Анастасия Дементьева - Четвёртый. Первые шаги

— Тебе не нравится? — осторожно спросил я, возвращая отражающую поверхность и отходя на некоторое расстояние (не понравилось мне пристальное внимание продавщицы. Мало ли чего она могла нафантазировать?).

Девушка подняла на меня серые глаза, в которых стояли слёзы и прошептала:

— Очень. Мне никогда ещё так не дарили подарков, — легонько улыбнулась она, — спасибо.

— Не за что! — рассмеялся я, и на душе заметно полегчало. Уф. А я тут уже накрутил себя, — а могу узнать, как это так?

— От чистого сердца, без желания на ответную услугу.

Я уже хотел пошутить, откуда она знает, что я такой честный и не преследую корыстных целей, но сразу заткнулся, увидев непонятную печаль на глубине красивых глаз. По какой — то причине это задело меня за живое. Не хотелось, чтобы девчонка была грустна.

— Тебя что-то беспокоит?

— А? Нет. Идём.

Но, стоило пройти всего пару метров, как девушка повернулась в мою сторону:

— Только знай, я никогда не сниму твоего подарка, он будет напоминать мне о тебе, о моём лучшем друге! — внезапно с жаром произнесла она.

— Хорошо. Я обещаю тебе то же самое, Мирра.

Пожав плечами, я подхватил Мирру за локоток и направился в сторону парка, до которого мы никак не могли дойти. Девушка покорно шла рядом, как-то механически шагая, что несколько раздражало меня, но я гасил это чувство в корне. В концов — концов у всех нас есть некоторые неприятные моменты, вспоминая которые, мы погружаемся в себя и отрешаемся от всего мира, так что я решил не беспокоить девушку.

Завернув за очередной поворот, я почувствовал неладное, но, к счастью, едва успел, но отреагировать.

Перочинный ножик лишь слегка оцарапал мой нос, после чего вновь крепко обосновался в ладони небритого мужчины, от которого ясно несло перегаром и чем-то сладковатым, наверняка наркотиками. Если с одним я ещё мог справиться, то с пятью, четверо из которых так же неуловимо появились из тени, я совладать не мог.

— Сейчас бросай всё и беги в сторону ближайшего подъезда, — прошипел я девушке, пытаясь уследить за всеми противниками. Но вместо того, чтобы послушаться, школьница крепче вцепилась в мой рукав и сверкнула глазами:

— Я не брошу тебя.

— Что творишь, глупая!? Хочешь помереть за компанию!? Прочь отсюда!

В это время мужчины, среди которых затесалась одна упитанная бабёнка, стали окружать нас, что сильно нервировало. Попытавшись оттолкнуть девушку, я потерпел неудачу, отчего заскрежетал зубами.

— Я не позволю тебе расплачиваться за свою невнимательность. Немедленно уходи, это не просьба!

— Сила духа… — прошептала та, смотря на меня странным взором, словно сканируя, — нам не выжить, если не воспользуюсь силой.

— Что ты несёшь!?

— Скажи: «Прошу Мироздание о помощи!», тогда спасёшься!

— Нет времени на твои шутки, Мирра… Берегись!

Мужчины сразу втроём бросились на нас, при этом двое из них пытались схватить хрупкую девушку, что привело меня в замешательство. Заслонив её, я принял два удара, выбивших из моих лёгких весь воздух, после чего почувствовал всю «мягкость» асфальта. Забыв обо мне, все пятеро направились к девушке, которая яростно оскалилась и я ощутил замогильных холод, который пробрал меня до костей.

— Скажи: «Прошу Мироздание о помощи!», упрямый щенок! — внезапно низким голосом прорычала она, твёрдо глядя мне в глаза.

— Мирра?..

— Повтори! ПОВТОРИ!!

Набрав больше воздуха, я кое-как поднялся и успел скользнуть перед мужчиной, что занёс свой нож. Спустя мгновение, чувствуя, как холодный металл проникает в меня, я на выдохе прошептал:

— Прошу Мироздание о помощи…

Кажется, меткий бандит пробил мне печень, иначе, откуда такая дикая боль? Уже падая на колени и погружаясь в небытие, я слышал душераздирающие вопли нападающих, которые погибали один за другим. И уже в последние секунды у меня в голове раздался тихий шёпот подруги:

— Держись, Игорь… только держись…

А дальше была лишь тёплая убаюкивающая тьма…

Седовласый старец взирал на людей, что всё куда-то спешили, не желая остановиться и осмотреться. Ведь сделай они это, быть может, и заметили бы троих существ, восседающих на трехъярусном троне и следящих за ними.

— Ты упустил его, — тихо, но разборчиво заметил один из них, чья кожа была тёмного оттенка.

— Ты весьма наблюдателен, брат мой, — с улыбкой на устах заметил третий, что сидел с прикрытыми глазами, и его золотистая кожа сверкала подобно золоту.

— Не стоит спорить, — наконец произнёс старик, улыбаясь краешками губ, — раз его душа покинула наш мир, то до его жизни нам просто нет дела, ведь так?

— Именно.

— Должен не согласиться.

Двое внимательно посмотрели на многорукого мужчину. Тот, словно нехотя, чуть приоткрыл правый глаз и осмотрел своих собратьев, после чего тяжко выдохнул и, как малым детям, пояснил:

— Ты так просто откажешься от того, что по праву принадлежит тебе, брат?

— Его душа изначально не имела никакого отношения к Земле, — возразил тот, но был прерван.

— И всё же, после его смерти ты бы, наконец, насытился. Не возражай. И стоит ли так разбрасываться своей пищей, что, пусть, даже была подана с чужого стола?

Мужчина задумался. Сильно задумался, и, всё же, не решил. Много вопросов, мало ответов. Он не знал, к чему могла привести его та дорога, которую он сейчас выбирает, ведь даже бессмертные не ведают того, что произойдёт с ними. Что ж, похоже, он сделал выбор, пусть и не был в нём уверен.

Если бы смертные узнали, что Боги трёх основных религий нашего времени правят вместе, то их бы охватило оцепенение. Ну, а пока, Господь взял ножницы и обрезал толстую сияющую красную нить, что вела к сердцу сбежавшего с чужеродной богиней мужчины, и где-то невообразимо далеко, грудная клетка человека судорожно сжалась в последний раз, в знак того, что отныне он не жилец. И лишь три Бога ведали, что осталась ещё одна ниточка, столь тонкая, что даже Смерть навряд ли заметила бы её. Быть может, когда-нибудь она и приведёт его обратно. Туда, где его терпеливо будут ждать те, кто вершат судьбы его родных и близких…

Глава 2