэфрин, — с кивком подтвердила богиня.

— Невозможно! Каким образом?.. — ахнула Делия.

Файла, казалось, лишь теперь заметила служанку.

— Я сама толком не знаю. Такого никогда не случалось.

— Наэфрин? — переспросил Роггер, высказав вертящийся на языке у Тилара вопрос.

— Что вам известно о великом Размежевании? — со вздохом поинтересовалась Файла.

— То же, что и всем, — ответил Тилар. — Царство богов раскололось на части, подарив нам Мириллию.

— Но раскололось не только царство. — Богиня искоса бросила взгляд на Делию. — Боги тоже разделились. Часть их обрела плоть и заселила Девять земель. Другая попала во тьму, которую вы называете наэфиром, а третья — в свет.

— Эфир? — прошептала Делия.

— Верно. То, что было единым, стало тремя частями, пусть слабо, но связанными друг с другом. Порой я ощущаю свои другие, светлую и темную части в иных мирах. Но только здесь, в Мириллии, мы обретаем плоть. По крайней мере, так до сих пор считалось. — Глаза Файлы сверкнули страхом, что привело бы в трепет даже самого отважного зрителя.

Чего бояться богине?

Она сама ответила на незаданный вопрос:

— Наэфрины — это подземные боги, наши двойники из наэфира, наши темные тени.

В коконе воцарилась тишина. Они продолжали спуск, а толчки все не прекращались.

— То есть один из наэфринов убил Мирин? — наконец пробормотал Тилар. — Но зачем?

— Я надеялась, что ты знаешь. — Лицо богини потемнело от тревоги. — Последние десять лет в подземных глубинах становится все неспокойнее, со дна океана время от времени поднимаются трупы странных существ. Во время последнего свидания с Мирин я поделилась с ней своими волнениями, и она пообещала поговорить с другими богами Девяти земель и испросить совета у мастеров Ташижана.

— Должно быть, она что-то узнала, — сказал вор. — Какую-то тщательно скрываемую тайну.

Файла неуверенно покачала головой.

— Последнее послание, что я получила от нее, было крайне загадочным. Она говорила о наполняющем ее тревожном предчувствии и хотела сперва поговорить с советом Ташижана, прежде чем рассказать о нем остальным.

— Она вызвала осененного посланника, — вспомнил о появлении Перрила на Летних островах Тилар. — Но ее убили прежде, чем он предстал перед ней.

— Что дает немало поводов для волнения, — вставил Роггер. — Мирин убили после того, как она связалась с Ташижаном. Это заставляет задуматься, не было ли здесь предательства?

— Предатель в Ташижане? — Тилар не сумел скрыть недоверие.

— Уж тебе-то не следует слепо доверять людям, которые продали тебя в рабство.

Бывший рыцарь покачал головой, его охватила тревога. Пусть с ним обошлись бесчеловечно, но в глубине души он верил, что понес заслуженное наказание. Он вел дела с серыми торговцами и невольно стал причиной смерти семейства сапожника. Пусть они погибли не от его меча, но вина лежит на нем.

— Со всех Девяти земель приходят невеселые вести, — произнесла Файла. — Везде процветает коррупция, то здесь, то там происходят вспышки безумия. Кто осмелится утверждать, что темные времена обошли Ташижан стороной?

— Мы направлялись как раз туда, — проворчал Тилар.

— Зачем?

— Поискать ответы в библиотеке ордена.

— Теперь у нас появилась еще одна причина попасть туда, — закивал Роггер. — Если кто-то из ордена предал Мирин, то мы попытаемся найти там средства к твоему спасению, Тилар: обличить предателя и доказать твою невиновность.

Кокон сильно встряхнуло, он заметался в узком туннеле, чиркая боками о камень. Все поспешили ухватиться за стены.