Вороны Одина - Мелисса Марр

планом. Если ты все время болтаешь, то упускаешь все намеки и подсказки, которые люди выдают, сами того не желая.

Оуэн, молча, наблюдал за ними.

Почти сразу же к нему подошла Лори с аптечкой первой помощи из волшебной сумки Хелены.

— Думаю, это для тебя, — сказала она.

Оуэн кивнул и снял повязку с ноги. Это был скорее кусок разорванной ткани, чем бинт, но когда он размотал его, стало очевидно, что кровь текла довольно серьезно. Парень закатал окровавленные джинсы.

— Что случилось?

Синеволосый мальчик пожал плечами, но Рейна услышала его вопрос. Они с Реем подошли и заговорили о нападении найкура. Чередуясь, объяснили, что их пытался убить какой-то водяной монстр-лошадь, и Оуэн был там, чтобы помочь спасти всех. Рейна закончила свой рассказ словами: «Если бы он не пришел с Берсеркерами, по крайней мере, одна девушка умерла бы, и… вероятно, мы тоже».

— Ты принял правильное решение, — сказала Лори.

Оуэн пожал плечами, но улыбнулся ей. Что-то в их разговоре заставило Фина почувствовать себя неуютно. Он мысленно вернулся к их личной беседе.

— Ты знала, куда он пошел, когда сказал, что должен уйти? — спросил Фин, привлекая к себе все четыре взгляда. — Когда он ушел от нас, ты знала?

Она открыла рот, словно собираясь что-то сказать, но тут же закрыла его снова. Она посмотрела на Оуэна и просто кивнула.

— Я могу поговорить с Лори, — сказал Оуэн. — Это как в мифах. Наши предки были близки, и, как Один и Локи, мы тоже будем близки.

— Да, я тоже его потомок, но не жди, что мы будем «близки», — сказал Фин.

— Этого я не ожидал, Фенр… Фин. — Оуэн улыбнулся ему. — Но я доверяю Лори. Я уже пообещал, что отвечу на ее вопросы, когда вернусь.

Фин не мог разгадать, сколько подколов было в словах Оуэна. Впрочем, ему было все равно.

— Как скажешь, чувак. — Он взглянул на Лори. — А ты? Я жду от тебя большего. Ты злишься, если я храню секреты, но это нормально для тебя? Как ты могла… нет, ты знаешь что? Я даже не хочу сейчас это слышать. — Фин заставил себя остановиться. Либо так, либо сказать ей что-нибудь гадкое. Он засунул руки в карманы и прошел мимо них, не сказав больше ни слова. Однако он не был глуп: он остановился рядом с Мэттом и сказал: — Я собираюсь обойти лагерь… если только мы скоро не уходим?

Мэтт бросил сочувственный взгляд на Фина.

— Пока нет. Прости. Я все еще работаю над планом.

Фин кивнул и отошел подальше от остальных. Берсеркеры расступились, когда он прошел между ними, не совсем признавая его, но и не останавливая.

Пока шел, Фин обдумывал сложившуюся ситуацию. Он мог признать, это хорошо, что Оуэн смог спасти близнецов, но он не видел никаких причин, почему Оуэн не мог просто сказать это ему и Мэтту. У них мог быть план… может быть, они послали Берсеркеров спасти близнецов или оставили их с остальными потомками.

Он знал будущее. Он знал, что близнецы в опасности.

Фин остановился на полушаге. Если Оуэн действительно знал будущее, он также знал, где будут драугры, где Астрид; так много вещей могло бы быть проще, если бы Оуэн просто рассказал им то, что он знал заранее. Таков был наш план. Он также сказал, что ответит на вопросы Лори, и они попросят ее задать ему несколько вопросов.

Фин быстро повернулся, чтобы сказать Мэтту, но не успел он сделать и нескольких шагов, как услышал голоса Лори и Оуэна.

— Где твои вороны? — спросила Лори.

— Учатся тому, что мне нужно знать.

Фин нырнул в сторону, стараясь не попадаться на глаза. Он не знал, что делать. Первым его побуждением было подойти к ним. Если бы с ней были Торсен или Болдуин, он бы ушел, но Оуэн был чужаком… он путешествовал со своей личной охраной и хранил секреты. Внезапно Фину пришло в голову: если представитель Локи может сражаться за хороших парней, почему представитель Одина не может быть на плохой стороне?

— Это странно, вся эта история с воронами и знанием будущего. Если ты видишь будущее, зачем тебе вороны? — в голосе Лори слышалось, что она старается быть терпеливой, но долго это не продлится. Фин очень привык к такому тону.

Оуэн молчал так долго, что Фин подумал, что он уже ушел. Затем он сказал:

— Я не понимаю всех деталей.

— О чем?

— О Фенрире, — сказал Оуэн, как раз когда Фин собрался выйти и прервать их разговор. — А где Фенрир? — продолжал Оуэн. — Где он?

Фин чувствовал себя виноватым за то, что подслушивал, но в то же время, возможно, было полезно услышать и другие глупости Оуэна. Что-то было не так. Либо Оуэн не был на их стороне, либо у него были какие-то чувства к Лори. Как бы там ни было, Фин не оставит ее наедине с этим парнем.

— Он вернется, — сказала Лори. — Может, он и сумасшедший, но не бросит меня.

Фин улыбнулся про себя. Это была чистая правда. Его работа… еще до того, как началась вся эта история с Рагнарёком… состояла в том, чтобы защищать свою кузину.

— Тебе не нужна охрана, — сказал Оуэн. — Ты не слабачка.

Фин почти зарычал. Конечно, ее нужно охранять! Она была его семьей, почти сестрой, а он — защитником Локи. Если он не может защитить ее, зачем ему пытаться спасти мир? Его кузина была единственным человеком, которого он считал достойным спасения, когда покидал Блэквелл. Правда, с тех пор он немного изменился. Он считал, что Болдуина и Мэтта тоже стоит спасти. Он уже однажды ходил в Хель за Болдуином.

— У тебя есть лук, Лори.

— Угу. Я знаю.

Услышав хорошо поставленный тон в ее голосе, Фин снова улыбнулся. Возможно, она ускользнула, чтобы поговорить с Оуэном, но, по крайней мере, она все еще говорила сама за себя.

— Лук, который ты используешь в последней битве… тот, где я буду сражаться на твоей стороне. — Оуэн говорил очень спокойно. — Ты тоже потомок Локи. Подумай об этом. Почему вы все думаете, что Фенрир будет сражаться рядом с чемпионом Тора?

На мгновение Фину показалось, что весь воздух покинул его легкие. В тот день, когда Норны указали Мэтту на потомка Локи, Фин провел с Лори большую часть дня. Мэтт только предположил, что они указывали на Фина. Они все верили в это, они верили, что он особенный. Он не был. Он должен был знать это сейчас.