Джеффри Лорд - Лотосы Юга

На сей раз дело оказалось серьезнее. Целые сутки высокие валы раскачивали флаер, то швыряя его в пропасть, то поднимая к самому небу; Блейд не мог есть, и только время от времени пил холодную воду. Запас ее во флягах постепенно истощался, ибо при таком волнении драгоценная влага, стекавшая по ребристому корпусу климатизатора, расплескивалась, едва попадала в черепаший панцирь. Путник страдал от головокружения, и все попытки забыться сном не приводили ни к чему; гигантские качели все раскачивали и раскачивали его, с тупым упорством стараясь выдавить желудок наружу.

Наконец к вечеру следующего дня волнение стало стихать. Блейд подремал пару часов, потом, когда море окончательно успокоилось, поел, выпил глоток вина, прибрался в кабине и, раскрыв левую дверцу, уснул по-настоящему. После недавних мучений ему требовалось восстановить силы.

— Э-ллл-ссс… Э-ллл-ссс… — странные шипящие звуки, похожие на шорох прибоя, разбудили его. Сначала он не сообразил, в чем дело; протяжный зов продолжал звучать у него в голове, и путнику казалось, что Джек Хейдж вновь пытается выйти на связь и таким необычным образом привлекает его внимание.

— Э-ллл-ссс, э-ллл-ссс, — послышалось снова, и это явно не имело отношения к телепатии; зов звучал у Блейда в ушах и был столь же реальным, как взошедшее над морем светило. Он протер кулаками глаза, высунулся из кабины и огляделся.

Море было спокойным, небо — безоблачным. Течение исправно тащило флаер на восток, теплый бриз задувал в лицо, привычный солоноватый запах щекотал ноздри. Ярдах в тридцати от суденышка плеснула вода, на миг показался и исчез темный раздвоенный хвост внушительных размеров. Рыба? Странник потянулся за дротиком; он был голоден.

— Э-ллл-ссс, э-ллл-ссс, э-ллл-ссс!

Вытянутое, похожее на огромную бутылку рыло высунулось почти у самого его колена, прошелестев свое странное причитание. На путника уставился веселый карий глаз, пасть приоткрылась, демонстрируя остроконечные дюймовые зубы, хвост вспенил воду. Шкура этого существа отливала темно-синим, что делало его почти незаметным на фоне волн, но Блейд разглядел вытянутое торпедообразное тело длиной ярда три, грудной плавник и торчавший на спине гребень. Над зубастой пастью круглился череп, выпуклый, с развитыми височными долями, совсем не похожий на плоскую рыбью голову.

Дельфин? Такие создания страннику еще не встречались — ни в Ксидумене, во время перехода в Хайру, ни в Великом Зеленом Потоке. В Ксидумене водились саху, неприятные твари, сильно напоминавшие земных акул; они сопровождали имперский флот, пожирая все отбросы. Что ж, если в водах Айдена есть акулы, решил Блейд, почему бы не быть и дельфинам? Странно, что он не встречал их раньше…

Морское создание тянулось к нему, словно собака к хозяину, и путник отложил оружие. Раскрыв пасть, дельфин опять проверещал:

— Э-ллл-ссс… Э-ллл-ссс?

Интонация была явно вопросительной — если считать этот свист речью. Блейд опустил руку и похлопал существо по выпуклому лбу.

— Э-ллл-ссс, — произнес он в свой черед, желая поддержать знакомство, и вдруг замер. Э-ллл-ссс? Эльс? Эта тварь пыталась назвать его по имени, или то было случайное звукоподражание?

В следующий момент его недоумение рассеялось.

— Ищ-щу, — внятно произнес дельфин, — ищ-щу Э-ллл-ссс.

Он умел говорить! Теперь Блейд видел, что его новый приятель отличался от земных дельфинов. Футовый костяной гребень на его спине был тонок, как лезвие ножа и, видимо, служил оружием; грудные плавники — вернее, ласты, -оказались необычайно длинными, с подвижной узорной бахромой на концах; меж острыми зубами дрожал длинный плоский язык; мокрая кожа была теплой и приятной на ощупь. А главное, этот морской житель умел говорить! И назвал его Эльсом! Не Аррахом, не Рахи — Эльсом! Блейд отлично помнил слова целителя бар Занкора — «доверяй тому, кто знает твое хайритской имя». Он был готов довериться этой симпатичной и бесхитростной твари — с гораздо большей охотой, чем людям.

— Ты — Э-лл-сс, — довольно произнесло существо, уже не так сильно растягивая звуки. — Наш-шел!

Ринувшись в сторону, дельфин в восторге перекувырнулся в воде, затем одним мощным гребком хвоста догнал флаер. Блейд решил знакомиться всерьез. Прицепив к поясу страховочный конец, он сел на порог кабины и свесил ноги наружу — так, что они оказались по щиколотки в воде. Дельфин, пошевеливая ластами и хвостом, приподнял переднюю часть тела и положил на колени странника свою огромную голову. Собственно, на коленях Блейда поместилось не больше половины, и вытянутая пасть со страшными зубами уперлась прямо ему в живот.

— Я — Эльс, — сказал разведчик, стараясь говорить медленно и раздельно. — Ты — меня — нашел. Молодец! Хороший паренек! Ты — кто?

— Наш-шел! Перрр-вый! — сообщил дельфин.

— Ты — кто? — терпеливо повторил Блейд.

— Заа-аа-заа-ассс, — просвистело существо. Блейд понял, что такое ему не повторить.

— Засс? — предложил он.

— Засс, — согласился дельфин.

— Кто — послал?

— Лю-ди.

Ясный и четкий ответ. Не приходилось сомневаться, о каких людях идет речь; странник уже заметил плоский серебристый диск, закрепленный у основания спинного гребня. Южане, дьявол их разрази!

— Зачем? — спросил он, почти не надеясь получить ответ, но его новый приятель разразился целой речью:

— Бур-ря! Лю-ди — страх. Э-лл-сс по-гиб? Хо-теть знать. Посс-лать ме-ня… посс-лать дру-гих. Засс нашшел. Перррвый! Я — Засс! Заа-аа-заа-ассс!

— Хороший! — Блейд снова погладил его лоб и вытянутые челюсти.

— Засс — хорр-ро-шо, бу-ря — плох-хо, — сообщил дельфин. — Лю-ди — доб-ро, бу-ря — зло!

Философ, подумал Блейд. Но, как бы то ни было, это морское диво являлось не просто дрессированной говорящей тварью; оно понимало, что есть добро и что — зло. И люди, по его мнению, проходили по первому разряду.

Глава 2. СПАСАТЕЛИ

Его подобрали в тот же день, ближе к вечеру, когда Блейд успел наговориться с Зассом досыта и скормить ему почти весь свой запас рыбы.

Небеса еще сияли послеполуденным светом, и белые пушистые облака плыли на восход солнца, будто желая проводить странника к берегам, до которых оставалась еще не одна сотня миль. Внезапно дельфин, круживший у флаера словно на страже, пронзительно свистнул, и человек, подняв голову, заметил приближавшуюся с востока сверкающую точку. Она быстро увеличивалась в размерах, превращаясь в каплевидный серебристый аппарат, плоский, вытянутый, бескрылый, чуть сужавшийся к корме. Эта изящная конструкция описала пару кругов над флаером и пошла на посадку. Ни шума двигателей, ни скрежета выдвигаемых шасси; словно парящий лист, аппарат плавно скользнул к воде и лег прямо на днище рядом с маленькой машиной, обдав странника порывом теплого воздуха.