Сергей Ким - Без объявления войны

Ознакомительный фрагмент

Уничтожить Рарден.

Хотя тут, казалось бы, уместен вопрос — а какое собственно к этому может иметь отношение Великоокеанский Флот, к которому был приписан лёгкий крейсер "Витязь"? Корабли Тёмной Империи даже в теории не рассматривались здесь в качестве потенциальных врагов.

Но мало ли кто мог угрожать Великому Рардену?..

Остальному миру было глубоко наплевать, кто им правит — император или диктатор, их волновали только корабли и полки родной страны Серджио. Точнее, то, что они защищали — гигантские территории и несметные природные богатства. А зарилось на всё это, ой как много всяких шакалов и стервятников…

…Фрегаттен-капитан Серджио Эрлеоне очень болезненно переживал за свою родную страну, за все её неудачи и ошибки. Несмотря на своё имя, он являлся коренным гражданином Рардена уже в третьем поколении. Ничего странного в этом не было — всем было прекрасно известно, что человек из любой страны в мире мог поступить в доблестную армию Империи и собственной кровью заслужить её гражданство. И даже после свершившейся Революции этот закон не был упразднён.

Именно им когда-то и воспользовался дед Серджио — дож обанкротившегося торгового клана, из далёкого Геурана.

…Перед выходом в море Серджио долго и нудно мурыжило командование, совместно с особистами, на предмет "остерегаться провокаций со стороны потенциально враждебных кораблей, в первую очередь ниаронских" и "на провокации не поддаваться, попытки нарушения границ пресекать". Но вот как именно следовало трактовать второй пункт наставлений, было решительно неясно — то ли открывать огонь по нарушителям, то ли не препятствовать им…

Ага, а если в территориальные воды войдёт авианосная ударная группировка, собственной персоной, это тоже следовало понимать как провокацию и сидеть тихо и не рыпаться?..

Хотя… ТАКИМ силам Серджио и его корабль уже не смогли бы ничего противопоставить…

Фрегаттен-капитан устало откинулся на спинку кресла.

Он чувствовал, что ему ужасно надоело всё происходящее — это постоянное напряжение, это ощущение близящейся войны, повисшее в воздухе. Сполна хлебнув боли и крови на Второй Всемирной и Гражданской войнах, капитан больше не хотел воевать.

Нет, с него достаточно.

Серджио уже длительное время подумывал об отставке, хотя и отлично понимал, что на берегу ему делать нечего. Всю свою сознательную жизнь он провёл на службе Рардена и уже не мыслил себя вне этой системы. Капитан успел накрепко срастись с флотскими порядками, со своим кораблём и с людьми, служащими на флоте — честными и прямыми как копьё.

Флот стал его домом и семьёй, а настоящую… Настоящую он так и не удосужился завести. Сначала Серджио думал, что у него всё впереди, потом стало некогда, и, в конце концов, он просто привык к одиночеству.

Хотя иногда капитан хотел бы многое изменить в собственной жизни…

…Ход его печальных мыслей нарушил резкое шипение интеркома и голос вахтенного офицера, искажённый помехами:

— Господин фрегаттен-капитан, просьба срочно прибыть на центральный пост.

Серджио моментально оказался на ногах и уже через минуту был в рубке, всё-таки лёгкий крейсер — это вам не линкор.

…Капитан вполуха выслушал дежурный рапорт вахтенного офицера — сейчас его интересовало отнюдь не это. Серджио неотрывно смотрел на тускло мерцающую жёлтыми огнями метровую магическую полусферу, находящуюся прямо около штурвала. Точнее на россыпь отметок, появившихся у её дальнего края.

— Обстановка, — помертвевшим голосом произнёс Серджио.

— Примерно пятнадцать минут назад масс-детектор засёк группу кораблей, идущих курсом сто десять в наши территориальные воды, — доложил вахтенный офицер. — Попыток выйти с нами на связь не предпринималось. В сложившихся условиях маги считают, что помехи и туман имеют искусственное происхождение.

— Дальность, скорость, количество и характер целей, — мозг капитана мгновенно перешёл в боевой режим.

— Удаление порядка одиннадцати миль, — ответил оператор. — Цели крупнотоннажные, надводные, идут примерно двадцатиузловым ходом, числом около полудюжины, строем широкого клина.

"Широкий клин — строй максимальной защиты от обнаружения радаром. Фасы, образуемые кораблями, и подкреплённые волшбой бортовых магов, отражают лучи радара почти на 90 %", — всё это пронеслось в голове капитана всего за каких-то несколько мгновений.

Эрлеоне не колебался ни секунды.

— Всем боевая тревога! Передать на "Смелый" и "Зарю" сигналы об обнаружение нарушителей. Канонирам и магам занять места по боевому расписанию! Ходовая — готовность к переходу на боевой режим.

Капитан повернулся к стоящему невдалеке связисту.

— Немедленно обеспечить связь с базой. Через какое время они войдут в наши территориальные воды? — уточнил Серджио последнюю деталь у мага-оператора.

— Менее чем через два часа, — ответил тот.

Фрегаттен-капитан решительно одернул жёсткий стоячий воротник камзола и поправил кортик, висящий у левого бедра.

— Что будем делать, командир? — негромко спросил подошедший сзади пожилой старпом Игорь Резун.

Серджио посмотрел на раскинувшуюся морскую гладь сквозь незакрытые броневыми заслонками иллюминаторы боевой рубки, и так же негромко ответил:

— Нужно предупредить командование, а как только отправим сообщение на базу, попытаемся связаться с нарушителями.

Эрлеоне ещё не успел договорить фразу до конца, как почувствовал, что корабль замедляет ход и постепенно останавливается.

Капитан с силой сжал рукоятку кортика — он понимал, что для того, чтобы запустить установку Дайсон-связи пришлось перенаправить поток Силы от ходовых водомётов. Связь требовало слишком много магической энергии, а это означало, что весь сеанс, то есть где-то полчаса, корабль будет полностью неподвижен.

Но что же сейчас происходит?.. Пресловутая провокация или же настоящее вторжение?..

Именно такого Серджио боялся больше всего на свете. Нет, не смерти, а ошибки, всего одной ошибки. Всего одного неверного сделанного выбора.

Нет верного решения. И никто не подскажет.

Одна ошибка и сотни жизней станут её ценой.

Атаковать нарушителей первым и развязать войну? Немыслимо…

А если это действительно начало войны, а не какая-то провокация?..

Собственная жизнь и жизнь экипажей корветов и крейсера — на одной чаше…

И неведомое число погибших — солдат, матросов и простых людей, погибших при внезапной, неожиданной атаке Скального — наиболее крупной и близкой базы Великоокеанского Флота. Во всяком случае, другой, более адекватной цели для весьма крупного и быстроходного боевого соединения кораблей Серджио найти не мог. На месте врага он действовал бы именно так.